Мечи и кинжалы (СИ) - Грэмейр Этьен - Страница 79

Само собой я с самого начала понимал, что он в случае успеха пожелает присвоить артефакт себе и для этого пойдет на все, лишь бы скрыться от меня и моего гнева. Например попытается подчинить харьдаров и с их помощью если не уничтожить всех демонов, то как минимум отвлечь от себя внимание на время, достаточное для того, чтобы покинуть Край и убраться от него подальше.

Но увы, к сожалению для Мортона в его планах была одна ма-а-аленькая погрешность, сыгравшая в итоге с ним донельзя злую шутку — он с самого начала недооценивал демонов, полагая, что нас под силу одурачить даже такому, как он.

Недооценил Кадара, который изначально знал, с кем имеет дело и что его бумагами можно только подтереть жопу; недооценил меня, под чью дудку плясал все это время и в конце-концов недооценил Хейка, которому выследить Мортона, как бы далеко тот не убрался от Ладрии под покровом ночи, не составило труда.

Внезапно Мортон откинул голову назад и расхохотался — хрипло и безумно.

— Молодец, Владыка! — воскликнул он. — Ты обставил меня, гордись. Десять лет мне удавалось избегать внимания университета, десять лет я только и делал, что шел к своей цели и никому было не под силу встать на моем пути. Но теперь все псу под хвост. Все мои труды насмарку, теперь артефакты древних так и останутся игрушкой в руках наделенных силой и властью честолюбивых ублюдков — этим ты тоже можешь гордиться! Ты ведь один из них. А ведь я лишь хотел сделать лучше всему этому миру, помочь смертным существам встать на одну ступень с древними. Хотел всеобщего блага и светлого будущего!

— И ради этого готов был пожертвовать в том числе и моим народом, да? — вполголоса осведомился я, не глядя на него. — Бросить всех демонов без разбора в пасть харьдарам ради чужого светлого будущего, да?

— Да, мать твою! — выкрикнул Мортон яростно, приподнявшись на локтях. — Это была бы уместная и справедливая жертва! Демонам не место в Эртарии, вы здесь не нужны и права на жизнь не имеете. Дышите нашим воздухом, топчите нашу землю, жрете нашу еду! Нашим — человеческим! Вы и эти остроухие ублюдки из Горьколесья! А еще сраные орки в своих гребаных горах. Проклятые нелюди, проваливайте туда, откуда пришли. А если не хотите, то хотя бы послужите на благо разок на благо человечеству, что смиренно терпит вас столько тысячелетий. Сдохните! Сдохните, чтобы мы, люди, могли жить и развиваться дальше, чтобы…

Уж не знаю, что еще собирался сказать этот идиот, но я его не дослушал. Рывком выпрямившись, наступил ему на лицо, вложив часть силы доспеха. Мгновение — и башка артефактора с противным хрустом лопнула, забрызгав камни месивом из мозга и осколков черепа. Я постоял так несколько секунд, сжимая кулаки и старательно вминая это месиво в землю.

— По моему он уже умер, — подал голос Хейк.

— Ну и хер с ним, — отозвался я, убирая наконец ногу и переводя дух. — Гребаный ксенофоб.

Неожиданно даже для меня самого, слова Мортона оказали на меня заметное воздействие. Задели за живое, с позволения сказать. Он ведь говорил о моем народе. Говорил, с яростью фанатика взывая чуть ли не к геноциду демонов, а с ними и прочих нелюдей Эртарии, что, по идее, не должно было так уж сильно отзываться во мне — верно? Я ведь все-таки…

Кто?

— Ладно, дай сюда эту херню, — протянул я руку Хейку, в которую тот незамедлительно вложил черный меч.

— По-моему, чтобы оно заработало достаточно просто окропить лезвие своей кровью, — заметил слепец.

— В курсе, — отозвался я. — Можешь возвращаться в Ладрию. Только не забдь по пути захватить девчонок, а то без тебя они будут плутать по этим лесам до завтрашнего утра.

— Само собой, — отозвался Хейк и ускользнул из поля моего зрения.

А я, осмотрев новообретенный артефактный меч, чей клинок покрывали черные чешуйки, похожие на те, из которых состоял корпус шара, вздохнул и призвал крылья. Взмахнул ими, поднимаясь в воздух и оглядываясь. Наметив своей целью блестящую на солнце широкую ленту реки незамедлительно рванул к ней, изо всех сил сжимая черную рукоять.

Останки того, кто некогда был человеком по имени Фредерик Мортон, остались гнить в ожидании голодных падальщиков на дне заваленного изрубленными трупами харьдаров оврага.

Глава 30

Войска союзников Малиэля разбили лагерь прямо возле резиденции Дома Розы.

Здесь были воины всех пяти Домов-мятежников — в общей сложности, по примерным прикидкам Кадара, не меньше семи тысяч душ. Все они были снаряжены и готовы выступить в поход хоть завтра утром, что особенно заботило высшего. Отсюда до границы Горьколесья, а значит и до земель Края рукой подать — при желании объединенное войско нескольких льессаров могло вторгнуться во владения демонов и прошагать с боем до самой Уртаги.

Но это только при особо благоприятных условиях, которые Малиэль, как он сам и его союзники предпочитали считать, вполне себе обеспечил. Предательство Кадара лишило Владыку единственного источника информации в Горьколесье, о чем он сам не должен догадываться. А раз он не в курсе, то наверняка до сих пор считает, что на востоке у него все схвачено и о возможности потенциального вторжения эльфов в ближайшее время беспокоиться не следует. В свою очередь это дает Малиэлю и его союзникам время все тщательно обдумать и спланировать, как следует приготовившись к грядущему завоеванию Края.

К тому моменту, как они готовы будут выступить, Малиэль уже утвердится на Лиственном троне и заручится поддержкой многих других Домов, что в свою очередь обеспечит ему дополнительные войска и бесперебойное обеспечение, благодаря которым он сможет одолеть демонов и начать готовиться к походу на юг, в королевства людей.

Если смотреть на все именно под таким углом, то даже Кадар вынужден был признать, что у эльфов есть все шансы на то, чтобы своих целей достичь — пусть и далеко не стопроцентные. Перебороть все южные королевства остроухим удастся разве только при условии, что им будет сопутствовать перманентная удача, не оставляя их ни на миг и позволяя выходить победителями из каждой битвы. Увы, даже без этого Край демонов им под себя подмять вполне удастся, если все будет идти по намеченному изначально Малиэлем плану.

Что-ж, по крайней мере сам эльф в этом вполне уверен. Он стоял на одной из смотровых площадок, опоясывающих мощные деревья, служащие стенами резиденции Дома Розы и любовался видом военного лагеря внизу, в густеющей тени древесных крон.

— Осталось совсем немного, друг мой, — обратился он к Кадару, сидящему в плетеном кресле рядом с ним. — Скоро сюда начнут пребывать льессары всех Домов Горьколесья, чтобы засвидетельствовать свою верность новому королю, после чего мы наконец сможем перейти к следующему этапу плана.

— А все эти воины там, внизу, для того, чтобы помочь твоим будущим вассалам принять верное решение, избавив их от возможных сомнений, да? — предположил Кадар, прикрыв глаза и не глядя на собеседника.

— Верно, — отозвался эльф. Судя по голосу — с усмешкой. — Рад, что мы мыслим в схожем ключе.

— Великие люди мыслят одинаково — это такая человеческая поговорка, — произнес высший. — Уверен, людей в ней вполне можно заменить на кого угодно другого без всякой потери смысла.

— Людей вообще очень просто заменить. Такова их суть — быть предельно взаимозаменяемыми. Сами боги намекают нам на это, отведя человечеству столь короткий жизненный срок. Сколько в среднем живет человек — шестьдесят лет?

— При благоприятных условиях, — подумав, отозвался Кадар. — Но никто ведь не отменял войны, эпидемии, массовый голод и…

— И нас, — хмыкнул Малиэль. — Чувствую, людская популяция очень скоро здорово сократится.

— Не терпится вторгнуться на юг, да? — понимающе произнес Кадар. — Признаться честно, я не вполне понимаю, в чем твоя мотивация. Ладно захват трона Горьколесья — это вполне объяснимо и вопросов не вызывает. Война с Краем тоже предельно понятна — учитывая обстоятельства, она попросту неизбежна. Но экспансия юга? Зачем?