Мерзавец и Маргарита (СИ) - Гауф Юлия - Страница 7

Киваю, и закрываю глаза.

Терплю его судорожные движения на мне, его дыхание – не опаляющее, а замораживающее мою кожу, терплю его руки, сжимающие мою грудь, и дергающие соски. Боль притупляется – Лёва не обманул.

Терпение – это главное, и терпеть я умею!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

ГЛАВА 10

— Ну вот, и стоило бояться?

Лёва, наконец, утомляется. Оставляет в покое мое тело, и ложится рядом. Сколько все это продолжалось – не знаю, я то отключалась, то приходила в себя. Но утром мужчине захотелось продолжения, а я не знала, как ему отказать.

Потому и не стала отталкивать – не девственница ведь, да и сама согласилась вроде.

Вот только, почему такое чувство, будто меня изнасиловали? Вытолкать бы его из своей квартиры, сжечь это постельное белье, и ту одежду, которую Лев снял с меня, встать под горячий душ, и расплакаться. Тереть себя жесткой щеткой, смывая память о прикосновениях его рук…

— Поцелуй меня, — повелительно приказывает Лев, будто понимая, что мысли мои сейчас не так ласковы.

И я целую. Склоняюсь над мужчиной, и послушно прижимаюсь своими губами к его. И сквозь полуприкрытые ресницы рассматриваю его: а ведь он красив! Темные волосы при свете дня отдают краснотой, необычные льдисто серые глаза обведены темной, будто глянцевой каемкой. Высокий, статный, умный… так почему же я ничего к нему не чувствую?

Может, со временем. Лёва ведь прав – слишком долго я закрывалась от мира, не подпускала к себе мужчин, и это могло продолжаться до бесконечности! Так что, наверное, хорошо, что он сделал этот выбор за меня.

— Мне пора, — вздыхает Лёва, и поднимается с кровати. – Прости, Рита, но эти два дня я обязан провести с сыном!

С… сыном?

— У тебя есть ребенок? – хрипло спрашиваю я, и прокашливаюсь. – Ты женат?

— Нет, глупышка, — смеется он, одеваясь. – Дети не только в браке рождаются, хотя Наташа для того и залетела, чтобы меня окольцевать, но я ведь не идиот! С сыном время провожу, алименты плачу, и будет с нее!

Прячу свою наготу в плед, считая секунды до того времени, когда останусь одна. Скорее бы он ушел уже!

— Как зовут твоего сына?

— Иван, — морщится Лёва. – Идиотское имя! Я говорил, что против того, чтобы моего сына Иванушкой-дурачком называли, но Наташа решила мне насолить! Специально именно это имя выбрала!

— А мне нравится имя Иван, — пожимаю я плечами. – И сейчас оно не такое уж распространенное – все больше Даниэли и Рафаэли, а ребенка-Ваню или Колю не найдешь!

— У тебя плохой вкус, но это поправимо, — Лёва резко склоняется надо мной, и я непроизвольно шарахаюсь от него. – Пфф, не бойся, Рита! Всего лишь поцелуй, иди ко мне!

По-моему, поцелуев было более чем достаточно!

Всего лишь пять минут, и я остаюсь в долгожданном одиночестве. Как же оно прекрасно! Как и мечтала, встаю под горячий душ, и тру себя до красноты жесткой массажной щеткой. Смываю следы этой неприятной ночи, и выключаю воду лишь тогда, когда понимаю, что скоро начну сдирать с себя кожу.

Встаю напротив большого зеркала, и рассматриваю себя: и что Лев нашел во мне такого привлекательного? Три года назад я была красива: грудь второго размера, крутые бедра при тонкой талии, блестящие волосы, а сейчас…

Плоская, кости торчат. Грудь у меня лишь немногим больше, чем у самого Лёвы, волосы выглядят опрятно лишь благодаря усилиям Марины – и то, блеска в них не осталось.

Уродка.

Высушиваю свои тусклые волосы феном, и следую своему плану: стаскиваю с кровати постельное белье. Загружаю стиральную машинку, и понимаю – порошок закончился. Вообще все закончилось: ни еды, ни коньяка, мною любимого, ни бытовой химии.

— Значит, в магазин, — говорю я сама себе, жалея о том, что придется покинуть безопасную квартиру. – Или нет? Я не голодна, да и запасы чистого белья и одежды у меня есть! Зачем мне куда-то выходить?

Но выходить надо! Дмитрий – мой бывший терапевт – так и говорил: «Понемногу двигайся вперед, а когда чувствуешь, что на грани – делай шаг назад, и замирай. Не прячься от мира, но и не ломай себя. Просто старайся!»

— Нужно выйти, да, — решаю я, и хватаю сумку.

Закупаюсь, кажется, на месяц вперед: консервы, масло, коньяк, пятикилограммовый пакет порошка, овощи… и только расфасовав все покупки по пакетам понимаю – не дотащу.

— Девушка-красавица, вам помочь? – подмигивает мне нагловатый парень, и я качаю головой.

Справлюсь!

Еле выхожу из гипермаркета, надеясь, что руки мои не оторвутся. Сейчас передохну, и пойду домой – всего лишь пятьсот метров пройти.

Вдруг дорогая, блестящая, черная иномарка резко сворачивает к гипермаркету, перестраиваясь с полосы на полосу. Визжит колесами, останавливаясь, и из Ауди выходит черноволосый мужчина.

До боли знакомый мужчина.

— Марго? – спрашивает Давид, оглядывая меня с ног до головы. – Ты? Марго!

— Вы обознались, — отвечаю я, и медленно иду по дороге, мечтая избавиться от шести тяжеленных пакетов, мешающих мне убежать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

ГЛАВА 11

— Постой, Марго, — Давид преграждает мне дорогу. Рассматривает жадно, а мне хочется исчезнуть.

Нужно было дома сидеть – как знала, что что-то произойдет, и вот – «сюрприз».

Он стоит напротив меня, возвышается горой – такой же красивый, как раньше… нет, еще красивее стал! Мужественнее: заматерел, мышцами оброс, как броней.

Жаль, что у меня нет брони. Или панциря, в который можно спрятаться от этого жестокого мира.

— Давид, оставь меня, — тихо произношу я, глядя ему в глаза. – Эта встреча для меня неприятна…

— Подожди, — он наступает на меня. Перебивает, договорить не дает. Делает шаг вперед, затем другой, а я пячусь от него. – Я тогда был дураком. Прости.

Прости? Вот так просто – прости, был дураком?

Нужны мне эти извинения, как рыбе зонтик. Пусть засунет их себе в задницу!

— Прощаю, — говорю я, и киваю вперед, чтобы дал мне дорогу.

Чтобы уйти позволил, наконец.

— Давай пакеты и садись в машину, — мужчина пытается отнять у меня тяжелую ношу, но я не позволяю. – Марго, не глупи, я всего лишь довезу тебя до дома!

Не нужна мне его помощь!

— Давид, уйди! – почти кричу я.

Он замирает, удивившись моим эмоциям. Никогда не слышал ведь, что я голос повышаю – не думал, что умею. Я и сама не думала…

Жаль, что он снова мне встретился, теперь моих кошмаров прибудет. А перед глазами проносятся воспоминания более чем трехлетней давности.

… — такой красавчик, — в столовой со всех сторон раздаются голоса сокурсниц. – Новый препод на замену Мымре!

— Секси!

— О да, — хихикает замужняя, и глубоко беременная Верочка. – И богатенький, вроде!

Давид понравился мне с первого взгляда! Едва увидела молодого мужчину, подошедшего к аудитории, около которой собралась наша группа в ожидании преподавателя, запала на него. Да и не мог Давид не понравиться юной девушке – бесподобно красивый, обаятельный, умный — пара, которую он вел стала любимой не только у девушек, но и у парней – так интересно он преподносил информацию!

И я витала в облаках где-то на седьмом небе, любуясь этим неотразимым мужчиной. Ему бы на Нью-Йоркской неделе моды участвовать в показах одежды от всемирно известных дизайнеров, а не в заштатном университете преподавать!

Конечно, я влюбилась! Это чувство бы прошло, останься Давид вне зоны доступа, но к сожалению он тоже влюбился. В мою лучшую подругу, которой не был нужен.

Это был шанс, которым я намеревалась воспользоваться – в классических любовных романах только и писали о женской любви, которая способна на все. Нежностью растопить лед в сердце возлюбленного, помочь забыть другую девушку – именно это я представляла, когда засыпала, и когда просыпалась.