Замуж в туман (СИ) - Ветрова Варвара - Страница 19

Анталь кивнул.

— Мне было пять лет, когда их не стало, — он говорил отрывисто, сухо. И я отлично его понимала, такие раны не заживают никогда, их лучше препарировать с четкостью хирурга, чтобы не разбередить лишний раз: — Отца вызвали для решения неотложного дела. Мама поехала с ним. И… они не вернулись, — его голос дрогнул, — их нашли там, внизу ущелья.

— На карточке они выглядят очень счастливыми, — грустно улыбнулась я.

— Они любили друг друга, — он со вздохом взял у меня протянутую карточку и бережно спрятал обратно в коробку.

Я кусала губы, пытаясь удержать вопрос. Не удалось.

— Почему ты мне показываешь их карточку? — я сделала шаг к нему. Он не отступил: — Это же очень личное.

Он долго смотрел на меня и, как я ни старалась, не смогла ничего прочесть в его глазах. Наконец его взгляд дрогнул.

— Мне кажется, я могу тебе доверять, — произнес он и сделал шаг навстречу мне. Взял руки и сжал их в своих. Меня пробрала дрожь. Нет, не потому, что я испугалась. Просто… я поняла, что у меня появился человек.

— Знаешь, — вырвалось у меня прежде, чем я успела словить эти слова, — моя мама тоже погибла. Чума, — пояснила коротко, чувствуя, что, если продолжу тему, потеряю самообладание и просто разревусь. Все-таки никак не отпускала меня такая несправедливая смерть.

Анталь ничего не ответил. Просто сделал ещё один шаг и обнял меня.

— А ещё…

— Что? — услышала его голос у себя над ухом и прикусила язык.

Нет. Это уже слишком. На мгновение я даже разозлилась на себя. Пару дней знаю человека, а уже выбалтываю ему свою боль, которая терзает меня уже полтора года.

— Нет, ничего, — прошептала и нескромно уткнулась ему в грудь, — давай сменим тему. Это подождет.

Так мы и стояли, обнявшись, в отблесках пламени, будучи одновременно очень далеко друг от друга: у каждого свои воспоминания, своя трагедия. Сколько же их у нас… на двоих?

И тут я впервые в жизни почувствовала, что я не одна.

— Знаешь, — Анталь снова подал голос, — и ведь мне кажется, что с момента смерти моих родителей это все и началось.

— Почему? — я не рискнула поднять голову, опасаясь, что жених меня отпустит, и при этом стесняясь признаться самой себе, что не хочу, чтобы он перестал меня обнимать.

— Потому что они погибли так же, как твоя подруга, — отрезал он, — в ущелье Ад-ит-Тау.

Глава 9. Гроза

Ночь была отвратительной, я так и не смогла уснуть. В голове крутились мысли о странных убийствах девушек, Тионы, родителей Анталя. Если все так, как он говорит, то дело принимает скверный оборот.

Я сидела на кровати в ночной рубашке и мрачно гипнотизировала циферблат настенных часов. Ему, в общем-то, было фиолетово — его стрелка лениво ползла по делениям и напрочь игнорировала меня.

Я тихо выругалась. Стрелка так же тихо поползла по третьему кругу. Осознав, что заснуть не удастся, я потянулась и, пальцем подозвав к себе магический светильник, открыла книгу. Ту самую книгу по рунам, взятую у Анталя. И замерла, почувствовав магический зов. Прищурилась, настраиваясь на нужное зрение, и тут же книга у меня в руках засветилась, заставив меня захлопнуть её.

На обложке медленно проступали буквы.

“Открой”, - гласили они.

Проведя рукой над книгой, я проверила её всеми известными мне способами, которые были освоены в Сером Шпиле. Судя по всему, чисто. Приоткрыв обложку, заглянула внутрь. Потом вновь посмотрела на обложку.

“Открой, не бойся”, - гласили символы.

Хм… ну ладно. Вдохнув, раскрыла книгу и зажмурилась. Ничего не произошло. Медленно открыла один глаз, а за ним и другой.

Страницы книги вдруг ярко вспыхнули очень знакомым сиреневым светом. И одновременно с этим в голове раздался безликий голос.

— Не бойся живущих. Опасайся пришлых.

— Кто ты? — удивилась. А впрочем, не очень: количество странностей, увиденных мной в замке, просто зашкаливало.

— Я твоё сознание.

— Да вроде нет, — проворчала и зачем-то потрогала голову, — а если серьёзно?

— Хватит трындеть, — видимо, у голоса было своё чувство юмора. Хм… своеобразное.

— Ладно, — решила не спорить я, — ты чего хочешь?

— Диалога. Разгадки. Освобождения. Отпущения, — голос множился, отдавался эхом в моем мозгу. Я схватилась за голову, столь сильно было ощущение, что череп сейчас расколется, как орех.

— Зачем вам это? — простонала, пытаясь унять пульсирующий голос… голоса?

— Мы хотим уйти.

— Откуда вы в моей голове?

— Ты забрала нашу обитель из святилища.

— Я не брала! — почти взмолилась я, внезапно понимая, о чем они говорят, — книга исчезла в моих руках!

— Она в твоей голове, — безликий голос затих и сейчас звучал еле слышно, — мы хотим говорить с тобой.

— Вы? — удивилась я.

— Нас много. Мы устали. Мы хотим уйти, — голос становился спокойнее, пульсация в висках затихала.

— Как это сделать?

— Святилище. Приходи. В сумерках. Мы будем говорить с тобой. Мы поможем тебе. Ты поможешь нам, — голос стал едва слышен, — нет сил… Прощай.

Из моей головы будто выдернули раскалённый прут, одновременно при этом оглушив пыльным мешком. Примерно так я представляла своё состояние, параллельно понимая, что лежу на полу у кровати и пытаюсь доползти до ванной.

И одновременно с этим чётко осознавала: если я снова устрою себе ночные прогулки, Анталь меня убьёт.

Не успела я даже обрисовать себе моё недолгое будущее (а в том, что оно будет недолгим, если мой жених об этом узнает, я не сомневалась), как произошли ещё две вещи. Первая — мне на голову с кровати упала злосчастная книга. Вторая — дверь распахнулась, и на пороге возник Анталь.

Я мысленно охнула и втянула голову в плечи. Уж не знаю, как других, а меня вид жениха в одних штанах поверг в самое настоящее смятение. Я попыталась отвести взгляд — тщетно, он словно приклеился к крепкому торсу Альса и скользил по твердому животу, расчерченному мышцами пресса, по крепким рукам, по темной дорожке волос, спускающейся вниз от пупка. Я еще раз охнула, наверное, вслух, и сделала невообразимое: закрыв глаза, поползла за кровать, молясь, чтобы это был сон.

Не сон. Меня подняли, отряхнули и, осмотрев со всех сторон, усадили на кровать. Анталь сел рядом и испытующе уставился на меня.

— Ну, — подал он голос, — сама расскажешь, или мне догадаться, почему меня ночью подбрасывает на кровати всплеском магической силы?

— Сама, — спорить я не стала, поэтому быстренько изложила ему суть проблемы — начиная от записки и заканчивая голосами в голове. Умолчала только о книге: почему-то у меня возникло ощущение, что лучше Анталю про это не знать.

Жених выслушал все с каменным выражением лица, только морщинка между бровями становилась все выразительнее. Мне почему-то очень захотелось протянуть руку и провести пальцем по этой морщинке так, чтобы она разгладилась и больше никогда не появлялась. Не знаю почему, но я вдруг почувствовала себя ребёнком, напряжение, в котором я жила последние дни, постепенно отступало, словно кто-то раздвинул тучи, и сквозь них наконец-то выглянуло солнце. Я даже не заметила, что закончила говорить и теперь просто молчала, глядя на него. Спохватилась слишком поздно — меня заметили.

— Итак, перефразируя твой рассказ: ты получила записку, отправилась в святилище, там столкнулась с непонятно чем, а сегодня у тебя в голове раздались голоса?

Не совсем. Но пока сойдет.

— Примерно так.

— И они приглашают тебя в святилище?

— Примерно да.

— Ты хочешь пойти одна?

— Примерно… что? — я уставилась на Анталя, будто сам Аггрнгор спустился с карровых залежей и предложил мне выпить кувшин айда. Помотала головой и вновь посмотрела на него.

Не требует, не ставит условия. Спрашивает. Другой бы уже давно запер меня на три замка, да ещё и охрану выставил, хоть я и была уверена, что это не поможет. Но то, что происходило здесь и сейчас, для меня было удивительным. Даже отец при своей мягкости и … в подобной ситуации действовал бы однозначно.