Мятный сон (СИ) - Пишу Яна - Страница 6

Встаю на ноги. Прохожу мимо Джэрри. Он сидит на краю кресла и, не отрывая взгляда, смотрит за моими действиями. Подхожу к столику. Жадно глотаю воду. Вытираю лицо от пота. Пью l-карнитин. Достаю с полки bca, протеин и шэйкер. Кинув в стакан свою порцию спортивного "порошка", взбалтывают до образования пены. Выпиваю. Не люблю это горькое послевкусие коктейля. Оно вызывает во мне неприятное чувство тошноты. Этими простыми действиями я пытаюсь вернуть себя "в себя".

Футболка такая мокрая, что просто снимаю и кидаю её в корзину для белья.

В цокольном этаже я расположил

самодельный набор гантелей и такие же самодельные брусья со швецкой стенкой для занятий спортивной гимнастикой. У меня очень неплохо получаются базовые упражнения этого вида спорта. Правда в семнадцать лет, находясь во дворе с одноклассниками, я удивил и себя, и их, когда захотел попробовать свои силы, подтянувшись в висе. Получилось сделать не только это, но и упражнения с вращениями и маховыми движениями. В тот день я пропустил последний урок и побежал домой, чтобы уточнить у мамы свою догадку. Она подтвердила мои домыслы, рассказав, что этому меня обучил отец. Так я узнал ещё одну деталь о папе, с которым мы вместе попали в страшное ДТП. Он погиб сразу, а мне сильно досталось от удара головой. Следствием этого была полная потеря памяти. Постепенно я восстановился, занимаясь обычными делами, только иногда, удивляя себя и знакомых. Правда отца я так и не вспомнил. Не смог. Знаю только то, что мама рассказывала мне о нем. Печально, но, в связи с потерей моего отца, мама, как она пояснила, решила уничтожить любое напоминание о погибшем супруге, только бы не умереть от горя и найти силы, чтобы жить дальше ради меня, ради нас обоих. Иронично, но теперь у сына хобби фотография. Есть десятки фото чужих отцов, кроме родного. Я лишь могу догадываться о том, как он выглядел, смотря на себя в зеркало. Мама говорит, что мы похожи. Бывает я сильно злюсь на неё. До сих пор не могу понять, как можно было не сохранить хотя бы одного снимка. Но с осознанием приходит и понимание — я не был в ее положении. Похоронив мужа, будучи одна с сыном, потерявшим память, она потеряла всякую уверенность в завтрашнем дне. Поэтому и приняла решение сохранить лишь в сердце память о прошлой жизни. Однако даже увидь я его изображение, это не решило бы одну большую проблему. Я вообще не знаю, что значит иметь отца…

Конечно, профессор Гарольд многое сделал для меня того, что обычно делают отцы для своих детей. Давал советы, обучал, помогал ставить верные цели и достигать их, выслушивал, находился рядом, когда я остро ощущал потребность в отеческом наставлении, будучи восемнадцатилетним юношей, не зная, как жить дальше и часто задумываясь "А стоит ли жить вообще?". Он не раз поддерживал морально и денежно, когда мама болела. Я испытываю сильные чувства привязанности, благодарности и глубокого уважения к этому человеку.

Бывали моменты, в которых, я даже искал внешние сходства с нами. Ловил себя на мысли, что я думаю о нём как о том, кого хотел бы видеть в роли отца.

Порой это очень угнетало. Ведь заменить, а, точнее, восполнить пропасть в душе, связанную с тем, что я забыл настоящего отца, никто не сможет. То, что он не просто ушел от нас, а я сам забыл, не даёт мне покоя. Пока я не вспомню его, не найду успокоения. Буду страдать от того, что не знаю, как это, когда отец учит первый раз бриться, как это, когда он играет с тобой в футбол, я не знаю, как это видеть маму и папу вместе. Хотелось бы знать, как он учил меня всему, что я сейчас с лёгкостью делаю на турнике. Ничего из того, что мог знать об отце, не помню! Больнее всего в этом положении — это слушать рассказы мамы о нём, о его порой героических поступках. Сейчас мама понимает, что погорячилась, выкинув все снимки, но прошлого не вернуть.

Почти два часа измываний над собой в сопровождении воспоминаний немного отвлекли меня. Джерри так и просидел все время, не двигаясь, лишь наблюдая. А я так и не заговорил с ним. Правда того, что Её — нет, продолжает преследовать и никакой спорт, никакая даже самая изматывающая меня тренировка не избавит от ужасной действительности.

Я могу лишь брать под контроль эмоции, но сердце не могу заставить не любить ту, которая снится вот уже семнадцать лет, из месяца в месяц, из года в год, каждый раз напоминая о себе, не давая забыть её вены на шее, её воздушный, родной такой образ. Испытывает, издевается надо мной…

— Если бы я знал, что ты реальна, я нашёл бы тебя, чего бы мне это не стоило… — тихим шепотом проговорил я.

Понимаю, что разговор "ни с кем" меня снова вгонит в состояние отчаяния. Делаю еще один подход, подтягиваясь на кольцах. Чувствую как прорабатывается трицепс руки. Ощущение жжения мышц растекается по телу. Ох, как я люблю этот эффект! Именно он лучше любого успокоительного гонит из меня адреналин, отключает мозг от всего, оставляя лишь боль, которая временно заполняет все, создает иллюзию полноты души, заставляет на миг ощутить себя не одиноким, а переполненным взаимными чувствами.

Только жаль, что это лишь чувство боли…

***

Мятная веточка 3

POV Николас

Не снимая с себя одежды, захожу под струи ледяной воды в душевую, которая выложена натуральным морским камнем. Сколько же труда мне стоило довести её до ума! Только поиск одинаковых гладких камней занял месяц. И целых три месяца я возился с кладкой. Теперь каждый раз вспоминаю детали проделанной работы и удивляюсь тому, что не бросил эту затею, неся первый мешок камней в машину. Пытаясь избавиться от остатков пустоты в сердце, тру до красна щёткой по коже. Показалось, что вместе с потом и грязью я смываю опустошение, упавшее на меня этим утром. Погружаюсь в холод на пятнадцать минут. Мое тело стынет. Теперь мышцы перестали гореть, а эмоции чуть поутихли.

Стянув мокрые вещи, увидел как волоски встали дыбом от пробежавших мурашек. Оборачиваю себя в халат. Беру в руки старый, с десяток раз отремонтированный триммер, подаренный мамой и начинаю водить им по отросшей щетине медленными аккуратными движениями. Именно с того момента, с момента двадцатипятилетия, я ношу эту лёгкую небритость на своем лице. Она настолько стала неотъемлемой частью моего внешнего вида, что думаю, побрей я полностью лицо, родная мать не узнала бы. Окончив с этой манипуляцией, провожу рукой по лицу, ощущая покалывание. Следом открываю коробочку с прозрачными линзами для зрения. За многие годы использования, ловко размещаю их поверх своей чёрной радужки глаза. Нанеся дезодорант, достаю последней элемент своего утреннего ритуала. Аромат Paco заполняет собой ванную комнату богатым запахом свежести, запахами сосны и кедра, которые я отлично различаю, ведь я слишком часто соприкасаюсь с ними на работе.

Закончив со всеми утренними действиями, наконец могу выйти к Джерри. Думаю, он будет весь день меня допрашивать о событиях сегодняшнего утра. Обычно, в такие дни он приходил ко мне, когда содержание адреналина в крови сводилось к минимуму и я мог вести себя более менее адекватно. Поэтому я буду очень рад, если он ограничиться количеством вопросов.

— Я реально удивлен! Позитивчик-Джэ просидел на кухне так ничего и не выпив. А как же кофе с утра? — спрашиваю друга, которого не встретить, находящегося в раздумьях, а с утра без кофе тем более.

Он развалился на коккере у барной стойки, с опущенной вниз головой.

— Прихожу в себя от увиденного. Что это было? — потирая лицо, ответил сонным голосом Джерри.

— Разве, что-то произошло? — с ухмылкой спрашиваю его.

— Да нет, блин! Ваще ничего необычного. Только вот друг у меня есть и я каждый день, в три утра, наблюдаю разбитую им грушу, игнор в мой адрес и ваще полный неадекват! — язвит он.

— Джер, прости. Ты же сам знаешь, что такое случается из-за Неё. Мне снова приснилась Она и я просто сорвался. — сев рядом с ним на такой же стул, я уставился в окно.

Улица была погружена в утреннюю дымку, деревья были вдалеке едва видны, но стоит сейчас солнцу встать в небе, как всё это исчезнет, унеся с собой в атмосферу любое напоминание или факт прибывание на земле. Из мыслей меня выдернул Джерри.