Мозаика сердца (СИ) - Палей Натали - Страница 18

Расселили нас уже ближе к ночи. Я приняла теплый душ и собиралась спать, когда услышала тихий стук в дверь.

— Анна, это я, — услышала тихий голос Кира и тут же открыла дверь.

Он проскользнул внутрь, и я тут же очутилась в теплых крепких объятиях. Подняла глаза и встретила встревоженный взгляд синих глаз.

— Очень длинная и утомительная дорога, — произнес Кир, внимательно осматривая меня. — Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — улыбнулась я. — А мне понравилась дорога и я почти не устала.

— Понравилась? — искренне удивился Кир. — Но здесь пейзажи так сильно отличаются от наших, а дорога все время петляла то вправо, то влево, то вверх, то вниз. И эти горы, вечные горы…

— Этим тоже понравилась, — тихо и серьезно ответила я.

Взгляд друга помрачнел:

— Ты до сих пор ненавидишь все, что связано с Марилией? — хмуро спросил он, а объятия стали каменными, неуютными.

— Не все, Кир, — также тихо ответила я, открытым взглядом смотря на него. — Ты очень дорог мне. И ученый Стонич. И все сестры храма ордена трилистника. Я не могу ненавидеть всё и всех.

Мгновение Кир угрюмо смотрел на меня, и, показалось, что он хотел что-то сказать, но промолчал. Как всегда. В последнее время я часто замечала, что Кир сдерживался и многое не говорил. Многое из того, что хотел бы сказать.

— Чаю? — миролюбиво спросила я, переводя тему. — Мне только что горничная принесла чай из местных лесных трав, такой аромат от него… ммм. Чашка, правда, одна, но чтобы не смущать горничных твоим ночным визитом, мы можем воспользоваться одной.

Я вопросительно смотрела на друга. Кир медленно расслабился.

— Хорошо, угощай, — ответил друг и осторожно выпустил меня из объятий.

Мы направились к небольшому столику с двумя стульями. Я шла хромающей походкой и поняла, что все-таки нога ноет даже после теплого душа и отдыха, но Киру не захотела признаваться, — он итак все время переживал из-за меня.

— Нас довольно далеко расселили друг от друга, и я пришел переночевать у тебя. Ты на новом месте всегда кричишь во сне, — невозмутимо произнёс Кир.

Я благодарно посмотрела на него, но все же ответила:

— Кир, а если Стефания узнает, что ты ночевал у меня? Она не поймёт оправданий, для неё я чужой тебе человек.

— Не узнает, — уверенно ответил друг.

— Все же, не нужно, Кир, — вздохнула я. — Я попрошу горничную поспать в моей комнате. Да и пора прекращать тебе нянчиться со мной.

Кир раздраженно передернул плечами, недовольный моим решением. Выпив чаю и немного поболтав, мы все же разошлись. На прощание он поцеловал меня в висок и недовольно прошептал:

— Спокойной ночи, упрямица.

— Спокойной ночи, самый лучший друг в мире, — тепло улыбнулась я, осторожно поцеловав его в гладко выбритую щеку.

На следующий день ученый Стонич сразу отправился в известный научно-исследовательский центр столицы Бенрингии к отцу Стефании, известному ученому-оборотню, с которым он списывался до этого.

Я отправилась с ним, как помощница, а Кир отправился вместе с послом Марилии герцогом Куртич-Вязецким и свитой во дворец к императору Берингии на официальный прием засвидетельствовать свое почтение и преподнести дары.

Я наблюдала, как посол и свита отбывают во дворец императора на любезно предоставленных закрытых элегантных экипажах. На минуту я даже уронила челюсть, когда увидела Кира в роскошной одежде и с дорогой тростью. Он был бесподобен внушителен и безумно красив. Издалека до меня донесся громоподобный голос нашего посла:

— Герцог Стефанович, жаль, что император Берингии не женщина, иначе он слепо подписал бы все нужные нам договоры, увидев вас, — дальше посол грубо и громко рассмеялся, а Кир невозмутимо сбросил несуществующую пылинку с рукава сюртука.

Наши глаза встретились, и Кир улыбнулся мне краешком губ. К сожалению, посол Марилии заметил это и резко обернулся ко мне:

— О, маленькая внучка Стонича! — пробасил герцог.

Я слегка присела в реверансе:

— Ваше сиятельство, — вежливо произнесла.

— Кирстан, она тоже готова подписать любые договоры с вами, — весело расхохотался посол. — Не так ли, дорогуша?

Мое лицо осталось невозмутимым. Такими шутками меня давно было не смутить.

— Не так, ваше сиятельство, — безмятежно ответила я. — Я всегда с осторожностью подписываю любой документ, предварительно изучив все пункты. У меня всегда трезвая голова.

Герцог Куртич-Вязецкий перестал смеяться и уже внимательней посмотрел на меня. Я стояла перед ним спокойная и холодная с нейтральной улыбкой на лице, уже поняв, что нужно было промолчать, чтобы не привлекать внимание, но было поздно. Я почувствовала, как напрягся Кир, хотя внешне оставался совершенно спокойным и даже не смотрел в мою сторону.

— Всегда трезвая голова? — задумчиво переспросил посол. Проницательные карие глаза впились в меня и с интересом изучали. — А вы мне нравитесь, тира Стонич, — заявил он вдруг. — В следующий раз вы тоже будете в моей свите, поэтому позаботьтесь для себя о соответсвующем наряде.

Я не смогла скрыть удивление, которое посол прочитал на моем лице.

— Включайте свою «трезвую голову», тира Стонич, и радуйтесь предстоящей перспективе, — добродушно подразнил меня герцог.

Посольство отбыло во дворец императора, а я с дедом отправилась в научный центр, молча ругая себя самыми отборными ругательствами.

Лэрд Бэлфор и учёный Стонич встретились, как старые друзья. Отец Стефании удивил меня своим внешним видом.

Высокий, худощавый, с густыми каштановыми волосами до плеч, забранными в низкий хвост, с аккуратной каштановой бородкой, усами и яркими голубыми глазами.

У лэрда было широкое открытое лицо, высокий лоб и мягкая улыбка. Учёный Стонич говорил, что ему уже больше ста лет, но выглядел мужчина едва на сорок.

Строгий серый костюм и серая рубашка в узкую полосочку придавали ему элегантный вид.

До этого я представляла лэрда совершенно другим. Наверное, более угрюмым и взрослым.

В настоявшее время лэрд Бэлфор являлся Главой научного центра Берингии и советником императора по вопросам науки. Еще не так давно он был лаэрдом Юга Берингии, но отказался от власти в лаэрдорате ради науки и исследований.

Узнав об этом, мой «дед» пришёл в такой неописуемый восторг, что вызвал искренний смех лэрда Бэлфора. Двое ученых поняли друг друга с полуслова.

Как только мужчины встретились, то стали говорить о своих новых изобретениях и открытиях. Лэрд Бэлфор сразу же показал деду чертежи нового изобретения, и они оба углубились в их изучение.

Я же исследовала кабинет лэрда, который представлял собой почти пещеру дракона. В нем было столько интересных и необычных вещей, собранных со всех уголков нашего магического мира Вериус, что разбегались глаза.

Увидев что-нибудь интересное и необычное, я спрашивала об этой вещи лэрда, и он с удовольствием рассказывал, откуда она появилась у него и ее назначение. Только однажды мне показалось, что отец Стефании на мгновение растерялся и был странно недоволен тем, что я взяла в руки прозрачную колбу с чёрным порошком, который будто «плавал» в ней, перемещаясь. Лэрд деланно улыбнулся и сказал, что эта вещь не представляет никакого интереса для меня и просто убрал ее подальше от моих любопытных глаз.

Каждый последующий день с утра до вечера ученый Стонич пропадал в Главном научном центре Берингии, возглавляемом отцом Стефании. Я всегда сопровождала его. В итоге через несколько дней я набралась смелости и обратилась к лэрду Бэлфору за помощью.