Замуж в туман (СИ) - Ветрова Варвара - Страница 14

А между тем все силовые узлы были разведены. Изолированные пучки я скрепляла полем, исключающим касание. Через мгновение после того, как поле укрыло последний узел, раздался щелчок, и дверь мягко приоткрылась.

В зале царила темнота, и только хаотично дрейфующие сигнальные маячки подсвечивались мягким голубым светом. Прикинув направление, я двинулась направо.

Колонна, ещё одна… две двери. Мне нужна правая. Привычно прищурившись, не разглядела защитного контура, поэтому сразу потянула дверь на себя и, не мудрствуя лукаво, смело закрыла её у себя за спиной.

Длинный коридор вывел меня в полукруглый зал. Почти пустой, только с другой стороны на восьми пьедесталах неподвижно застыли семь фигур. Агрус — бог жизни. Его брат Лагрус — бог смерти. Печально известная мне богиня любви Сарра. Бог богатства и славы Аггрнгор, которому поклонялись гномы. Бог жестокости и отмщения Госс. Ирриза — богиня ума и интеллекта. Оритус — бог желаний и просьб.

Восьмой пьедестал был пустым. Даралея — богиня Путей, в честь которой меня и назвали по разрешению Верховной Жрицы, никому не показывала своё обличье. Многие описывали её как женщину с длинными светлыми волосами, кто-то говорил, что это карлица с крючковатым носом, кто-то вообще возводил в эльфы… а людям доставался пустой пьедестал.

Но я всегда подходила именно к Даралее. Просила защитить, оградить мою семью от зла, помочь отцу оправиться от потери мамы, даже помощи на итоговых экзаменах тоже просила у неё. Мне всегда казалось, что она меня слышит.

Пол под моими ногами ощутимо посветлел. По бокам зажигались сиреневые огоньки, и вот уже светящаяся дорожка пролегла из-под моих ног прямо к пьедесталу. Словно заколдованная, я пошла по ней.

Чем ближе я продвигалась к пьедесталу, тем больше меня окутывало странное ощущение защищённости. Словно я маленькая девочка, которая бежит в объятия мамы, в единственное безопасное место на земле. Поравнявшись с пустой плитой, я неосознанно протянула руку и дотронулась до холодных камней.

И пьедестал будто взорвался миллионом ярких вспышек, заставив меня отшатнуться и прикрыть лицо руками. Перед глазами плясали искры, меня шатало во все стороны, будто я выпила полную кружку агорки*. Но при этом, несмотря на то, что я была готова поклясться, что глаза мои закрыты, я… видела?

Я видела.

На пьедестале лежала какая-то книга. Вновь повинуясь неосознанному порыву, я схватила её и почувствовала, что книга будто растаяла в моих руках.

И в этот же момент со стороны входа раздался удар. Я обернулась, с изумлением наблюдая, как стена, сложенная из огромных каменных блоков, крошится, словно бумага.

Дверь вообще снесло с петель, и, воспарив, она перелетела через всю комнату, ударилась о противоположную стену, чудом не задев статую Госса, да там и осталась.

— Прости, Госс, но ты же бог отмщения, отомстишь, — как-то совсем вяло сказала я вслух, уже особо ни на что не рассчитывая.

Потому что на пороге святилища стояла моя смерть.

Смерть в виде Анталя д’эрр Альса.

— Какого хре… — услышала я, но это было уже неважно.

Потому что в это мгновение мне удалось открыть свои человеческие глаза… и перед ними всё поплыло.

***

Анталь нёс меня куда-то на руках, а я скулила, зажимая руками слезящиеся глаза. Перед глазами взрывались звёзды, мне едва удавалось осознавать, что я жива и вроде бы со мной всё в порядке. Вроде бы в порядке… пока что. Потому что от мысли, что со мной сделает Анталь, становилось невыносимо страшно. Перед глазами стояло его лицо в тот момент, когда он ворвался в святилище. Волосы развеваются, будто вокруг царит буря, зрачок заполнил собой всю радужку, белое, как бумага, лицо и только красный румянец лихорадочно горит на щеках.

Кто же ты, Анталь Д’Эрр Альс?

Что же ты?

В какую игру ты меня втянул?

В том, что я откровенно вляпалась, я уже не сомневалась.

Я вздрогнула, жених, судя по звукам, ногой распахнул какую-то дверь. В глаза тут же ударил солнечный свет. Я завыла.

— Выклю… чи… све… т, — еле проговорила, утыкаясь в грудь Альса и стараясь зарыться в складках его рубашки.

Раздался звук задергиваемых штор, а затем голос Лори.

— Д’эрр Альс, что…

— Вон, — Анталь сказал это тихо, но от его голоса у меня зашевелились волосы на затылке.

Быстрые шаги, звук закрываемой двери.

Мы остались одни.

Я сжалась в комок, ожидая всего, чего угодно. Но все равно не угадала, что меня уложат на мягкое, — кровать, судя по всему. Я дёрнулась, принимая сидячее положение, и выдохнула, ощутив руки жениха на своих плечах.

Анталь, надавив, аккуратно уложил меня на место.

— Анталь… — начала было я.

— Молчи, — его голосом можно было убивать людей. Или разрушать стены в святилище.

Плеск воды — и на мои глаза опустилось что-то мокрое. И противное.

— Что это? — я не пыталась скрыть брезгливость, появившуюся в голосе.

— Единственное, что тебе поможет, — в голосе Анталя звучала бесконечная усталость, — или ты думаешь, что врываться в проклятое хранилище можно безнаказанно?

— Проклятое? — мой голос звучал глухо.

— Проклятое подземное святилище. Я не знаю, как ты оказалась там, но мне едва удалось тебя спасти.

— Я пошла в обычное святилище, — я вновь попыталась встать, но опять была остановлена.

— Я знаю. Поэтому для меня остаётся загадкой, как ты туда попала…

— Не знаю. Я сверилась с картой…

— Я вызвал ищеек Короля, — его голос звучал сухо, — они прибудут послезавтра.

— А почему не порталом?

— Все порталы выбило после твоего исчезновения, — судя по звукам, жених мерил шагами комнату, — я только приехал. И тут ко мне врывается Ронин и сообщает, что в комнате тебя нет, силовая защита в разделяющей двери взломана. На что ты рассчитывала?

— Прости… — я попыталась ощутить раскаяние. Как назло, получилось плохо. Ну, как плохо — отвратительно.

— Прости?.. — его голос стал вкрадчивым, вызывая ассоциацию с шипением ядовитой змеи перед нападением. — Прости?!.. Дара, ты вообще в своём уме? — зарычал он внезапно. — О чём ты думала, когда подставляла свою жизнь под удар?

Я вжалась в подушку и зажмурилась.

— Ты думала о своём отце? О своих сёстрах? Обо мне, в конце концов?

— Прости, — я почти шептала, ощутив-таки в своём сердце червячка раскаяния.

— Дара… — голос прозвучал совсем близко. — Я всё понимаю. И если ты так хочешь от меня избавиться — просто скажи… Если с тобой что-то случится…

— Со мной…

— Дара… если не хочешь за меня замуж, просто верни кольцо, — в его голосе слышалась неприкрытая горечь, — но не надо идти на верную смерть.

— Анталь, я…

Хлопнула дверь, и я поняла, что в комнате нахожусь теперь одна.

Впрочем, пострадать в гордом одиночестве мне не удалось. Не прошло и пары минут, как в комнату влетела Лори и захлопотала вокруг меня.

— Лежите-лежите, лои Дара, — остановила она меня, когда я вновь попыталась встать, — я поменяю повязку.

— И долго мне оставаться, — я неопределённо повела рукой, — так?

— Д’Эрр Альс сказал, до завтра, — доверительно наклонилась она ко мне, снимая повязку с глаз, — лои Дара, а что произошло? Ох, и злющий он был!

Я усмехнулась. Лори так и не перестала быть любопытной девочкой, которая в десять лет пришла ко мне в комнату помогать собираться к завтраку.

— Ой, Лори, как тебе сказать… Кажется, я спалилась, — не стала ходить вокруг да около.

— Да ладно! — скрипнула кровать, горничная присела рядом со мной. — И как думаете, догадается?

— Не знаю, — честно ответила я, — будем надеяться, что нет. Или, по крайней мере, не сразу.

— Ох, лои…

— Ты вот что скажи, — нахмурилась я, — как так получилось, что я не узнала о том, что Ольма наблюдает за мной? Как-то не верится в то, что ты не заметила.

— Да я бы с радостью! Но Ронин от меня не отходил ни на шаг! А когда я попробовала подняться в библиотеку, отослал убирать вашу комнату.