Мозаика сердца (СИ) - Палей Натали - Страница 8

Кир также выбрал трость из тех, которых было немало в зале, и все повторил за мной. Мы вдвоем вопросительно посмотрели на мастера Дулье, ожидая распоряжений.

— Госпожа Анна, продемонстрируйте господину Кирстану как вы научились мастерски владеть «розовым покрывалом», — с хитрой и довольной улыбкой произнес мастер, а его темные глаза заговорщески сверкнули.

— Ого! — искренне удивился Кир. — Даже так?! С удовольствием посмотрю на этот шедевр в исполнении Анны. Вы, действительно, зря время не теряете, мастер Дулье, — с уважением обратился он к учителю.

«Розовое покрывало» на сегодняшний день для меня стало самым сложным упражнением, которое я только недавно научилась выполнять, причем довольно умело. Это упражнение представляло собой своеобразный шедевр в искусстве фехтования боевой тростью. Чтобы ему научиться, предварительно нужно научиться выполнять многие другие упражнения, без которых владение «розовым покрывалом» становится невозможным.

Я мысленно отрешилась от всего, стараясь сосредоточиться на том, что сейчас должна сделать. Встала в боевую стойку в ожидании нападения от друга, и он не заставил себя долго ждать.

Сначала Кир покружил около меня, немного разминаясь, неторопливо проделывая горизонтальные и вертикальные мулине, а затем стал нападать, делая резкие выпады вперед и пытаясь коснуться меня тренировочной тростью, но я довольно ловко выполняла мулине прикрытия и создавала перед собой невидимую «сеть», сотканную из надлежащим образом соединенных и упорядоченных вертикальных и горизонтальных мулине.

«Розовое покрывало» как раз и представляло собой соединенные вертикальные и горизонтальные мулине, которые должны были выполняться в серии округлыми и непрерывными движениями около тела. Соединения осуществлялись постоянно, одно движение являлось естественным продолжением предыдущего и естественной подготовкой для следующего. Трость должна была как бы летать, а переходы от горизонтальных мулине к вертикальным должны были быть бесперебойными.

Созданная сейчас моей летающей тростью "сеть" являлась превосходной защитой для меня и моим панцирем, который соперник никак не мог пройти под страхом болезненных повреждений.

Я заметила искреннее удивление на лице Кира, и это доставило огромную радость.

— Ты меня удивила, — признался друг, когда вышли минуты нашего спарринга. — Очень мастерски создала защиту.

Я ответила ему широкой искренней улыбкой.

— Меняйтесь, — скомандовал мастер.

Теперь я наступала на Кира, делая выпады различной направленности, стараясь найти слабое место в создаваемой им перед собой "сети", но он не менее ловко, чем я, создавал «розовое покрывало», не давая никакой возможности коснуться его тростью.

— Молодцы! — довольно улыбнулся мастер и произнес любимую фразу, которую начал говорить с самой первой тренировки:

— Хорошего фехтовальщика может остановить только магия, — и серьезно добавил: — Поэтому в ваших интересах всегда носить амулет, который блокирует магию противника и даст вам возможность показать, на что вы способны.

— Каким приемам ещё вы обучили Анну? — поинтересовался Кир, вытирая поданным мной полотенцем пот со лба, и с большим интересом смотря на мастера.

Ох, лучше бы он не спрашивал, потому что мастер Дулье никогда не врал своему щедрому работодателю. Он мог умолчать вначале, но на прямые вопросы всегда отвечал правдиво. И он ответил:

— Рубящим ударам трости, и колющим ударам концами трости. Это удары тростью в голову, навесные удары в лицо, прямые удары в лицо, удары в бок тела, по ноге… — он все же запнулся, — в промежность.

Лицо Кира вытянулось от удивления при этом перечислении.

— Мы выучили и отработали удары рукояткой трости, — спокойно закончил мастер.

Я же смотрела теперь куда угодно, только не на друга. На миг в тренировочном зале наступило тяжелое молчание.

— Замечательно! Вы спятили здесь, что ли, пока меня не было?! — возмущенно и гневно прошипел Кирстан, забыв, как он был доволен мастером еще пять минут назад. — Это запрещенные для преподавания удары! О чем вы думали?! Зачем они Анне?!

— Чтобы суметь себя защитить в случае возникновения опасности, — невозмутимо ответил мастер. — Несмотря на все полученное мастерство, она навсегда останется слабой маленькой женщиной.

— Какой опасности?! — тут же взорвался Кир. — Я о чем просил?! Разве я поручал обучать Анну запрещенным ударам?!

Я тихо стояла в сторонке, исподлобья наблюдая за Киром и мастером. Я и мастер догадывались, какой будет реакция у Кира, поэтому мастер и сообщил все уже после того, как обучил меня всем запрещённым приемам.

Мастер Дулье рассудил, что поскольку я слабая женщина, и к тому же инвалид, то меня необходимо обучить запрещенным для преподавания ударам. Это будет моим преимуществом в случае столкновения с партнером, превосходящим по силе.

— Если я ещё раз услышу, что вы обучаете Анну запрещенной технике, то будете немедленно рассчитаны, — услышала я холодный голос Кира.

— Это больше не повторится, господин Стефанович, — сухо ответил невозмутимый мастер.

Конечно, не повторится. Он уже успел обучить, а отрабатывать запрещенные удары я смогу и без него.

— Очень надеюсь на это, мастер Дулье, — ледяным тоном ответил Кир, а затем повернулся ко мне и впился проницательным взглядом.

Я почувствовала его взгляд и подняла уже спокойное лицо. Выражение лица Кира не предвещало ничего хорошего.

— Анна, иди в душ, переоденься и приходи в библиотеку, — будет разговор по душам. А завтра покажешь, чему тебя научили с клинком, — строго произнес он, и добавил, не сдержав злость: — Надеюсь, что тебя не обучили запрещенным техникам владения клинком? Потому что иначе я вынужден буду распрощаться с мастером немедленно.

— Кир, не обучили, и это больше не повторится, — мягко произнесла я.

Я обожала занятия и не хотела расставаться с мастером. С каждым занятием я чувствовала себя увереннее и сильнее, постепенно упражнения возвращали прежнюю ловкость и гибкость, отвлекали от негативных мыслей и воспоминаний. На занятиях со временем я научилась полностью отрешаться от всего. На них были только я, мой Учитель и необходимость выполнить упражнения. Я не хотела их лишаться.

За прошедшие три года, благодаря чуткости и внимательности окружающих меня трёх таких разных мужчин, Кира, ученого Стонича и мастера Дулье, я научилась жить со своими уродствами, перестала их стесняться, а иногда совсем забывала о них. Но забывала я о них только на занятиях.

В кабинете Кир на меня кричал. Не просто повысил голос, а кричал, что практически никогда не делал раньше. Он был по-настоящему взбешен.

Я стояла перед ним с опущенной головой и молчала, потому что понимала то, что он был прав. Я не хотела его так расстраивать, но у меня не было выхода, — я должна уметь защищаться и иметь свои тайные козыри в рукаве.

— Зачем ты решила обучиться этим приемам?! Я уверен, что ты сама попросила о них мастера! Сам бы он не додумался до такого! С кем ты собралась воевать, Анна?! — буквально ревел ранее всегда спокойный друг.

— Кир, пожалуйста, не кричи, — как можно спокойней ответила я. — Я не буду больше им обучаться, не переживай.

— Конечно, не будешь, — ядовито процедил друг. — Думаешь, я такой дурак?! — опять взорвался он. — Ты, наверное, уже выжала из мастера все возможное, и он обучил тебя этим треклятым запрещенкам!!

Я подняла спокойный взгляд, не подтверждая его догадку, чтобы ещё больше не злить. Кир сверлил меня гневным взглядом.

— Зачем они тебе понадобились?! Чтобы быть в физической форме запрещённые удары не нужны!

— Стало интересно, — невозмутимо ответила я.

— Интересно?! — Кир в ужасном раздражении уставился на меня. — Ты готовишься к чему-то?! — свирепо спросил. — Собираешься удрать и всем мстить?! Своими мышиными уколами?!