Следующий в очереди (ЛП) - Доуз Эми - Страница 47

Мне в голову приходит ужасная мысль.

— Ты пытаешься сказать, что ты не чист или вроде того?

Его лицо вытягивается.

— Что? Черт, нет. Я чист. Мэгги, я чертовски чист. — Он делает ко мне шаг и обхватывает мое лицо руками. — Клянусь, черт возьми, я чист.

— Тогда почему у тебя сейчас такой испуганный вид? — спрашиваю я, мои глаза бегают по его лицу.

Он вдыхает через нос, и я слышу, как дрожит его грудь, когда он наклоняется и целует меня в лоб.

— Потому что ты убиваешь меня.

— Что? — спрашиваю, с досадой вырываясь из его рук. — Что это значит?

Он закрывает глаза и качает головой.

— Мне нужно идти. Скажу Майлсу, что плохо себя чувствую. Я не могу находиться рядом с вами двумя. Больше нет.

— Больше нет? — спрашиваю, наклоняясь и поднимая с пола колготки. — О чем ты говоришь? Что изменилось, Сэм?

Он подходит к двери и с серьезным выражением смотрит на меня.

— Всё.

И, не сказав больше ни слова, он оставляет меня в женском туалете «Паба на Перл-Стрит» в еще большем замешательстве, чем я была до этого.

ГЛАВА 16.

Что же, этот день был пустой тратой наживки

Сэм

Наступает утро понедельника, и с сияющими глазами в мой кабинет входит жизнерадостный Майлс.

— Привет, мужик, тебе лучше? — спрашивает он, опускаясь на стул напротив меня.

Я провожу рукой по волосам и пытаюсь вести себя спокойно.

— Да, извини, что сбежал в пятницу вечером. Одно из блюд фургончика на колесах вошло в конфликт с моим желудком. — Честно говоря, ложь, должно быть, уже стала моей второй натурой.

— Все в порядке. Мэган все равно была не в настроении до конца вечера, так что наш пробег по пабам полностью провалился, и мы тоже ушли пораньше.

Я киваю и вздрагиваю, вспомнив те миллионы раз, когда хотел написать Мэгги в выходные, но не смог себя заставить. Независимо от того, что произошло в пятницу вечером, она по-прежнему хочет вернуть своего бывшего, а я по-прежнему тот, кто я есть. И теперь, когда управление шиномонтажом перешло в мои руки, — определенно не время отвлекаться.

— Как думаешь, в пятницу вечером Мэг была в порядке? Она казалась какой-то странной, — заявляет Майлс, закидывая ноги на край стола и откусывая принесенное из комнаты ожидания печенье.

— То есть? — спрашиваю, напрягая руки.

— Какой-то... взволнованной. Я пытался выудить что-то из Кейт, потому что она явно что-то знает, но она — могила.

Я медленно пожимаю плечами.

— Не знаю, приятель.

— Я немного беспокоюсь, не из-за того ли, что между ней и Стерлингом что-то происходит.

— Что, например? — спрашиваю, чертовски желая, чтобы она призналась Майлсу, что они со Стерлингом расстались.

— Не знаю... просто как-то странно, что она тусуется в Боулдере и не собирается возвращаться в Юту, чтобы быть к нему ближе. Говорит, что безумно в него влюблена, но ее любовь не похожа на нашу с Кейт.

Я задумчиво киваю.

— Не думаю, что чья-то любовь может быть похожа на вашу с Кейт. Вы, ребята, как... единорог, испражняющийся радугой любви, которая заставляет простых смертных чувствовать себя неполноценными.

Майлс смеется над этим метким описанием, а затем снисходительно пожимает плечами.

— Я просто беспокоюсь о ней. Она такой безнадежный романтик, и иногда я думаю, что ей нужно позволить событиям развиваться более естественно.

В представлениях Мэгги Хадсон о любви нет ничего естественного.

— Боюсь, в этом деле от меня мало толку, — отвечаю я.

Майлс медленно моргает, с серьезным выражением вглядываясь в меня.

— Ты в порядке?

— Да, я же сказал, что чувствую себя лучше.

— Нет, я имею в виду... У тебя все хорошо? Ты тоже как будто не в себе. Полагал, ты будешь на вершине мира от того, что Терри отдал тебе ключи от замка, но, как ни странно, ты, кажется, не в восторге.

— Я рад, — огрызаюсь в ответ, мои плечи напрягаются. — То есть, это шиномонтажная мастерская. Я рад шиномонтажной мастерской, насколько это возможно.

Майлс задумчиво кивает, явно не удовлетворенный таким ответом.

— Слушай, я не очень много знаю о твоих семейных делах, да мне и не нужно, ведь лучшие друзья — это лучшие друзья без каких-либо условий. Но я знаю, что эта шиномонтажная мастерская начиналась с твоего отца, и, может, тебе немного странно сидеть сейчас в его кресле.

— Это кресло принадлежало Терри, — поправляю, сжимая вспотевшие ладони в кулаки.

— Ты знаешь, что я имею в виду. — Майлс подвигается на край стула, опираясь руками о стол. — Послушай, Сэм, мы с тобой близки, но я чувствую между нами стену. Так было всегда. Я безумно разоткровенничался о своей драме с бывшей, но ты так мне и не открылся.

— Потому что у меня нет драм с бывшими, — утверждаю, чувствуя, что чем больше этот разговор становится проникновеннее, напряжение в мышцах усиливается.

— Я знаю, но твоя драма иного рода. И не делай вид, что не понимаешь. Я в курсе, что ты планируешь помочь своей маме через два года выйти на пенсию и постоянно помогаешь сестрам. Теперь ты возглавляешь «Магазин шин». Это большая ответственность, Сэм. И я понимаю, делиться друг с другом — не то, чем занимаются парни, но я надеюсь, ты знаешь, что я всегда рядом. Я с тобой, чувак, что бы ни случилось.

От слов Майлса впадаю в ступор. Его голубые глаза широко распахнуты, будто одним многозначительным взглядом он пытается выразить свою любовь ко мне. Это больно. Все им сказанное причиняет боль, потому что я этого не заслуживаю. Не после всего того дерьма, что я натворил с его сестрой за его спиной. Я не жалею о том, что мы сделали, но жалею, что солгал ему об этом. Может, между нами и стена, но Майлс по-прежнему мой лучший друг. Я тоже с ним, что бы ни случилось.

— Спасибо, приятель. Я тоже с тобой, что бы ни случилось.

Он кивает и протягивает руку, стукаясь со мной кулаком.

— В принципе, это твоя версия «я люблю тебя», так что я ее принимаю. — Он встает, чтобы выйти за дверь и вернуться к работе, но я останавливаю его до того, как он выходит.

— Майлс, у тебя найдется время выпить со мной завтра вечером? На самом деле есть кое-что, о чем я хочу с тобой поговорить.

Глаза Майлса загораются, как у ребенка в рождественское утро.

— Безусловно. Мы все устроим.

— Звучит неплохо, мужик, — отвечаю я его удаляющейся фигуре, думая про себя: «Надеюсь, после всего, что я тебе расскажу, ты по-прежнему будешь со мной, что бы ни случилось».

Достав телефон, пишу Мэгги.

Я: Нужно поговорить.

Спарки: Хорошо…

Я: Не могла бы ты встретиться со мной у Марва за ланчем около полудня?

Спарки: Конечно, до скорого.

Я в той же кабинке, где мы сидели с Мэгги, и со скользкими от пота ладонями смотрю в окно, ожидая, когда подъедет ее машина. Когда это, наконец, происходит, клянусь, мое сердце начинает бешено колотиться от вида того, как она, в длинном красном шерстяном пальто, ботиночках на платформе и узких джинсах, входит в магазин приманки. Темные волосы распущены по спине, и я с изумлением смотрю на нее, потому что несколько недель назад я совершенно не представлял, что кто-то наподобие нее войдет в мою жизнь.

Заметив меня в углу, она нежно улыбается и направляется ко мне. Скользнув в кабинку, она облизывает губы и оглядывает играющих в карты стариков.

— Может, мне следовало захватить колоду, — говорит она, нервно поглядывая на меня.

Глядя на нее, медленно моргаю.

— Боюсь, я не в настроении для игр.

Она кивает и тяжело выдыхает.

— Прости, Сэм. Я о стольком сожалею.

— О чем, например? — спрашиваю, закатывая рукава, готовясь к тому, что сейчас услышу.