Собрать мозаику. Книга вторая (СИ) - Палей Натали - Страница 63

Я понимала, что женщина во всем права, и согласно кивнула.

— Я и не собираюсь прятаться, лера. Я выйду со всеми за закате, не волнуйтесь.

— Вы очень храбрая женщина, лера Тубертон, — недоверчиво пробомотала она.

— Лорианна, — подошла испуганная Элеонора. — Зачем ты могла им понадобиться?

Я заглянула в лицо малышки Эльвиры, которая мирно сопела на руках у матери. Такая хорошенькая с каштановыми кудряшками. Такая маленькая, невинная и чистая. Дочь Джейсона. Она должна жить. Как и другие дети.

Сколько детей я могу спасти? Ведь не все женщины и дети покинули город, когда армия Марилии подошла к нашим стенам. Многие остались в своих домах, со своими мужьями, отцами, братьями, полностью уверенные в своей безопасности за стенами великой древней крепости, тогда совсем не подозревая, что их ждет.

— Я не знаю, Эля, но если я нужна по каким-то причинам, значит, должна выйти вместе с другими «зелёными лучами». Да и не удастся их обмануть. С ними самые сильные в мире менталисты, все видели на что они способны. Они сразу прочитают мысли других «лучей» и поймут, что их обманули. И тогда… живыми никого не выпустят, а так есть шанс.

Повисло тяжелое молчание в зале. Люди приходили и гадали, зачем генералу Мирадовичу понадобились именно я и Джейсон Тубертон.

Никто не догадывался, что великодушное предложение генерала Мирадовича связано с желанием узнать, где находится артефакт подчинения чёрных артефакторов-тангрийцев, создавших его сотни лет назад.

— Я выйду со всеми «зелёными лучами», — громко обратилась я к зарданцам. — Перед закатом, а сейчас дайте мне немного времени, чтобы собраться с духом.

Я не строила из себя безумно храбрую воительницу, люди видели, как меня потряхивало от страха и неизвестности.

— Джейсон умирает, — обреченно прошептала Эль, когда люди вокруг нас разошлись. — Они хотят вынести его на носилках, — в отчаяньи прошептала она.

Я отвела ее в сторону, потому что в голову пришла одна идея, и на ухо зашептала Эль.

— Джейсон не так безнадежен, Эля. Я дам тебе одну настойку, она у меня осталась от главной целительницы. Хорошая была женщина, святые небеса с ней. Когда люди отвлекутся, дай ему ее выпить. Внешне будет казаться, что он мертв, потому что сердце будет биться очень медленно и неслышно. Его на какое-то время парализует, и за это время нужно, чтобы все вокруг поверили, что он мертв. Понимаешь? Это нужно сделать очень быстро и до того, как мы уйдем, чтобы у всех «лучей» в памяти отпечаталась его смерть.

— Но ты же будешь знать, — испуганно прошептала Элеонора. — Они прочитают тебя и все поймут.

— Они не смогут меня прочитать, Эля, — терпеливо стала объяснять. — У меня стоит сильный ментальный блок — лучший в этом мире. Ещё на всякий случай на Джейсона я надену кольцо, вызывающее ментальную защиту. Никогда не снимай его. А затем постарайся спрятать Джейса в коридорах подземного города, достань где-нибудь чужой прах. Его нужно будет отдать марилийцам, выдав за прах Джейсона.

— Лорианна, тебе не страшно? — дрожащим звенящим голосом спросила вдруг Эль, одной рукой крепко схватив меня за плечо, другой осторожно прижимая к себе дочь. — Ты так говоришь, как будто марилийцы предложили встретиться и выпить по чашечке кофе, а потом… — голос её дрогнул, — расстаться. А насчёт Джейсона… — глаза Эль впились в меня, как два гвоздя, — как я это проверну, Пресветлая Богиня?! — испуганно процедила она.

Некоторое время я молчала, лишь пристально смотрела на жену Джейсона. Я предлагала ей спасти жизнь мужа, отправлялась к врагу, а она… похоже, боялась больше меня.

— Мне страшно, конечно, но я должна это сделать. Это мой долг, — сдержанно ответила я. — Наконец, я начинаю понимать свою миссию в этой кровавой войне. Я думала, что она состояла в создании Зеленой дороги, но теперь понимаю, что нет.

— Долг? Миссия? О чём ты? — изумленно выдохнула Эль, во все глаза уставившись на меня.

— Миссия зеленого луча, — тихо шепнула я.

Маленькая Эльвира Тубертон завозилась и захныкала, Элеонора стала её укачивать, отвлекшись от нашего разговора.

— Ты должна сделать всё возможное и невозможное для спасения Джейсона. И запомни: в чужой прах нужно добавить что-то от Джейсона.

— Что? — потрясённо округлились изумрудные глаза, а я мысленно закатила свои. Ну, какая она беспомощная!

— Отрежь у него все волосы, какие сможешь, сожги их, чтобы добавить в чужой прах.

— Я всё сделаю, — твёрдо пообещала Эля, неожиданно собравшись. — Иди и попрощайся с ним, — вдруг тихо добавила, указав взглядом туда, где находился Джейсон.

Наши глаза встретились, неожиданно я увидела в её взгляде понимание.

Я нерешительно направилась к Джейсону.

Попрощаться?

Да. Скорее всего, нам нужно попрощаться.

Опустилась рядом с ним на колени, осторожным движением убрала с бессознательного лица слипшиеся от крови и пота грязные волосы. В последние дни оно было нехорошего серого болезненного цвета, со впавшими щеками, с тонкой прозрачной кожей.

Жутчайшая лихорадка мучала его уже несколько дней, из-за неё он дрожал, горел и таял на глазах. Иногда приходил в себя, но потом вновь впадал в беспамятство. У нас давно ничего не осталось, никах лекарств, чтобы лечить его или как-то облегчитьь состояние. А Эль, как могла, ухаживала за ним.

— Джейсон, — прошептала я, — сердце мое, я ухожу. Помнишь, я сказала тогда, в той землянке, что ты всегда в моём сердце…

Неожиданно Джейс закашлялся и открыл запавшие глаза, с пугающими тёмными кругами под ними, с трудом сфокусировал на мне мутный взгляд.

— Куда ты собралась, Лори? — прохрипел он и сделал попытку поднять руку, видимо, чтобы схватить мою, но оказался слишком слаб для этого. Я сама пожала его руку. Горячую, исхудавшую и слабую.

— На очередное задание, — тихо проговорила я, улыбаясь сквозь слезы, которые была не в силах сдержать. — Меня отправляют с «зелёными лучами».

— Пожалуйста, будь очень осторожна, — еле слышно прошептал Джейс. Я видела, что он с трудом остаётся в сознании и плохо видит меня через мутную пелену. Порадовалась этому, ведь иначе он увидел бы, что я плачу.

— Я скажу леру Джонатану, чтобы он присмотрел за тобой, — с трудом пробормотал Джейсон.

— Я буду очень осторожна, — прошептала я, слезы всё сильнее застилали глаза.

— Вернись ко мне.

Я промолчала, не в силах ответить.

— Ты слышишь меня, Лори? — заволновался он и снова закашлялся. Рядом лежали салфетки, я осторожно промокнула ему рот.

— Я слышу, мой хороший. Спи. Тебе надо отдыхать.

— Я буду ждать тебя, — прошептал Джейсон с трудом, — теперь я всегда жду тебя, а когда ты возвращаешься живой и невредимой, счастливее меня никого нет.

Он закрыл глаза, опять проваливаясь в беспамятство. Я смотрела на него, пытаясь навсегда запомнить дорогие черты.

Время как будто замедлилось и остановилось. Нас было всего двое, как раньше, как в детстве, и я мысленно шептала свои признания о том, как он был всегда дорог мне, как важен для меня, даже несмотря на то, что я полюбила другого мужчину, его брата, своего мужа.

Он не слышал, не отвечал. Заметался в беспамятстве, а я неожиданно поняла, что теряю самообладание. В какой-то миг я вдруг ясно и совершенно отчётливо осознала, что, возможно, действительно больше никогда не увижу Джейсона, что вижу его в последний раз. Ведь я ничего не скажу марилийцам об артефакте и документах, и они вряд ли отпустят меня живой. Вспомнив слова и выражение лица генерала Бертан, несмотря на предписания Межземельной конвенции, я больше не обольщалась насчёт того, что всё произойдёт в рамках конвенции.

Я наклонилась и прижалась щекой к горячей щеке Джейсона. Пусть думают обо мне, что хотят. Обняла его. Одного из своих любимых мужчин, бывшего любимого, бывшего любовника. Я мысленно призналась ему ещё раз, как сильно всегда любила его, несмотря ни на что.

Я чувствовала, как гулко бьется его сердце, и неожиданно дико и эгоистично порадовалась, что оно принадлежит мне. Всё же мне, как я всегда мечтала.