Азартные игры (ЛП) - Смарт Е. М. - Страница 19

— Хей, Док, не видел тебя здесь прошлой ночью. Что-то случилось? — Манки бросил взгляд на официанта и заказал завтрак.

— Был занят, — не хотелось говорить Бинсу о моем решении при Манки, но, кажется, он никуда не собирался. При нем вообще стоило говорить как можно меньше.

— Чем? Ты играешь где-то еще? Ты же знаешь, что все еще должен вернуть нам должок, — он наклонился ко мне, его отвратительное утреннее дыхание заставило меня отклониться.

Он вышел за рамки дозволенного, напомнив мне о долге, и он знает об этом. Но я пропустил его комментарий мимо ушей, и повторил. — Я просто был занят, вот и все.

— Ты хотел переговорить со мной о чем-то? — Бинс прервал нас прежде, чем ситуация вышла бы из-под контроля.

— Да, Бинс, тут такое дело, я не могу закончить турнир, — ответил я, повернувшись к Манки спиной.

Бинс отложил вилку и нож, бросил взгляд на Манки. Что-то тут было неладно. — Что ты имеешь в виду? Ты болен?

Я не собирался обсуждать свои дела при Манки. — Нет. Кое-что случилось, и мне нужно выйти раньше.

— Ты не можешь этого сделать, — голос Манки был спокойным и зловещим.

— Я не с тобой разговариваю, — Бинс все еще поглядывал на Манки. — Прости за это, Бинс.

— Твоя девушка может подождать, — Манки встал, и неосознанно я повторил его движение. Как, черт возьми, он узнал про нас с Сарой?

— Держи свой рот закрытым, — я снова хотел извиниться перед Бинсом, но Манки схватил меня за рубашку.

— Слушай сюда, маленький ублюдок, ты уйдешь, когда я скажу тебе уходить. И ты закончишь этот турнир.

— Да пошел ты. Кем ты себя возомнил, что указываешь мне, что делать? — я стряхнул руку Манки со своей рубашки.

Меня напрягло, что Бинс вел себя слишком тихо на протяжении всего спора, поэтому я переключился на него. — Бинс, что происходит?

— Манки прав. Тебе нужно закончить. Мне нужен грандиозный финал, — Бинс даже не смотрел на меня. — Боссы возвращаются, и они ожидают зрелищный турнир.

— О чем, мать твою, ты говоришь? И что боссы собираются делать тут? — и внезапно меня осенило: я — тот, кто должен им все устроить.

— Мне жаль, Док.

Манки снова схватил меня за одежду. Его руки держали лацканы моего пиджака, и его отвратительное утреннее дыхание снова коснулось моего лица. — У тебя нет выбора. Выйдешь сейчас, и я найду тебя. А когда я найду тебя, то пущу пулю тебе в голову. Затем я найду эту блэкджековскую шлюшку, которую ты трахаешь, и отымею ее, а потом вынесу мозги и ей.

Прежде, чем Манки смог бы отреагировать, я дважды ударил его в лицо, его руки отпустили мой пиджак. Краем глаза я заметил, что Бинс начал вставать со своего места, чтобы разнять нас, так что придется ловить момент, а не жевать сопли. Я занес кулак, чтобы в третий раз дать Манки по роже, но в это мгновение мой затылок взорвался от боли. Перед глазами заплясали звезды, а потом все погрузилось во тьму. 

 Глава двадцать третья

Сара

— Мама собрала все, что нужно. А еще она хочет знать, что мы будем делать, — мама отправила Ташу, потому что прекрасно знает: я слишком подавлена, чтобы иметь с ней дело. Она считает, что я более терпеливая по отношению к младшей сестре.

Док должен был быть здесь еще час назад. Я проверила телефон уже тысячу раз, даже запястье заболело. Я отправила Доку по меньшей мере дюжину сообщений, но ничего. Ни сообщения. Ни звонка. А мой рейс менее, чем через пять часов.

Стук в дверь. Я вылетела из спальни и понеслась к двери, отпихнув в сторону маму. Спасибо Господи. Слава Богу. Он вернулся за нами.

Но это был не он. — Обслуживание номеров, мисс?

Я покачала головой и закрыла дверь. Я была разбита, мне ничего не оставалось, кроме как поплестись обратно в спальню и плюхнуться на кровать.

Самое время сделать выбор.

— Ты действительно думаешь, что он придет? — Таша последовала за мной в спальню. То, как она задала свой вопрос, и выражение ее лица напомнили мне о нашем детстве. Она заставила меня подумать о времени, когда наши родители уходили играть. Мы оставались одни в доме. Точно таким же голосом она спрашивала меня, вернуться ли мама и папа домой этой ночью. И точно таким же голосом я отвечала ей, что они вернуться. Но мы обе знали, что шансы тут пятьдесят на пятьдесят.

Конечно же, он не придет. Он сделал тот же выбор, который сделали мои родители. Игры были важнее меня.

— Нет. Нам лучше выходить, — я говорила и двигалась, словно зомби. — Давай вызовем такси, съездим домой и заберем оставшиеся вещи.

Даже в таком состоянии я понимала, что возвращаться домой довольно рискованно. Уверена, русский, что искал маму, следит за тем местом. Но я провела всю жизнь, учась избегать маминых преследователей. Мне было известно несколько способов, как пробраться в нашу квартиру незамеченной.

Мне нужно действовать. Делать что-то, чтобы притупить боль от предательства Дока. — Скажи маме, чтобы она была готова выходить.

Когда все были готовы, я чуть ли не затолкала их в лифт, и мы спустились в лобби. Мы поймали первое попавшееся такси и поехали к дому.

— Скорее всего, они следят за квартирой, — послышался безучастный голос матери.

— Я знаю, — я прислонилась лбом на холодное окно пассажирской дверцы. — Таша и я проберемся внутрь так, что нас никто не заметит, а ты останешься в машине.

К счастью, я неделями готовилась к переезду в Торонто, так что большинство наших пожитков было уже упаковано.

— Но вы с Ташей не унесете все сумки в одиночку.

— Это не проблема. Кроме того, они будут ждать тебя. Нас они не знают, — на самом деле, была вероятность того, что они знали про меня и Ташу, но я просто надеялась, что они не узнают нас раньше, чем мы вынесем сумки.

Когда такси въехало на нашу улицу, Таша толкнула меня и указала на автомобиль. Черный внедорожник был припаркован рядом со зданием, в котором находилась наша квартира. Я почувствовала, как волоски на затылке встали дыбом. — Не могли бы вы въехать в этот переулок? — таксист свернул налево. — Отлично, можете остановиться здесь и немного подождать? — по крайней мере, один плюс был в том, что мама останется в машине: меньше шансов, что водитель уедет без нас. — Мы скоро вернемся.

Я открыла ворота заднего двора, и мы с Ташей поспешили к пожарному выходу, а затем вошли в квартиру через заднюю дверь. Квартира была перевернута вверх дном. Дверцы шкафа лежали в столовой, документы валялись на полу, и весь наш багаж пропал.

Сердце замерло. Неужели они нашли?

— Давай убираться отсюда, Сара. Пожалуйста, давай просто уйдем.

— Не сейчас, — я помчалась в кухню. Взрослея, я научилась искать укромные места, где могла бы прятать деньги от родителей. Даже в собственной квартире мне нужны были тайники, где я могла бы хранить что-нибудь ценное. Особенно это пригодилось, когда мама переехала жить к нам.

Я взобралась на кухонную столешницу. Когда-то я вытащила одну из полок и завернула ее в упаковочную бумагу. Сейчас дверца буфета была открыта, а все тарелки были не больше чем грудой осколков, устилающих пол.

— Где же оно?

— Где что, Сара? — сестра была прямо позади меня, пробираясь на цыпочках на кухню.

Затем красный шахматный узор привлек мое внимание. Я нашла свою полку под коробкой хлопьев и битыми стаканами. Ее просто бросили туда. Я разорвала упаковочную бумагу и достала четыре конверта, которые должны стать стартом нашей новой жизни. В трех из них лежат документы, которые помогут нам добраться до Торонто, а в четвертом — все, что мне удалось накопить. Я откладывала в этот конверт каждый цент, который оставался после того, как я оплачивала ежемесячные счета и долги матери. — Теперь мы можем идти.

Я выглянула в окно. Двое людей вышли из машины и направились к переулку. — Бежим.

Мы с Ташей выбежали через заднюю дверь и спустились по пожарной лестнице. — Давайте, поехали! — мы с сестрой запрыгнули на заднее сидение такси.