Зима гнева (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 52

– Я постараюсь.

– Не настаивайте на браке. Но пусть с собой возьмет… может, там получится или в Герцогства уехать, или еще куда…

Тора закивала.

– Я… я справлюсь.

– Вот и ладненько, тора. Помните – наши жизни в ваших руках.

Маргарита помнила. И жить – хотелось. А моральная сторона вопроса ее не сильно и волновала.

Русина, Ферейские горы

– Непорядочные люди, – скрипнул зубами Антон Валежный.

И повторил уже подробнее, с расстановочкой.

Заслушались все. А войсковой конюх даже губами зашевелил, запоминая особо выдающиеся обороты. Образование, значит!

Повод у Валежного был – его настигла телеграмма от тора Изюмского.

Были они знакомы раньше? Не особенно. Так, встречались раз или два, но высший свет – место тесное. Да и Русина тоже.

Благодаря освобожденцам и некоторой сумме денег тор Изюмский знал, что Валежный сейчас громит фереев. И поскольку он начал бы с того же…

Не стоит ли предположить, что на службе Русины остался хоть один порядочный человек? Не считая, собственно, Изюмского?

Тор решил сообщить генералу то, что тот мог еще не знать.

Ворон мертв. Двое воронят живы. Не знаю, кто и где. Ищу. Убийцы мертвы, заклеваны.

Валежный понял. И понял достаточно. И про смерть Петера, и про живых детей, и что кто-то из детей оказался вовсе не беззубой тряпкой. Изюмский выразился достаточно четко. Если никого постороннего не было, а убийцы мертвы…

Значит, кто-то из императорских дочек сумел постоять за себя. И такую можно даже короновать.

Русина не останется без наследника престола. Это хорошо.

Наследника надо еще найти. Это плохо.

Что ж…

Валежный подозвал адъютанта и продиктовал ответное письмо.

Ищите. Обещаю помощь и поддержку. Надеюсь на встречу.

Умному будет достаточно. А тор Изюмский явно не дурак. И Валежный – тоже. Разобравшись с фереями, он переключится на освобожденцев, а война… для войны должен быть или девиз, или знамя. И таким знаменем может стать дочь императора. Осталось только ее найти. Но это потом, потом… можно побыть и местоблюстителем, в конце концов. Даром ему не нужен тот торн, но в стране должна быть стабильность, а не этот хаос. И не правление голодных крыс.

Остальное – разберемся.

Русина, Зввенигород.

– Жом Пламенный, но почему – нет!?

– Идите, жом Ураган! Идите, – махнул рукой Пламенный. – Денег на это сейчас нет, понимаете? Нет! Денег!

И времени.

И сил.

И вообще – у меня другое на уме.

А быдло?

Бабы еще нарожают! Подумаешь, сокровище какое – щенки с помоек! Наплодятся, отстреливать не успеешь! У него дела государственные, а тут какую-то чушь несет соратник по борьбе! Вот заняться человеку явно нечем!

– Но мы столько принесли! Жом, умоляю! Ну хоть давайте приюты для детей откроем! Ну… хоть что-то! Хоть пункты по раздаче хлеба!

– Жом Ураган, – Пламенный ценил и любил своего соратника, да, насколько мог, но тем не менее. Но иногда… Это с ума сойдешь, пока до человека что-то дойдет! – Жом Ураган, поймите правильно. Лес рубят – щепки летят. Нет у меня сейчас на это средств! Надо оружие закупать, патроны…

– Люди лучше сражаться будут, зная, что их семьи с голоду не помрут!

– Жом. Ураган.

Когда Пламенный говорил таким тоном, становилось ясно – других результатов не будет.

Жом Ураган скрипнул зубами.

– Ладно же! Пусть так!

И дверью хлопнул.

Жом Пламенный нахмурился. Так… надо бы последить за верным соратником. Идейные – они самые страшные. Сегодня они за тебя, а завтра за идею. А ты… а тебя они отлично съедят, если решат, что ты предал их идеалы.

Обязательно последим!

Вечером жом Тигр валялся на кровати.

Впервые за день просто позволил себе вытянуться, расслабиться – и ни о чем не думать. Уставал он страшно.

Яна в таких случаях не лезла с разговорами. Вообще не лезла с нежностями. Ложилась рядом, перебирала его волосы. Или разминала плечи.

Молчала, просто была. И это было чудесно…

Яна, где ты сейчас? Мне тебя… не хватает?

Размышления жома Тигра оборвал решительный голос.

– Меня – примет! Брысь!

И лепет слуги. Потом звук удара, открывшаяся дверь – и на пороге возник жом Ураган.

– Тигр, успокойся. Я с миром!

Слова были не лишними, учитывая, что в этот момент на него смотрело дуло небольшого револьвера. На таком расстоянии промазать было сложно, Тигр бы попал в переносицу. Куда и целился.

– Тебе чего надо?

– Чего-чего… догадайся!

– Тут еще и догадываться надо? – Тигр со стоном сунул ноги в домашние туфли. – Что б тебя, только отдохнуть прилег…

Жома Урагана такие мелочи не смутили.

– Прости. Но другого выхода у меня не было.

– Угу… интересно, что Пламенный скажет?

Ураган пожал плечами.

– Полагаю, очень огорчится, когда не дождется своих шпионов. Двоих. Но не стоило их посылать ко мне.

Тигр только головой покачал. Черная прядь упала на лоб.

– Ладно. Проходи, располагайся… предложить что?

– Перебьюсь. Тигр, ты был прав.

Тигр и не сомневался.

– В чем именно?

– Я разговаривал с Пламенным. Ему вообще не до меня. И – да! Мне отказали!

Тигр закатил глаза.

– Даже не сомневался.

– Издеваешься?

– Нет.

Жом Ураган посмотрел собеседнику в глаза, и остался доволен результатом. Не издевались над ним. Разве что ерничали слегка, но тут… над ним – или над собой?

– Как так получилось, что мы с тобой этим вопросом озаботились, а больше – никто?

Тигр пожал плечами.

– Не знаю.

Хотя ответ он примерно знал, но Урагану говорить этого не хотелось. Некоторые вещи вообще вслух не произносятся.

В чем разница между хозяином и временщиком?

Хозяин думает, что достанется его потомкам. Что будет ПОСЛЕ него.

Временщик никогда об этом не думает. У него задача другая, набить карман и сбежать.

Вывод?

Он прост, но Урагану таких вещей лучше не говорить. Романтики-с…

Поэтому жом Тигр махнул рукой.

– Давай обговорим детали? Что, кто, сколько, куда, когда, как…

Ураган кивнул.

Двое мужчин планировали будущее страны, в которой жили и собирались жить дальше.

Планировал это будущее и Антон Валежный. Но если бы им сказали о сходстве…

Лучше такого не говорить. А то у сказавшего точно не будет будущего. Никакого.

Глава 9

Анна, Россия.

– Ань, ты чего вся вареная? – Кира валялась на кровати и жевала жвачку. Анна хоть и морщилась, но замечаний ей не делала – пусть. Гошку уложили спать. Мальчик хоть и протестовал, и не собирался спать днем, но сытный обед и свежий воздух буквально свалили его с ног.

Аня вздохнула.

– Не знаю… Кира, ты в курсе моей ситуации. Я рассказывала тебе об отце Георгия…

– Козел обыкновенный. И что?

– Мать у него… необыкновенная. И очень хочет прибрать к рукам моего сына.

– Вот коза! – Кира даже жевать жвачку перестала.

– И что теперь делать – я не представляю…

– А чего тут думать? – Кира искренне удивилась. – Собирайся, пошли к отцу.

– Кира, ему не до того.

– Плевать! – отрезала девочка.

– У него Елизавета…

– Значит, подожди пять минут. Сейчас я эту подлизу выставлю – и придешь, – решила Кира. И выскочила из комнаты прежде, чем Анна успела ее остановить.

Женщине оставалось только глядеть на захлопнувшуюся дверь.

Да, Кира становилась сильнее. Взрослее, опаснее – и во многом благодаря ее стараниям. Девочка и сама не замечала, как потихоньку, словно бы исподволь, прививаются ей хорошие манеры, как учат ее держать себя в руках, как дрессируют…