Мечи и кинжалы (СИ) - Грэмейр Этьен - Страница 68

Наконец на лице всегда невозмутимого высшего дрогнул хоть один мускул — едва заметно сощурившись, он стиснул челюсти. Уж не знаю, долго ли он собирался пялиться на меня, прежде чем ответить, но тут нас прервал стук в дверь.

— Чего?! — рявкнул я.

— Прошу прощения, Владыка, мастер Хейк по вашему приказу прибыл! — раздался голос воина.

Я тут же сделал вид, что утратил к персоне Зантира всяческий интерес и направился к двери. Распахнул ее — на пороге в сопровождении бронированного воина стоял мой старый знакомец, слепой демон Хейк.

— Ну здоров! — хмыкнул я, хлопая его по плечу. — Давно не виделись. Знаешь, я думал, что ты появишься передо мной внезапно и без предупреждения, как делал прежде.

— Я так и хотел сперва, — признал он, глядя невидящими глазами мне за плечо. — Но потом передумал.

— Почему?

— Да просто так. А что?

— Ничего, старик, ничего, — я взял его за плечи и оглядел с ног до головы.

Он почти не изменился с нашей последней встречи — только оставшаяся от правой руки культя была крепко примотана к телу и скрыта под одеждой.

— Пойдем, прогуляемся и потрындим, — пригласил его я, покидая кабинет.

— Владыка! — вдруг окликнул меня оставшийся позади Зантир.

— Да? — оглянулся я так, словно между нами ничего не произошло.

— Я усек, — произнес он, глядя в стену перед собой. — Все усек.

— Вот и славно, — усмехнулся я напоследок и пошел прочь, увлекая за собой Хейка.

Глава 26

— Слушай, а с каких пор тебя стали величать мастером, а? — спросил я Хейка.

— С тех самых, когда я якобы помог вам одолеть супер-жука, — отозвался слепец.

— Вовсе и не якобы, — возразил я. — Твой вклад в ту победу сложно переоценить, так что не скромничай.

Что-ж, полагаю все вполне закономерно — демон, сражавшийся бок о бок с Владыкой в решающей битве с жуками вполне достоин уважения со стороны собратьев. Отсюда и «мастер», собственно.

К слову о том, как вообще Хейк здесь сейчас оказался.

Когда я впервые прибыл в Ладрию и проводил смотр войск, интересовался в том числе и нашими разведчиками. Учитывая, что перебирающихся через реку харьдаров нередко приходилось выслеживать по лесам, именно разведчики играли значимую роль в этом. И каково же было мое удивление, когда я узнал, кто ими командует.

Да-да, мой старый слепой друг, не так давно лишившийся руки в бою с жуками, не смог долго наслаждаться мирной жизнью и в конце-концов, едва прослышав об угрозе из-за Нельта, незамедлительно отправился на запад чтобы в очередной раз послужить своему народу. Естественно о его вкладе в мою первую крупную победу все знали не понаслышке, так что и стремлению Хейка помочь были только рады.

Причем настолько, что его едва-ли не сразу назначили командиром разведчиков, чему сам он был рад не то чтобы очень. Привык за годы в подземельях работать один и потому до сих пор предпочитал уходить в одиночные рейды по лесам, предоставляя подчиненных самим себе. Из очередного такого рейда его и пришлось сейчас возвращать по моему приказу — благо, уйти он далеко не успел и отыскать его оказалось делом нескольких часов.

Да и то лишь потому, что он сам так захотел. Пожелай Хейк остаться ненайденным — хрен бы его кто выследил.

— Спасибо, конечно, — произнес он между тем. — Но, говоря по правде, чем больше я об этом думал, тем сильнее убеждался, что не сделал ничего, за что меня следует превозносить.

— То-есть как это ничего? — нахмурился я. — Старик, опомнись — ты, вон, руку в бою с жуками потерял. Это ли не доказательство твоей самоотверженности?

— Это скорее доказательство моей некомпетентности, — поморщился Хейк.

— Слушай, не беси меня, а. Я понимаю, что ты хотел лично воткнуть в супер-жука пару сосулек и из-за того, что не получилось, теперь морочишь себе и мне голову вот этой вот всей херней. Но знаешь что — забей. Вот прямо здесь и сейчас возьми и забей. Это приказ, если что.

Хейк остановился, повернув ко мне голову. Его невидящий взгляд блуждал где-то у меня над правым плечом.

— Не уверен, что понимаю вас, — произнес он наконец.

— Так я тебе объясню. Супер-жук мертв — все, его больше нет. Тебе больше некому мстить. А вот ты сам жив. Жив я, твой Владыка. Жива твоя женщина — как она там, кстати?

— Сэри в порядке, спасибо.

— Так чего ж ты унылый-то такой тогда?! — воскликнул я. — По моему у тебя все складывается очень даже неплохо. Если бы не рука — вообще отлично было бы. Но, как погляжу, ты по ее поводу не то чтобы сильный дискомфорт испытываешь, так что жалеть тебя как бы и не за что.

— Я не прошу жалости.

— И правильно делаешь. То, что решил не уходить на покой, тоже правильно. Если считаешь, что еще можешь послужить своему народу — вперед, милости прошу. Тем более что я и сам считаю так же. Но если ты сейчас здесь не потому, что действительно этого хочешь, а из-за того, что считаешь, будто бы сделал недостаточно и стремишься доказать самому себе обратное — то лучше проваливай из Ладрии сегодня же. Вернись к Сэри, сыграй с ней уже эту сраную свадьбу или что вы там собирались сделать и живи в мире до конца своих дней. И чтоб на поле боя больше ни ногой. Ну так что выберешь?

Мы стояли посреди пустого, запущенного коридора в дальней части крепости, где почти никто не бывал — здесь наш разговор некому было услышать. Потому можно было не опасаться чужих ушей и говорить такие вещи, которые другим слышать не следует. Я Владыка народа демонов и принимать за них любые решения в моей власти. Если прикажу сражаться — будут сражаться. Прикажу умирать — будут умирать. И никакой свободы воли, естественно.

Но Хейк был из тех, кто заслуживал сам сделать свой выбор. Заслуживал потому, что я считал его достойным этого. Потому и говорил то, что большинство прочих демонов от меня никогда не услышит. Потому и привел его сюда, подальше от всеобщей суеты и ненужных ушей.

— Знаете, раньше я думал, что мои навыки были дарованы мне богом-драконом для того, чтобы я осуществил свою месть, — произнес слепец после почти минутного задумчивого молчания. — Выследил супер-жука, стоявшего за смертью отца и воздал ему по заслугам. Для этого я тренировался, не сдавался и перешагивал любые преграды. Но постепенно, чем ближе я подбирался к своей цели — тем больше начинал в этом сомневаться.

— Почему же? — заинтересовался я.

— Потому что… как бы сказать-то?.. — замялся Хейк. — Понимаете, когда вкладываешь всего себя в конкретную цель и очень долго к ней идешь, начинаешь забывать о том, что кроме нее существует и нечто иное в жизни. Перестаешь обращать внимание на мелкие радости, победы и достижения. И чем ближе становится та самая главная цель, тем чаще задумываешься — а что же дальше? Вот сделаю я то, к чему стремился столько лет и ради чего столь многим жертвовал — и что останется у меня после этого?

— Ничего? — предположил я.

— Верно, ничего. Осознание этого меня не на шутку пугало. Потому я и сомневался в том, что бог-дракон даровал мне мои способности ради свершения мести. Ради того, чтобы после нее я так и остался ни с чем. И думая об этом все больше и больше я вдруг понял кое-что.

— Что же?

— Мои силы меня ни к чему не обязывают. Ни они, ни кто-либо из моего окружения, ни мои собственные трудности и невзгоды. Ничего из этого не толкает меня на один единственный путь и не заставляет вкладывать всего себя в то, чтобы его преодолеть. Все это делаю я сам. Сам ставлю цели, иду к ним по своей воле и поступаю так, как велит мне мое сердце. Не бог-дракон делает за меня выбор — я сам делаю его за себя. Сам несу ответственность и сам справляюсь с последствиями своих решений.

Слова Хейка мгновенно нашли отклик в моей душе неожиданно для меня самого. Очень странно было слышать нечто подобное от рядового демона — ему подобные ведь только и рады положиться на того, кто сможет принимать решения за них. А тут такие речи — еще и поразительно перекликающиеся с моими собственными мыслями, которыми я в последнее время все чаще терзаюсь. Ведь у меня тоже есть цель к которой я иду и о правильности которой изначально даже не задумывался.