Люби меня (ЛП) - Брукс Анна - Страница 4

— Восхитительно, — отвечает он, при этом его голос становится глубже, чем раньше.

Уклоняясь от темы, прежде чем начну отстаивать честь своего кафе, я спрашиваю:

— Ты родственник Брэда?

— Дальний, — отвечает Вон, поднимая со стола рюмку и опрокидывая её. — Он пригласил меня на вечеринку.

— Мне казалось, я уже рассказывал тебе о нём.

— Нет, — я качаю головой, глядя на Кеннеди, — я так не думаю.

— Моя оплошность. Он вернулся примерно полгода назад. Тогда позвольте мне официально представить вас друг другу. Вон, это Рейн. Рейн, это кузен Брэда — Вон, который вернулся домой несколько месяцев назад.

Вон тянется к моей руке, и, поскольку я воспитана в хороших манерах, я собираюсь пожать ему руку, но он подносит её к своему рту и целует в пульсирующую точку на моем запястье.

— Приятно познакомиться

Ненавижу то, что мне нравится чувствовать его рот на себе. Я быстро отдёргиваю руку.

— Угу.

— Кенни! — кричит Брэд с другого конца комнаты.

Кеннеди показывает Брэду палец и поворачивается так, чтобы только я могла видеть его лицо, и одними губами произносит: «Ты в порядке?»

Вот почему он мой лучший друг. Порой, он знает меня лучше, чем я сама. Я киваю. Мне комфортно с Воном. Просто не нравится, что он выказывает чувства, которые я пытаюсь подавить.

— Мне пора. Будь милым, Вон. Она не просто кто-то, ясно? — Кенни целует меня в макушку и исчезает, направляясь к своему жениху.

Притворяюсь, что оглядываю бар и делаю глоток воды, но когда я, наконец, бросаю взгляд на Вона, то обнаруживаю, что он уже смотрит на меня; более того, не думаю, что он вообще отводил от меня глаза.

— Вон, смотри… — шепчу я.

— Я уже это делаю. И мне действительно нравится то, что я вижу.

Я и раньше догадывалась, что от него одни неприятности, но сейчас, когда его руки на мне, у меня возникают мысли, которых, как я знаю, не должно быть… Мне нужно раздавить это прежде, чем что-то начнётся.

— Послушай, я…

Его волосы свободно развеваются, когда он качает головой.

— Не посылай меня раньше времени. Я знаю, что ты собираешься сделать. Не делай этого.

— Я лесбиянка, — выпаливаю я. — Я польщена, но сожалею, — я столько раз репетировала эту фразу, что сама почти верю в неё. Хотела бы я порой в это верить.

Он смеётся. Это настолько застаёт меня врасплох, что обнаруживаю следующее: моя челюсть открыта, и я смотрю, как смех меняет жёсткие черты его лица на мягкие, делающие его менее пугающим и более красивым.

— Почему ты смеёшься? Ты в гей-баре.

— Я здесь ради Кенни и Брэда. Я не гей, дорогая, и если ты думаешь так, то я должен вступить в игру.

— Меня не интересуют игры, — скрещиваю руки на груди, защищаясь. — К тому же, я не говорила, что ты гей. Я сказала, что я лесбиянка.

Он снова смеётся. Отдышавшись, Вон делает ещё одну попытку.

— То, как ты двигала бёдрами. Тёрлась о мой член… Чёрт, детка. Я твёрдый, как долбаный камень. Ты не лесбиянка.

— Да. Я лесбиянка, — это то, что я говорю людям, когда на меня нападают, потому что правду слишком сложно принять. Порой, я просто не хочу напоминать себе, что больше у меня ничего не будет.

— Ты не лесбиянка.

— Ладно, — выдыхаю я. — Ты меня раскусил. Я асексуалка (прим. асексуа́льность — определение или самоопределение людей, которые не испытывают полового влечения. Асексуальностью не является сознательное половое воздержание при наличии полового влечения).

Он фыркает.

— Нет, ты не такая.

— Такая.

— Нет.

— Такая, — кричу я.

Он протягивает руку и проводит пальцем по моему колену до подола очень короткого платья. Я пытаюсь сделать вид, что он на меня не действует, но у меня перехватывает дыхание, а щёки полыхают огнём. Когда он проводит пальцем чуть ниже подола, я вздрагиваю. Проклятие. Козел.

— Нет. Ты не такая, — Вон ухмыляется и сжимает моё бедро, прежде чем отпустить. Скрестив руки на груди, он кладёт их на спинку стула.

Я откашливаюсь.

— Послушай, я правда не могу. Чтобы ты ни задумал.

— Что я задумал?

— Не знаю.

— Тогда почему ты не можешь?

— Прекрати искажать мои слова, — фыркаю я.

— Я не искажаю.

— Ладно, — я тянусь за сумочкой и встаю. — Пойми намёк, придурок.

— Офигеть, — присвистывает Вон. — А я-то думал, ты милашка. Не знал, что ты такая маленькая задира.

Моя рука долетает до его лица так быстро, что это удивляет даже меня. Его глаза расширяются, и я выпрямляюсь, заметив Кеннеди, спешащего ко мне. Не вижу реакции Вона, потому что иду в противоположную сторону. Голос Кеннеди эхом отдаётся в моей голове, но я ускоряю шаг. Слёзы застилают глаза, когда я на дрожащих ногах иду к двери. Когда выхожу на улицу, холодный воздух хлещет меня по лицу, и я дрожу по совершенно другой причине, злясь на себя, что забыла куртку за столом.

Поскольку у меня уйдёт столько же времени, чтобы дождаться такси из «Убера», я начинаю идти домой. Скрещиваю руки на груди и ускоряю шаг.

— Рейн, подожди! — Кеннеди догоняет меня и обнимает за плечи. — Что, чёрт возьми, произошло?

Я останавливаюсь и позволяю ему обернуть вокруг меня свой блейзер.

— Он сказал что-то, что разозлило меня, и я слишком бурно отреагировала.

— Мне жаль. Не думал, что с ним тебе будет неловко.

Я качаю головой и машу рукой в воздухе. Вон заставил меня почувствовать слишком, бл*дь, много, вот что он заставил меня чувствовать. Вынудил меня нарушить обещание. Заставил усомниться в моей верности.

— Всё в порядке. Он не доставлял мне неудобств. Он меня разозлил.

Кеннеди хихикает.

— Можно подумать, это сложно сделать. Что, чёрт побери, он сказал?

— Он назвал меня задирой. Это просто выбешивает меня, потому что это самое далёкое от того, кем я являюсь. Верно??? Я флиртую с ним? Боже, Кеннеди, — я качаю головой и шмыгаю носом. — Даже не знаю. Я пойду. Мне нужно позвонить ему.

На лице Кеннеди появляется сочувствие — выражение, которое я так устала видеть от людей, и я поворачиваюсь, чтобы пойти домой. Кенни был в моём углу, но он также пытался толкнуть меня в центр ринга, когда я не была готова. Когда моя вера ещё не истощилась. Не удивлюсь, если он пригласил Вона только потому, что знал, что тот мне понравится.

Вернувшись домой, я сажусь на край кровати и делаю свой ежедневный телефонный звонок.

— Привет, это Брайан. Сейчас я не могу ответить, потому что делаю что-то потрясающее, поэтому оставьте сообщение.

— Привет, милый. Это я. Я только что вернулась домой из клуба. Кенни и Брэд выглядели такими счастливыми. Хотела бы я, чтобы ты был здесь, чтобы отпраздновать с нами. В любом случае… Я… ну… Я не занималась ничем интересным, кроме как танцевала, поэтому мне нечего тебе рассказать. Но я устала, так что пойду спать. Я позвоню тебе завтра. Люблю тебя.

Глава 3

Рейн

— Он снова спрашивал о тебе, — говорит Полли, хватая сэндвич с говядиной, который я только что сделала.

Вон уже два часа торчит в зале и каждые пятнадцать минут пристаёт к Полли с расспросами обо мне. Я ничего не сказала ей, кроме того, кто он и что я не могу поговорить с ним прямо сейчас. Я не говорю о своей личной жизни. Единственные люди, кроме моих родителей, которые знают меня, — это Кеннеди и Брэд, автоматически, потому что Кеннеди рассказывает ему всё.

— Я занята.

Она смотрит на пустую доску заказов и выгибает бровь.

— Замолчи, — я улыбаюсь в попытке скрыть ощущаемую нервозность.

— Ты босс, — бубнит она. — Нужно отнести это.

Я срываю сетку с волос и прислоняюсь к стене рядом с вентилятором.

Когда Полли выходит через вращающуюся дверь, я ловлю взгляд Вона, или это он ловит мой. В любом случае, я не могу заставить себя отвести глаза. Он выглядит не так, как в пятницу вечером. Мягче. Он губами произносит моё имя, и я, наконец, опускаю глаза, мои волосы создают занавес — щит. Точно также я пряталась весь вчерашний день. Оставалась дома и скрывалась от мира.