Куплю тебя дорого Кукла (СИ) - Штогрина Анна - Страница 34

В воздухе стоит тягучая жара. Я вижу, как асфальт на дорожке перед домом плавится и горячий воздух создает сюрреалистичное марево. Охранники в своих мрачных костюмах попрятались в сторожку под кондиционеры. На зеленой лужайке ни души. Даже птиц не видно и не слышно.

В доме Шамиля установлена система климат контроля. Но мне душно, будто я стою там снаружи, под палящим солнцем. Я все время глубоко вздыхаю и свободный широкий сарафан, мне кажется,  давит на груди свинцовой плитой, хоть ткань вообще не касается моей кожи.

Я замираю, не дышу, когда вижу, что ворота, наконец, поднимаются. Коричневые роллеты скручиваются и моему взору предстает сверкающий черный Мерседес. Тонированная машина, как касатка. Слишком медленно заплывает во двор.

Я не могу сдержать порыва и выбегаю скорее на улицу.

Сама открываю массивную входную дверь и хватаю ртом кипяток. Слишком раскаленный воздух.

Автомобиль останавливается в метре от меня.

Из него, как из преисподни вынырывает Дьявол.

Первым выходит Рамазан Юсупов.

Косматый бородатый бандюган. Весь в татуировках и шрамах, даже на лице. Жуткий тип. Не человек. Демон.

Мне удивительно, что их с Шамилем кровь родная. Настолько один мне близок, дорог и понятен. И настолько второй пугающий и далекий.

Но мой взгляд вмиг вспыхивает и, наконец, видит летнее солнышко. Яркое и лучистое. Теплое и любимое.

Мой сыночек выскакивает из машины, огибает бородатого монстра и бежит ко мне в объятия.

Я падаю перед ним на колени и подхватываю своего тяжеленького карапузика на руки. Зацеловываю пухлые щеки и вдыхаю знакомый самый родной аромат сына.

Мое сердце радостно выпрыгивает из груди. Рвется наружу птицей, расправившей крылья.

- Мамочка, чего ты плачишь?- спрашивает Богдан.

Я утыкаюсь в его отросшие волосики и шумно выдыхаю накопившуюся боль.

- Котеночек мой, любимый, я просто очень соскучилась...

Богдан по мужски крепко взял меня за руку и повел в дом. Рамазан Юсупов мрачной тенью шестовал следом. Его суровый молчаливый вид пугал меня до икоты. Инстинктивно я сжимала пальчики сына все сильнее.

Мы вошли в дом.

- Слышь, пацан, посиди тут, мы с твоей мамой потолкуем,- раздался рокот громового голоса. Я аж вздрогнула от неожиданности.

- Хорошо, дядя Рамазан. Скажите, а я уже не вернусь в приют?- беспечно спрашивает сын.

У меня все внутри холодеет. Моего сына держали больше недели, как одинокую сиротку в детском доме.

- А ты хотел бы?- Рамазан переводит взгляд на сына и мне хочется заслонить его собой, спрятать за спину, чтоб этот жуткий мужик больше не мог нагонять страха на него.

Но Богдан беспечно улыбается и произносит

- Очень хочу. Там так весело. Мама, у меня там много друзей. Тетя Лера со мной занималась. Она учительница. Мы готовились к школе. Она меня научила читать по слогам.

- Какая тетя? Кто это?- ничего не понимая спрашиваю сына.

- Ну это ж жена дяди Рамазана,- укоризненно качает головой сын. Типа, как это я не понимаю очевидного.

У Рамазана Юсупова есть жена, и она работает в детском доме?! Звучит, как глупая шутка. Но устами младенца глаголит истина.

Теперь черед удивляться мне. Я снова осматриваю бандита. Пытаясь в лохматой черной морде безбожного зверя отыскать человеческие черты по которым его опознала какая то несчастная женщина и вышла за него замуж.

Но на меня по прежнему смотрит мрачное чудовище из преисподни. Безэмоциональная суровая маска языческого Бога смерти.

- Милена, давай, шуруй в кабинет. Нам побазарить надо,- выводит меня из размышлений грубый приказ Рамазана.

В дверь вошел охранник в пиджаке. У него на квадратной морде блестят капли пота.

- Он посидит с твоим пацаном,- небрежно машет рукой в сторону наемника Юсупов.

Я сглатываю ком неизбежности. Оставлять сына не хочется ни на миг, но и чтоб меня оттаскивали силой тоже не вариант. Только ребенка напугаю.

- Сыночек, посмотришь мультики немножко. Там пульт есть на столике,- я поцеловала сына и нехотя разжала руку.

Богдан довольно и доверчиво побежал к дивану.

Рамазан прошел в кабинет. Я поплелась за ним, как на казнь. Чувствую разговор будет мало приятным.

Когда дверь за мной закрывается, я понимаю, что нахожусь в одной клетке со зверем. И страх жертвы просыпается изнутри.

- Сядь,- командует Юсупов.

Я безоговорочно упала на стул напротив стола. Сам Рамазан уселся в хозяйское кресло и напряженно уставился на меня.

- Я предложу тебе сейчас два варианта дальнейшего развития событий. И уверен, ты выберешь ради сына первый,- сурово начал Рамазан.

Я сжалась в комок.

Даже не представляю зачем ему понадобилось со мной говорить. О чем вообще сейчас пойдет речь...

- Первый - я даю тебе денег, и ты навсегда уебываешь как можно дальше. Уезжаешь к мамке во Францию, или едишь в Преднистровье капать картошку. Мне похрену куда. Но ты бесследно исчезаешь из жизни моего брата,- ровно вещает Дьявол. Выдерживает непродолжительную паузу и добавляет,- Второй - ты строишь из себя обиженную или влюбленную дуру. Отказываешься. Тогда я тебя закапаю. За то, что ты пыталась убить Шамиля, а у твоего чокнутого папаши это чуть не вышло. Я такой хрени не прощаю. И твои сопли мотать на кулак не буду. Достану сейчас пистолет и к херам прострелю твою сучью башку. А сына определю в приют. Тем более ему там понравилось. Так что ты выберешь, Милена Ксавье?

Рамазан договорил, а я живо представила каждое его слово в деле.

Этот ублюдок не способен шутить. Он сейчас говорит истинную правду.

Ладони внезапно взмокли от напряжения. Не знаю, люблю ли я Шамиля. Для таких громких эпитетов рановато. Тем более его отношение ко мне лишь потребительское. Я его должница. И врядли стала выше рангом от любой другой его девки.

Но он приказал дождаться его дома. Если я ослушаюсь, то либо вызову его гнев и он меня накажет, либо никогда больше его не увижу и от этого предательски сосет под ложечкой.

Умом я прекрасно понимаю, что выбор мне сейчас никто не предоставляет. Предложение Рамазана Юсупова - это верх щедрости. И денег посулил и на свободу с сыном отпустит. Но все время возникает это дурацкое "но". И протест норовит вырваться наружу.

Я сжимаю кулаки, чтоб сдержать инфантильные порывы неуместной эмоциональности. Не буду спорить с Дьяволом. Это бессмысленно.

- Хорошо. Я уеду с сыном. Но деньги мне никакие не нужны. У меня остались родственники и немного сбережений. Мне хватит, что б добраться до Сюрена,- голос выдает предательскую дрожь, и я тщедушно прячу глаза в пол. Невозможный мужчина прожигает меня тяжелым смолистым взглядом, в котором алеет отблеск моего предательства.

- Нет. Ты должна сказать, что возьмешь деньги и уедишь. Я должен быть уверен в том, что в твою башку не взбредет очередная блажь, и ты не вернешься дальше разводить на бабки Шамиля,- и веским аргументом, Рамазан достает из кобуры пистолет и медленно направляет стальной ствол на меня. Я впервые вижу оружие вблизи, и оно меня вводит в состояние, близкое к предсмертной агонии. За дверью находится мой сын, а перед глазами пролетает вся моя неудавшаяся жизнь, наполненная слезами разочарования и непосильными испытаниями.

- Подождите. Не нужно злиться. Я согласна. На все согласна. Я возьму ваши деньги и уеду как можно дальше,- поспешила я заверить опасного бандита.

А сама смотрю не моргая в узкий туннель для свинцовой пули. Вот так, одним движением спускового курка можно легко пресечь целую жизнь. Убить живого человека.

- А как же чувства к брату?- проговорил Рамазан с насмешкой. Продолжает меня запугивать. Издеваться.

- У нас с Шамилем нет никаких отношений. Меня шантажировали бандиты, и я использовала его, чтоб раздобыть сто тысяч долларов,- мрачно говорю то, чего совсем не чувствую. А когда эти жуткие неправильные фразы облачаются в громкие слова, мне становится действительно горько.