Замуж в туман (СИ) - Ветрова Варвара - Страница 63

Аверис. Моя новая фамилия.

Интересно, как отнесётся к этому отец?

Пока Лори воевала с тонкой шнуровкой на спине, я попыталась привести в норму разбушевавшиеся мысли. И привела ведь!

— Лой! — мой вопль разнёсся по всему дому. Лори подскочила. — Мой отец знает?

Растрепанная голова просунулась в дверь. Кажется, в этот момент он надевал рубашку.

— Все знают.

— Ах ты… — невысказанные ругательства застряли у меня в горле.

Ну что я ему скажу?

Придерживая нежно-сиреневую ткань, я спустилась в столовую. Вот тебе и целительница из пригорода. Муж, уже ожидавший внизу, не сказал ничего, но посмотрел так, что я поняла — всё-таки попала.

Верх платья облегал, словно вторая кожа, а юбки, наоборот — свободно ниспадали долу. Из украшений на мне были только аметистовые капельки в ушах и ещё одна такая же капелька на груди. А вот новой прическе я практически не изменила, попросив горничную собрать волосы на затылке в пучок.

Всё.

— Ты прекрасна, — его руки легли на мою талию.

— Ты тоже, — улыбнулась я, ловя ответную улыбку.

Дознаватель, облаченный в серый форменный костюм, волновал. Очень.

— Ну что, ты готова? — в его руке мелькнул Кристалл Перехода.

— Нет, — помотала головой, чувствуя, как какой-то непослушный локон всё-таки выскользнул на свободу, — но пойдем.

Перед нами мигнула вспышка портального перехода, и Аверис, подхватив меня на руки, шагнул вперед.

***

Ну, конечно же, они знали. Иных объяснений устроенным нам овациям я подобрать не могла. Здесь были абсолютно все: и отец, и сестры, и Королевский Советник. И ещё полсотни приглашённых гостей. Я на мгновение представила, что было бы, если бы я отказала Лою ещё раз, и тут же зажмурилась от ужаса.

Нет уж, хватит с меня кошмаров.

Уже поздно ночью, устав от бесконечных поздравлений и тостов, я сбежала от гостей на балкон. Сбежала, чтобы тут же натолкнуться на мужа. Лой стоял, опершись на каменный парапет, и выглядел уставшим. Не выдержав, я тихо подошла и обняла его сзади. Прохладный ночной ветер с запахами свежескошеного сена ласкал разгоряченную кожу.

— Устал? — тихо спросила, уже зная ответ.

— Нет, — тут же ответил он, а я улыбнулась.

То, что он не признается в своей слабости, я поняла ещё полгода назад, в сырой тёмной камере.

— Раз ты не устал, — я специально выделила отрицание, — то, может, убежим от всех?

Он повернулся вокруг своей оси, заключая меня в объятия.

— Ты так хочешь сбежать из отчего дома?

— Ну мы же вернёмся, — я провела пальцами по его щеке, — ведь так?

— Так, — он серьезно смотрел на меня.

— Что такое? — я отстранилась. Попыталась отстраниться, но мне не дали.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — вкрадчиво поинтересовался мой муж.

— Что?

— Ну, я не знаю, — Лой задумчиво поднял глаза к потолку, — что-то такое, необычное.

Ах вон оно что!

Я запоздало залилась краской. Тоже мне жена, называется. Замуж вышла, а вот чувства…

С другой стороны, я ведь чистую правду собираюсь сказать.

Я улыбнулась и, привстав на носочки, потянулась к Лою. Приблизила свои губы к его уху и еле слышно, на грани фола, выдохнула:

— Больше жизни…

Оторваться от него я не успела. Меня подхватили на руки и закрутили в портальной вспышке.

Упали мы сразу на кровать, — уж не знаю, как так получилось, — а губы Лоя сразу нашли мои. Я не сопротивлялась, наоборот — запустила руки в волосы…

И тут же отпрянула, услышав, как внизу заколотили в дверь.

— Кто это? — голосом мужа можно было замораживать воду.

— Не знаю, — я пожала плечами, — может, кто-то из пациентов?

— Сейчас разберемся, — Лой встал с кровати и, распахнув окно, свесился вниз, — кого там нелегкая принесла?

— Простите, пожалуйста, — голос Поббира я не спутаю ни с каким другим, — а госпожа целительница дома? Тут моя жена, кажись, рожать надумала!

— Твою ж… — ругательство непроизвольно вырвалось из моего рта, а я стягивала платье, заметив, что шнуровку уже распустили чьи-то ловкие руки.

— Дара? — муж недоуменно взирал на меня. — Ты куда?

— Ты, кажется, сам звал меня разделить тяготы и лишения бедного дознавателя? — не удержавшись, я хихикнула. — Так вот, знай — у бедной целительницы тоже есть, что разделить.

Лой хмыкнул.

— Тогда я пойду с тобой!

Вот теперь настал мой черед удивляться.

— Зачем?

— А вдруг ты опять захочешь сбежать? — лукаво посмотрел он на меня.

Я оставила в покое пояс, который завязывала, и подошла к мужу. Посмотрела ему в глаза, положила руку на грудь.

— От тебя я уже не сбегу, — прошептала, чувствуя, как сильно бьется его сердце.

Как сильно бьются наши сердца.

А на исходе нашей первой брачной ночи Сайда, жена лавочника, родила трех здоровых сыновей. Поббир пил агорку и плакал от счастья, Лой тщетно пытался напоить его успокоительным зельем. А я… а я смотрела на это с улыбкой и понимала: жизнь, кажется, удалась.

Эпилог

— Ну что, не сорвалось же? — лорр Сайгон Аверис, Личный советник Короля, наполнил янтарной жидкостью два бокала.

Дар д’эрр Сольн грузно восседал в кресле и насмешливо смотрел на старого друга.

— Не сорвалось, — хмыкнул он, принимая бокал, — но гарантии висели на волоске.

— На каком волоске? Я тебя умоляю, — ухмыльнулся Аверис и отсалютовал бокалом своему отражению в зеркале. — Да он поднял на уши всё Королевство, когда она исчезла! И нашел её, правда, через несколько недель, — полный упрека взгляд, предназначавшийся Сольну, тот проигнорировал с поистине королевским равнодушием.

— Моя дочь полна сюрпризов, я же говорил.

— Говорил, — вздохнул советник, отпивая из бокала. Довольно поморщился, — вино у тебя замечательное.

— Знаю. И всё-таки…

Аверис посерьезнел.

— Если бы всё было так просто, Дар. Ты же знаешь, судьбы у детей непростые. И Даралея носилась со своей репутацией как с… — советник кашлянул. — О Лое и говорить не приходится: после расторжения помолвки с Картиссой женщины для него перестали существовать как класс.

Сольн недвусмысленно поднял бровь, что заставило Авериса стушеваться.

— Нет, ну существовали, конечно, как, ты понимаешь, кто. Тем более единственный ребёнок, ты же знаешь, после смерти Вольры…

Дар кивнул.

— Замечательная у тебя жена была… пусть Боги позаботятся о ней.

Мужчины, не сговариваясь, осенили себя Знаком Восьми.

— О твоей многоходовке я догадываюсь, — наконец прервал затянувшееся молчание Дар, — но вот объясни мне, зачем всё так усложнять? Ведь можно было…

— Что можно было? — перебил друга Сайгон. — Убийства девушек по всей стране, с которыми никто не может разобраться? Рано или поздно сын бы туда отправился, сам знаешь, последние годы он был занят другими вопросами. Один только заговор в Виррске чего стоит.

Д’Эрр Сольн, по совместительству начальник Тайной Канцелярии — настолько тайной, что о ней знали всего несколько человек, — кивнул.

— И ты решил убить всех зайцев сразу, — подытожил он.

— Ну а чего тянуть-то? — совсем по-мальчишески парировал советник, — очень подходящий случай.

— Такой подходящий, что ты закрыл глаза на возможные осложнения?

Аверис поморщился, коснувшись скулы, на которой синел след от гнева главы д’эррана.

— Закрыл, каюсь. Но мы уже всё обсудили.

— Обсудить-то обсудили, да вот руки всё ещё чешутся.

— Давай без них, — хмыкнул Аверис. Рука у отца Даралеи была тяжелой, — так вот… — вернулся он к сути вопроса, — нашел её Лой сам, через несколько недель. И я не буду говорить, сколько усилий мне пришлось потратить на то, чтобы уговорить мальчишку подождать несколько месяцев.

— Правильное решение, — Сольн потянулся к бутылке, — а то, чую я, бежала бы она ещё куда подальше.

— Бежала бы, — согласился советник, — сломя голову. Удивительно, как только не извернешься, чтобы устроить счастье потомков.

— За детей? — предложил Дар.