100 дней плена (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 16

— Хочешь работу дать? — воодушевляется. И подходит ко мне.

— Да. Поможешь.

— Давай. Если честно «руки чешутся», о работе мечтаю, как об отпуске. Я же смогу потом работать? Как все наладится…

Первая мысль: нет! Но озвучивать не стал. Обидится. Не поймет желания видеть ее домашней, ждущей меня с работы, в будущем мать наших детей… Опять дети…

- Поговорим об этом позже. Хорошо?

Она громко вздыхает, будто услышала, о чем думаю.

Смогу ли отпустить? Позволить эту свободу и кусочек жизни, на которую не повлияю? Ведь окрестил Настю во всех смыслах своей, и хочу решать сам. Это лишь часть меня твердит, другая — готова пойти навстречу и не вмешиваться в ее выбор. Тотальный контроль ни к чему хорошему не приведет.

— Ты можешь работать у меня, — предлагаю тут же. По-моему идеально: видеть все время рядом.

Настя отрицательно мотает головой.

— Помогать тебе — сколько угодно. Но работу найду сама.

Раздражаюсь от ее ответа, но никак не показываю. Мы вернемся еще к этому разговору, хотя понимаю: не могу держать возле себя постоянно. Как еще утихомирить своего зверя, бунтующего от ревности?

Она берет документы и устраивается за соседним столом. Наблюдаю за ней украдкой: лицо сосредоточено и увлечено одновременно.

Вспоминаю, как наехал на ее шефа, который не хотел отпускать ценного работника, но щедрая сумма заставила передумать. Я, действительно, получается купил Настю… Мои методы не лучше… Впрочем, на роль ангела никогда не претендовал. И у меня есть серьезное оправдание — люблю ее.

— Здесь неточность, — она выводит меня из задумчивости.

«Не могу так работать…» — уже мечтаю о вечере.

Подхожу, опираясь на стол рукой.

— Давай, ты сделаешь выписку о найденных ошибках, потом посмотрю.

Кивает. А я не могу сдержаться: наклоняюсь к ней и, оттянув голову за волосы назад, целую сладкие губы…

— Ммм… Конфетка моя…

— Кто? — улыбается.

— Ты конфетка, буду называть тебя так.

— Я не против…

«Надо заканчивать соблазняться. Все дела запущу» — но как же тяжело.

Возвращаюсь на свое место. Звонит телефон, на экране высвечивается «Андрей».

— Да… Взяли? … Быстро… Я буду через час… Увидимся…

Настя смотрит в ожидании.

— Поймали беглеца, — поясняю, хотя и так ясно. — Сейчас дам указания и поедем.

— Может, мне не стоит туда ехать? — выражает сомнения.

— Одну не оставлю. Ты не волнуйся: в допросе участвовать не будешь. Хочешь — даже не увидишь его? Но если найдется, что сказать…

— Я поняла… — а вид у нее поникший.

Глава 10. Метания зверя

Настя

Как же не хотелось ехать туда… И не только из-за Стаса, который кроме отвращения ничего не заслуживает. Этот дом, в целом, вызывает неприятные ассоциации, зная его назначение. Но с Матвеем спорить бесполезно. Зачем тогда нужна охрана, если доверяет только себе? Хотя водителя все же нанял, вручив полномочия управлять своим авто.

И вот, едем…

Я буквально ощущаю, насколько любимый напряжен. Смотрю в его задумчивое хмурое лицо — мыслями он где-то далеко. Не лезу с вопросами, и так ясно: предстоит пережить не самые приятные моменты. При упоминании одного лишь имени моего бывшего мужа, Матвея чуть ли не трясет от злости. И как сказал: пойдет на любые меры… Даже не хочу представлять эти способы воздействия.

— Насть? — не сразу замечаю внимательный взгляд на себе. — Где витаешь?

— Да так… — опускаю глаза на наши переплетенные пальцы.

— Посмотри на меня, — поднимает мое лицо за подбородок. — Только не говори, что беспокоишься за него?

— Нет… Мне все равно. Правда. А вот за тебя волнуюсь.

— За меня? — удивляется.

— Он не стоит того, чтобы преступать закон, — наконец, выдаю свою мысль, которая давно терзает.

— Я не собираюсь нарушать в глобальном смысле что-то… Все уже просчитано, нужные связи подключены. Не переживай.

Матвей касается губ нежным поцелуем, говоря «верь мне, все будет хорошо». Выдыхаю, но легче не становится.

— Все думаю спросить… — отвлекает любимый от мрачных картин в голове.

— О чем? — сажусь удобнее, развернувшись к нему.

— Только не подумай, что намекаю на твой возраст… Но почему у тебя до сих пор нет детей? Я знаю: та беременность была первой. Значит, по женской части нет проблем. Выходит — не хотела?

— Не хотела, не думала и не планировала… После института нарабатывала опыт… Потом неудачное замужество. И все существование превратилось в выживание и борьбу, единственная мысль — деньги, бралась за любую подработку, помимо основной работы. Я нормальная женщина, мечтающая когда-нибудь стать матерью, но в тех обстоятельствах — это наиглупейший поступок. И Стас не тот мужчина, от которого хочется иметь детей… Почему тебя это интересует?

А в голове пролетела другая мысль: он опасается очередной моей беременности, ведь иначе не спросил бы о детях. Или ошибаюсь? И мы так безрассудно не пользовались презервативами. Я не могла забеременеть в эти дни, но в дальнейшем надо быть аккуратнее. С Матвеем все выходит из-под контроля — забываюсь, растворяюсь…

— Меня больше интересует: почему не развелась с ним раньше, как только поняла, с кем связалась? — он ушел от ответа, подтвердив мои сомнения. Не сказал, как сам относится к детям и не выразил желание их иметь, в особенности, от меня.

— Наивно полагала, что ситуация изменится, — говорю, и как-то грустно становится.

— На Стаса нарыли много информации… Осталось собрать неоспоримые доказательства и выяснить — нет ли сообщников, уверен: не может один действовать, мозгов не хватит.

Я кивнула, отвернувшись к окну. На «бывшего» мне плевать. После разговора о детях: волнует серьезность и долгосрочность отношений с Матвеем. А спросить — язык не поворачивается, немеет, боясь все испортить и услышать не то, что хочется.

Вскоре мы были на месте. У Андрея тут серьезная охрана, мышь не проскочит, даже наших телохранителей, следующих в другой машине, тщательно досмотрели — каждый соблюдает свои указания и требования.

— Наконец-то, — хозяин дома спустился по лестнице.

Мужчины пожали друг другу руки. Андрей пригласил нас в кабинет, он же и начал разговор. А я слушала, не встревая.

— Отсюда не слышно, орет он… как безумный…

— Где нашли? — спрашивает Матвей.

— В одной дыре… Чем там не промышляют только… Помимо игр на деньги, еще наркотой и проституцией занимаются… Но скотина молчит, ничего не говорит о своих истинных целях и побудивших к вымогательству причинах, кроме очевидного. Хотя мыслей предостаточно…

— Кажется, понял… — гневно прошипел любимый, сжимая руки в кулаки. — Шею сверну…

Тоже догадываюсь… Похоже, он собирался сдать меня туда в качестве проститутки. Никаких моральных принципов не осталось. Вот урод!

— Не кипятись ты так, — вмешивается Андрей. — Есть идея. Только правильно восприми.

— Какие могут тут быть идеи? Убить мало… — Матвей нервно расхаживает по кабинету.

— Давай ты выпьешь немного — успокоишься, — Андрей хотел налить коньяка, но любимый остановил.

— Не надо. Алкоголь меня не успокоит, а распалит точно, тогда не остановить. Рассказывай уже, — присаживается рядом со мной, взяв мою ладонь.

— Пусть Настя с ним поговорит.

— Что? — отвечаем одновременно с Матвеем.

— Да, на разговор нужно вывести. Нет лучшего стимула, чем обида, месть и ненависть. Он расколется… Присутствие бывшей жены как раздражитель будет.

— Исключено! — злится еще больше любимый.

— Послушай, — друг кладет руку на его плечо. — Стас связан, никакого вреда не причинит. Прикрепим камеру на одежду Насти… Ты же понимаешь, что у него есть подельники, должны быть… А значит, проблема решится наполовину.

— Матвей, — касаюсь его щеки, привлекая внимание к себе, — Андрей прав. Я попытаюсь…

— Нет!

— Не упрямься. Вы же рядом будете. Что мне угрожает?