Маска подлеца (СИ) - Штогрина Анна - Страница 49

Не кидаться в ноги! Не плакать и не умолять! И настоять на своем уверенно и четко!

Ради сына я справлюсь. Я не сомневалась.

С минуты на минуту должны были появиться мои визитеры и впервые мне захотелось выпить бокал вина утром, чтоб сбавить градус напряженного ожидания и повысить его же в крови. Но я остановила себя. Плохая идея вести бой под мухой.

Я услышала тяжелые мужские шаги на лестничной клетке и спряталась в гостиной. Чтоб не выглядеть жалкой собачонкой, что дежурит на коврике. Хоть по факту последние полчаса я провела именно на нем.

Камиль бесцеремонно открыл дверь в мою квартиру ключом и вошел с Мироном. Сегодня они уезжали в фамильный особняк. Мужчина великодушно разрешил сыну со мной попрощаться.

Я уже была готова и во всеоружии.

Запах дорогих яростных духов сразу заполнил небольшое помещение моего коридора. Я услышала от двери слова Мирона

— Мам, ты дома?

— Да, сынок. Иду, — я постаралась придать голосу уверенность. У меня прекрасно получилось.

Я вышла из комнаты и сразу глянула на сына. Они с Камилем были, как две капли воды. Такие высокие и красивые, аж дух захватывало. Оба в модных брюках и светлых рубашках. Мирон начал подражать отцу и следить за своим внешним видом, похоже одеваться.

Камиль с хмурым видом осмотрел меня с головы до ног и стал еще мрачнее.

Под его смолистым взглядом дышалось сложнее. Моя уверенность чуть подтаяла, но я сделала несколько глубоких вдохов и посмотрела на сына.

— Сынок, мне надо поговорить с Камилем. Оставишь нас на минутку, пожалуйста, — после приветствий и поцелуев, я шепнула ему на ухо.

Он улыбнулся и кивнул.

— Па, я подожду внизу в машине, — сказал он и вышел.

— Конечно, сын, — гордо произнес Камиль и похлопал его по плечу, пропуская на выход. Мне было невыносимо больно наблюдать за ними.

Камиль в те дни, что я видела их вместе старался чаще трогать сына, не стеснялся обнимать и придерживать за плечи. Всегда повторял с откровенной болью в голосе, что он его сын. Если б я только могла предположить раньше, что он станет таким внимательным и заботливым отцом, я бы не наделала столько глупостей. А так я лишь сильнее чувствовала себя виноватой перед ними обоими.

Я подняла взгляд на Камиля. Он смотрел на меня с непроницаемой миной. Его лощенное выбритое лицо светилось равнодушием и презрением. Он молчал, ждал, что я начну его умолять, упаду в ноги.

Я расправила плечи и вернулась в комнату. Вытащила большой собранный чемодан и не проронив ни единого слова выкатила его в прихожую.

Наконец, у Камиля проявилась в чернющих глазах первая эмоция — удивление.

Я спокойно надела туфли и накинула кашемировый пиджак. Расправила волосы. Обернувшись к нему через плечо спросила, как можно спокойнее.

— Так, что? Поехали?

Камиль чуть склонил голову на бок и зло прищурился

— Куда это собралась? Я уезжаю с сыном вдвоем. Лживым сукам в моей машине нет места, — прошипел он сквозь зубы.

Ну что ж, злость это тоже хорошо. От ненависти до любви один шаг. Мне ли этого не знать.

Играть, так до конца.

Поэтому я ему мило улыбнулась и сказала, как можно мягче

— В таком случае, я сама приеду к вам. Билеты на самолет у меня уже куплены, встретимся в аэропорту.

Я постаралась пройти мимо, но Камиль дернулся и схватил меня больно под локоть.

— С хера ли ты такая смелая, Ева? Нарядилась, как шлюха на выдане. Хочешь, чтоб я тебя трахнул и простил?! В члене ведь нет памяти. Верно?! Он не вспомнит, как ты меня лишила сына на двенадцать лет, а его нормального отца? Только в этот раз я больше не поведусь на твои блядские провокации. Я уже прекрасно уяснил себе, что ты беспринципная сука. Притворщица, — его слова пропитанные ядовитой желчью оставляли в моем сердце острую горечь.

Мне хотелось закричать ему в лицо, что он сам виноват не меньше, чем я. Если б он всегда не был аморальным подонком, я не боялась бы его реакции. И теперь, кстати, понимала, что заслуженно.

Но я проглотила сухой ком в горле. Я не буду конфликтовать с ним. У меня другая цель.

— Камиль, я осознала свою вину давно. Нет смысла в нашем разговоре. Я знаю, что ты меня не простишь. Ты слишком темпераментный и самовлюбленный эгоист, чтоб давать людям шанс на исправление. При том, что сам всегда пользовался их безграничным множеством. Я тебе хочу признаться сейчас, — я вздохнула поглубже, стараясь не зацикливаться на его запахе и нашей близости, продолжила, — Я люблю тебя и всегда любила. Но я виновата в своей слабости. В страхе, который всегда перед тобой испытывала. В своем малодушии. Теперь я не буду больше навязываться. Прошу лишь об одном. Дай мне шанс находиться рядом с сыном. Я поеду с вами и буду жить в одном доме. Хоть в самой дальней спальне ночевать. Найду себе работу. Любую. Не буду попадаться тебе на глаза. Захочешь, сделаем график. Но от Мирона я не откажусь. Я растила его с пеленок. Он такая же часть меня, как и тебя. Пойми, он живой человек. Не твоя долгожданная игрушка. И я уверена, что сын страдает без меня, хоть и принял решение уехать с тобой. Пожалуйста, подумай о его чувствах. Если ты действительно любишь его, то позволишь мне быть рядом.

Я понимала, что манипулировать сыном низко и жестоко, но он не оставил мне выбора. Это был единственный козырь.

Камиль все еще держал меня за локоть, и я почувствовала, как его пальцы дрогнули. А взгляд неосознанно опустился на мои губы. Я с готовностью их облизнула. Мне нужно задурманить его, вернуть мысли о том, что между нами может еще все быть.

Кадык на шее мужчины дернулся, и он моргнул. Явно старался вернуть себе воинственный настрой. Я шумно выдохнула, так, чтоб грудь коснулась его рубашки и потупила виновато глаза в пол. Могу, когда надо, вспомнить все приемы обольщения.

Камиль с силой оттолкнул меня, и я чуть не упала на высоких каблуках.

— Стерва. Прекрати свои штучки. Я все их давно знаю! — и тут же порывисто подхватил мой чемодан и вышел в дверь. Не оборачиваясь громко добавил, — Пошевеливайся, Ева. И не думай, что сможешь и дальше крутить мной с помощью сына! Отныне ты в моем доме будешь призраком. Тенью, которую я даже видеть не хочу!

А я так широко заулыбалась, что аж зубы начали сохнуть. Ай да Танюша! Молодец, подруга, дала самый ценный совет! Теперь главное не облажаться и правильно подобрать ключ к массивному замку на сердце темпераментного итальянца!

Глава 45

Прошла неделя нашей совместной жизни в доме.

Мирон был счастлив, и я впервые видела сына таким радостным. Камиль же, напротив, с каждым днем мрачнел все сильнее. Испепелял меня чернющим недовольным взглядом.

А я старалась качественно выполнять рекомендации подруги.

По дому ходила только в платьях, следила за прической и макияжем. Правильно питалась.

Стесс отступил, и я с каждым днем выглядела все лучше. Часто и много гуляла с сыном по лесу. Каждый день приходила к бабуле на могилу и говорила, что очень сожалею, что она не дожила до этого времени. Не застала всю семью в сборе. Мирону тоже нравилось подолгу сидеть со мной в фамильном склепе. Мы с ним честно обсуждали будущее. И он признался, что сначала очень обижался на меня, что я скрыла от него настоящего отца.

У них с Камилем была полная идиллия. Он для сына соорудил за домом футбольное поле. По несколько часов в день они бегали с мячом. А я приносила им горячий чай в термосе. И только в эти мгновения Камиль не смотрел на меня волком.

Мирон сдружился с парнем, Славиком. Сыном садовника. И ребята часто начали вместе гулять. На выходные Мирон отпросился у Камиля поехать к ним в гости с ночевкой. Тот сам отвез сына и вернулся к вечеру.

Я смотрела старый фильм в гостиной. Добрую комедию. Старалась не выходить к Камилю, когда он вернулся. Через открытую дверь видела, как он налил себе коньяка и сел с планшетом на кухне. Спустя час, он выпил несколько бокалов и пошел, не глядя на меня в свою комнату.