Никогда_не... (СИ) - Танич Таня - Страница 86

— Как скажешь… Эмель! Я выйду! Минут на десять, не больше! — машу ей рукой, но она так увлечённо с кем-то переписывается и делает новые селфи, что еще четверть часа точно не обратит внимания на то, что меня нет в кофейне. Вот и ладушки. Значит, я могу сосредоточиться на Денисе. У меня на него весьма коварные планы, как на любителя поговорить.

— Что, про Артуро спрашивать будешь? — хитро интересуется Денис и, не желая угощаться из моей пачки, достает из заначки свою.

— Нет, — улыбаюсь при упоминании его имени, и это не укрывается от Дэна. — Про него все, что мне надо, я и так знаю. А что ещё не знаю — сам расскажет. Когда посчитает нужным.

— Не, Полинка, ну ты и штучка! Это ж уметь надо, так людей баламутить! — по тону Дениса мне тяжело понять, похвала это или укор. — Артуру вот, который совсем нелюдимый был, так голову закрутила, у нас свои порядки навела… Не, это, конечно, к лучшему. Реально, спасибо тебе. Прямо как бизнес-тренера крутого неожиданно нам выписали.

— Ага, — выходя на задний двор вместе с ним, прикуриваю и сажусь на бетонные ступени, нагретые от жары. — Бариста из Неаполя, — и слышу как Дэн негромко смеётся за моей спиной.

— Но ты это… Пойми, я не против и ничего такого. Просто поаккуратней будь, — выдыхая дым, он садится рядом. — У нас народ вроде и широкой души, но когда сильно резко кто-то революционирует, таких, знаешь, не любят.

— О, и ты туда же, — не могу удержаться я.

— А что, уже говорили тебе?

— Артур как раз и говорил, — недоуменно пожимаю плечами, делая очередную затяжку.

— И правильно говорил. Не задирайся так сильно. Не, Полин, ты не пойми меня неправильно, я тебе не нянька какая-нибудь. Просто… Считай, это дружеский совет. Или нет — тренинг! Типа того, который ты нам по кофе даёшь. Тренинг по жизни в нашем городе от Дэна. Который все и про всех тут знает!

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересованно поворачиваюсь к нему. Мне как раз не помешает любая инсайдерская инфа о том, что здесь происходит.

— Короче… Вроде и прикопаться к тебе по факту нечего, но… Все равно, ощущение такое, что ты все время дразнишься.

— Ты о чем, конкретнее?

— Да обо всем. Взять хотя бы тот же выпускной, что ты там наговорила. Мне же потом ребята все рассказали, как ты звездила не по-детски. И если бы с Виолкой не случилось того, что случилось, и не перекрыло все остальное по вниманию, я бы тебе после такого не советовал в определенные места, вообще, соваться. Ладно у меня в кафе молодые и нормальные ребята, а вот на базары, в спальные районы — там, где старшее поколение в основном тусуется… лучше не ходить.

— Слушай, ну что за проблемы? — говорю, притворяясь несмышлёной, а на самом деле — желая развязать ему язык. — Такое ощущение, что у вас тут ку-клус-клан действует, и меня линчуют. Что мне сделают, Дэн?

— Ну, конечно, не ку-клус-клан, — шумно выдыхает сигаретный дым Денис. — Но матом покрыть могут. Или прогнать. Или на место поставить, чтобы не совалась на их территорию со своими правилами. Просто… — Дэн на секунду умолкает, пытаясь подобрать слова. — Я же слышу, как ты с друзьями своими общаешься. У вас там совсем другая жизнь, Полина. Не такая, как здесь. И то, к чему у вас спокойно относятся, тут может вызвать подгорание жоп. Вот даже то, что ты с Артуром. Нет, я ничего не хочу сказать — ты офигенная, — делает поспешный комплимент он в ответ на мои вопросительно приподнятые брови. — И за него я рад, потому что еще пара лет… и он начал бы тихо бухать, как многие пацаны у нас, которые когда-то хотели и могли больше, но не сложилось. Но ты должна понимать — ты ж старше. И пусть тебе пофиг, ему, как я понимаю, пофиг, но народу здешнему совсем не пофиг. Это не по правилам. Не так, как у нас заведено. Так что лучше оглядывайся, мой тебе совет. Не выставляй так сильно напоказ, что ты другая. У меня, если что, спрашивай, ладно? Просто я вижу, тебя несёт. И чтобы не принесло туда, куда не надо… Притормози. Ты просто не понимаешь, что это такое, когда попадаешь всем на язык, тебя начнут обсуждать и осуждать… Неизвестно к чему это все привести может. Лады?

— Даже так, Дэн? — задумчиво делаю еще одну глубокую затяжку. — Ну, спасибо. Я учту это, без шуток. Просто мне тяжело различать, что тут у вас норма, а что нет. А что, у вас тут горазды посудачить, да?

— А то ты не знаешь, раз выросла здесь. Попробуй только попадись — и все, спалился. Вплоть до того, что некоторым переезжать приходится, лишь бы отмазаться и начать вести нормальную жизнь.

«А ведь и правда» — ошарашено думаю я, вспоминая историю с Наташкой и дядей Эдиком, которому пришлось разменять квартиру и переехать в дальний квартал, из центра на окраину. И то, это не спасло его от развода и от славы «педофила», хотя сама Наташка потом раскрыла все карты и созналась в своих проделках.

— Ну, это да… Черт, Денис… спасибо. Все это так быстро забывается, как будто и не было никогда. Ты извини за дурацкий вопрос, но… как вы тут живете, вообще? Ведь когда ты совсем молодой, тяжело принимать всё это во внимание. Можно натурально пуститься во все тяжкие, лишь бы немного сдвинуть слишком тесные рамки. Вот как Виола, например. И к чему это привело?

— А при чем тут Виолка? — непонимающе смотрит на меня Дэн, предлагая под шумок вторую сигарету. Угощаюсь из его пачки, подкуриваю — ух, до чего же крепкие. — Ну, ты сам говорил — не стоит попадать людям на язык, это может сделать жизнь невыносимой. Только не говори, что Виолу не обсуждали, если она весь последний год так дурогонила. Кто знает, может, именно всеобщее неодобрение и подтолкнуло ее к тому, что она сделала?

— Да ну, — Денис тоже закуривает новую сигарету. — С Виолкой ты совсем мимо. Ее-то как раз любили, несмотря ни на что. И это надо быть Виолкой, чтобы творить такую херь, а тебе при этом и слова никто поперёк не сказал. Виолочка то, Виолочка сё. Может, и стоило бы уже прищучить. Кто знает, может и жива была бы. А так…

— То есть, — говорю, подавшись вперёд от удивления. — Как это любили? Да у вас тут за меньшее, если верить твоим словам, анафеме предают!

— Чему? — недоуменно переспрашиваете Дэн. — Ну ты выражаешься, блин. То ку-клус-клан… но это хотя бы ржачно… То анафема. Вот как раз то, о чем я говорю, Полина. Выебон на выебоне.

— Это не выебон, это отлучение от церкви, — уточняю я.

— А при чем тут отлучение от церкви?

— Да ни при чем. Ладно, скажу по-другому. Как так вышло, что Виола, при всех ее завихрениях, все равно пользовалась любовью и одобрением? Как-то противоречиво звучит, тебе не кажется?

— А вот не знаю, — пожимает плечами Дэн, выпуская облачко дыма. — Уметь так надо. Виолка… она какая-то необычная… была. Как будто на нее все правила не распространялись. Не, это не на пустом месте, конечно. С ней просто всегда было весело. Ненапряжно, понимаешь? Обычно, красивые девки… девушки, — спешно поправляется Денис, — они какие-то на понтах, с ними просто так не заговоришь, не подкатишь. А Виолка — она не то чтобы простая в доску была — нет, там тоже гонору хватало. Она всегда считала себя самой лучшей, но с ней ты никогда не парился. Лучшая и лучшая, кто ж сомневается? Но и самому хотелось стать лучше, как-то соответствовать… завоевать ее расположение. На этом куча пацанов наших прогорела. Все хотели быть рядом с королевой. Она себя так называла всегда и вела. И не только она, все эти титулы ее с первого класса были. Королева класса, королева школы, королева олимпиады, королева знаний. Хотя, если честно, мозгов там не сказать, чтоб сильно много было. Но она другим брала. Рядом с ней приятно было, понимаешь? Даже те пацаны, кого она жестко френдзонила — и те не обижались. Реально, если она тебя отшивала, ты не чувствовал себя лохом. А легко так, необидно, типа ты классный чел — но не сейчас. Поэтому и прощалось ей все.

— Даже так? — стараюсь не выдать удивления от того, как неверно на самом деле я воспринимала образ Виолы. — Это она такая была, наверное, до последнего года?

— Да нет, всегда, — задумчиво глядя на тлеющий кончик сигареты, говорит Денис. — Когда башню не рвало — та же, прежняя Виолка. Вот только башню ей рвало очень часто. А все вокруг не хотели в это верить, что девчонка по наклонной катится. Как же? Это же наша Виолочка, наше солнышко. Она переболеет, как ветрянкой, и снова станет хорошо. А хорошо не становилось. Так и не стало…