Брось мне вызов - Лэндиш Лорен - Страница 9

– Очень интересно. Спасибо, Дэниел.

Я трезво оцениваю ситуацию и знаю, что решение уже практически принято до начала моей презентации. Но я верю в то, что предлагаю, для этого намного больше причин, чем я собираюсь озвучить. И вот приходит мой черед блистать.

Аллан смотрит мне в глаза, и я клянусь, что вижу в его взгляде малюсенький намек на жалость, но он не сдается:

– Колтон, вы следующий.

Я встаю, лезу в карман и вытаскиваю флешку с презентацией, и вставляю ее в USB-порт на ноутбуке, подключенном к экрану позади меня. Брошюры, над составлением которых так усердно работала Хелен, оказываются в руках моих коллег, и когда они перелистывают обложку и видят первые заметки моего плана, в зале слышится их шепот.

– Господа, вы позволите? – спрашиваю я, поднимая бровь и прерывая шепчущих коллег. Аллан кивает, и я начинаю.

– Факты представлены. Несмотря на удобство и простоту пребывания на местном уровне, мир стал более взаимосвязанным, чем когда-либо. И благодаря интернету привычный мир сузился в разы, поэтому нам стоит выйти за пределы комфорта в большой мир. Мы – интернациональная организация и, действуя таким образом, увеличим нашу зону влияния на рынке. Но для того чтобы сделать это эффективно, нужно взглянуть на картину целиком. Нам нужно расширить присутствие за границей.

Я нажимаю на первый слайд, который представляет собой простой список часовых поясов.

– Наглядный пример. Не обижайтесь, вы все усердно работаете, но иногда чертовски трудно работать с европейскими клиентами: когда они уже заканчивают рабочий день, мы только заканчиваем наш утренний кофе… или чай.

Шутка, относящаяся ко мне, вызывает у Аллана мимолетную ухмылку, и он кивает. Я нажимаю на следующий слайд, озвучивая свои идеи о том, как международная штаб-квартира поможет «Фокс» усилить влияние на зарубежном рынке, обеспечит тесную связь с клиентами, повысит эффективность и так далее.

– Возможно, здесь я немного предвзят, но уверен, что Лондон – идеальный вариант для реализации нашего потенциала, – продолжаю я. – С учетом возможности использовать деловые связи Содружества, а это пятьдесят три страны и примерно два с половиной миллиарда потенциальных клиентов, к которым мы только что подключились.

Последнее предложение сказано, и в конференц-зале воцаряется тишина.

– Колтон, это блестящая идея, но сколько из этих стран в финансовом отношении важны для нашей деятельности? – спрашивает Джим Робертс, один из членов правления, который немного моложе Иисуса. Отсюда и его не очень вежливая с политической точки зрения терминология.

– Джим, им всем есть что предложить, – обещаю ему я. – Они могут выступить в качестве клиентов или потенциальных поставщиков материалов, товаров или информации. Мы уже поставляем примерно двадцать пять процентов из наших крупномасштабных сделок нашим европейским клиентам, и если бы у нас было местное представительство, то поставок стало бы гораздо больше. Ключ – вторая штаб-квартира в Лондоне. И если мы упустим эту возможность, то потеряем… много денег.

Сейчас я говорю на их языке. Нервозность и перемены – это одно и то же, сдерживание прогресса. Но итоговые финансовые показатели помогут преодолеть большое сопротивление. Члены правления выглядят более заинтересованными.

Дэниел, который все это время молчал, задает вопрос:

– Откуда такая уверенность, что мы сможем найти штаб-квартиру в Лондоне и при этом не разориться? Этот город славится высокими ценами на недвижимость.

Я одариваю его уважительной улыбкой, одна бровь подпрыгивает, затем я беру себя в руки. В этой ситуации Дэниел – достойный соперник: мы оба хотим того, что лучше и для «Фокс», и для нас самих.

– Для посторонних вполне может быть. Однако у меня есть полезные связи. Я даже готов предложить пару мест, которые прекрасно подойдут для штаб-квартиры «Фокс».

Я не готов раскрывать все карты прямо сейчас, хотя замечаю вспышку интереса в глазах Дэниела. Не сомневаюсь, что он хотел бы проникнуть в мою голову и изучить эти места.

– И я полагаю, вы хотите стать президентом этого предприятия? – интересуется Аллан.

Усмехаясь, я смотрю ему в глаза.

– Я, конечно, не прочь предложить свою кандидатуру. По крайней мере, я с уверенностью могу сказать, что знаю, как подступиться к этому. Однако я не сомневаюсь, что вы примете решение, основываясь на многих факторах.

Это лишь формальная любезность, потому что все мы знаем, что я лучше всего подхожу на руководящую должность в Лондоне.

В зале слышатся приглушенные голоса, и быстро завязывается разговор.

– Я знаю, что, предлагая открыть вторую штаб-квартиру, вы не предполагали, что это будет шаг к глобализации. Но нам стоит внимательно рассмотреть и эту идею наряду с остальными локациями. Как отметил Дэниел, Лондон может быть дорогим, но мы не хотим лишиться яиц из-за плохой сделки.

Я наклоняюсь вперед, кладя руки на стол, и поочередно вглядываюсь в лица сидящих за столом.

– Мы можем произвести революцию в «Фокс Индастриз», поэтому я призываю всех нас мыслить масштабно, думать о будущем и быть смелыми.

Аллан кивает.

– Думаю, что это справедливое требование, Колтон. Хорошо, это было последнее предложение по второй штаб-квартире, но я предлагаю отложить окончательное голосование, пока мы не изучим все более детально. Колтон, мне бы хотелось узнать точные цифры по поставкам и клиентской базе в Европе в целом и в Великобритании в частности.

Я киваю в знак согласия, понимая, что у меня должны были быть точные цифры для презентации, а не приблизительные значения. Я мысленно проклинаю груды чисел в таблицах, которые принесла мне Миранда: бесполезная чепуха, в которой я не смог разобраться.

Но его стремление обработать цифры и открытость идее выхода за пределы страны оказались куда сильнее, чем я даже надеялся.

После окончания встречи я чувствую себя более уверенным, чем когда-либо, и, краем уха слушая болтовню коллег, выхожу в коридор.

– Колтон!

Я останавливаюсь, поворачиваюсь и вижу Дэниела, только что покинувшего конференц-зал, с натянутой улыбкой на лице. Он протягивает руку и вежливо пожимает мою.

– Дэниел… Отличная презентация.

Не думаю, что ему нужны бессмысленные комплименты, особенно от меня, но джентльмен всегда проявляет учтивость к своим соперникам.

– Благодарю. Ты тоже отлично выступил, – говорит Дэниел, олицетворяя всем своим видом невозмутимость. – На самом деле, я хотел тебя поздравить. Это было впечатляюще и довольно страстно. И несколько неожиданно.

В словах ощущается колкость, но, похоже, он злится сам на себя за то, что не предвидел мою игру.

– Я верю: то, о чем я сказал, – это лучший путь вперед.

– Не сомневаюсь, – говорит Дэниел, продолжая улыбаться. – Я не намерен отступать от своего плана, но желаю тебе удачи.

Даже пожелание удачи из его уст звучит как проклятье.

– Что может быть лучше, чем выбирать между двумя отличными планами?

Дэниел спускается в свой кабинет. Глядя ему вслед, я убеждаюсь, что, несмотря на его приятные слова, этот человек опасен. Хищник. Волк, как и я.

Но он прав. В случае победы будет гораздо приятнее одолеть такого хорошего соперника, как Дэниел, а не просто победить по умолчанию.

По дороге в свой кабинет я не могу не заметить Рикки и Билли, двоюродных братьев Дэниела или каких-то других его родственников. Они работают в службе безопасности, и теперь они бросают на меня суровые взгляды.

Как они могут быть настолько прямолинейными? Они носят униформу, но это кумовство отвратительно, потому что они мальчики на побегушках у Дэниела Страйкера. Они могут бродить по всему зданию, но всем известно, где лежат их приоритеты. И поэтому они опасны. Они не самые смышленые ребята, но до ужаса преданны.

Нужно наблюдать не за собакой, а за собачником.

И я могу читать между строк. Независимо от того, насколько профессионально Дэниел умеет говорить или действовать, из этой борьбы победителем выйдет только один из нас.