Эксперимент (СИ) - Игнатова Теодора - Страница 27

— Слушай внимательно. Не упусти ни одного слова, а то повторять придется. Повторять буду жёстче. Поняла?

Зарёванная, перепуганная девушка слабо кивнула.

— Умница, — похвалила Никольская и отпустила. — Вставай! И хватит ныть уже. Тебе ещё работать в МОЕМ магазине.

Алекса села на единственный стул. Алина с трудом поднялась на ноги, морщась от боли и всхлипывая.

— Через десять минут, ты прилично выглядишь, без нытья и улыбаешься покупателям. Если стуканёш о моём визите Андрею, то в следующий раз, я разобью твою морду в хлам, мама родная не узнает. И уж поверь, даже искать тебя долго не придётся, — Алёна в это время выпотрошила сумку жертвы, полистала паспорт. — Раз уж ты у нас дятел, то стукачить будешь теперь мне, на Андрея. Завтра на номер Алёны вышлешь всю инфу, что только знаешь о нём. Когда я проснусь, должна прочитать, а не ждать! Будешь делать, что я скажу и строго по инструкции. Как только вернётся моя мама, ты свободна на все четыре. Поняла!?

— Да, — поспешила ответить девушка.

Алекса встала со стула кивнув Алёне и та вышла. Сама последовала за ней следом. Заглянула в бухгалтерию, прошлась по торговому залу придирчиво изучая, как висит, где, что лежит.

— Ну, где ты там, — проорала на весь магазин, от чего Алёна дернулась, снимая табличку с дверей.

Беспокойно озираясь по сторонам, она открыла двери магазина и покосилась на Алексу. Лицо подруги решительно холодное, губы плотно сжаты, нетерпеливо ждет. Алина тут же вылетела из подсобки. Было заметно, как она пытается взять себя в руки, но получается у неё это очень плохо. Алекса прищурив глаза пристально смотрела.

— Ты же спала с ним? — вопрос прозвучал, как приговор.

Алина дёрнулась, а Алёна медленно повернулась к подруге в изумлении.

— Да, — ответила Алина прибитая взглядом Алексы, испуганно отступая.

Девчонки переглянулись.

— И сейчас?

— Нет, — истерично воскликнула Алина.

Алекса неожиданно в один прыжок оказалась рядом и ударила по рёбрам, придержав, чтобы девушка не согнулась, прошептала:

— Смотри сука, помни каждое слово или зарою, — отпустила и швырнув на диванчик упаковку таблеток, добавила: — Если вдруг приедет, скажешь живот болит, вот и ныла. Таблетки помогают. И убедительно скажи.

На выходе обернулась на ревущую девушку:

— Время пошло! Десять минут.

Подруги быстрым шагом покинули торговый центр. Руки Алёны так дрожали, что Алекса взяла её за руку, та сжала её с такой силой, что Никольская поморщилась.

— Прости Алён, на войне, как на войне.

— Прощаю. Как же психа не простить, — с нервным смешком, Алекса в ответ шутливо ткнула подругу в ребра.

Они долго шли за руки пешком. Илья звонил интересовался, чем занимается его девушка, она очень убедительно врала ему, смотря на Алексу злющими глазами, а та ехидно хихикала.

— Лекс, ты уверена, что она не стуканула, сразу же после нашего ухода?

— Девяносто не стуканет и десять, что стуканет. Время покажет, — невозмутимо выдала Алекса.

— Лекс, тебе её не жалко? — тихо спросила Алёна.

Алекса резко обернулась и пожав плечами:

— Я не думала об этом и не хочу думать.

По пути домой девчонки заскочили в супермаркет. Алёна нервничала перебирая апельсины ещё тщательнее, чем обычно. Алекса отобрала три штуки и сунула в руки подруги, та машинально засунула в фасовочный пакет и пошла взвешивать. Алекса надеялась на положительный результат, на те самые девяносто процентов, иначе придётся искать кого-то другого, чтобы создавали эффект её присутствия в городе. Дурацкая поездка на Димкину днюху добьет её окончательно и этот Богдан раздери его черти. Заодно и его овечку Танечку. Об этом позже, сейчас ждать результата. Кому стуканет дятел…

— А если стуканет Андрею? — Алёна опустила взвешенные апельсины в тележку.

— Тогда я накажу её, — убедительно пообещала Алекса.

Без умолку пищал телефон Алёны, оповещая о сообщениях, которыми она перекидывалась с Ильей ежесекундно, что напрягало Никольскую. И даже не сам факт переписки, скорее то, что теперь приходится делить подругу с кем-то ещё. Ну ладно, пусть пишется, решила Алекса, он вроде нормальный пацан. Завидует конечно подруге, ей то некому писать и при этом улыбаться, как дурочка. Всё было и всё в прошлом, она тоже улыбалась, как дура, дожидаясь сообщения о времени следующего свидания, сообщения спокойной ночи, только он мог так написать, чтоб мурашки по коже. Достала телефон, не прочитанное сообщение от Богдана, открыла:

"Не хочешь туфельки забрать, Золушка?"

Отправил ещё ночью. У него мои туфли! Клёвые туфли. Хочу забрать, они красивые и удобные. Покосилась на Алёнку, набирающую очередное сообщение и написала ответ Богдану:

"Верни туфли гад!"

И не нужны мне эти туфли к черту! Просто некому написать. Призналась сама себе. Есть кому, но совсем не хочется. У Алексы всегда были поклонники, но писать и тем более встретиться с кем-то из них совсем не хотелось. Она верна своим чувствам, и никто ещё не смог её переубедить в обратном, не встретился такой от которого мурашки по коже. Он был один и единственный… Ответ пришёл быстро:

"Что мне за это будет?"

— Вот урод! — возмутилась Алекса через чур громко.

Алёна оторвалась от телефона на подругу, вместе с охранником магазина, который ходил за ними по пятам. Алекса с остервенением тыкала по дисплею телефона:

"В морду со второй стороны."

Отправила довольная собой. Алёна, поглядывая усмехалась, выбирая алкоголь. Пропищало сообщение:

"Если повторить всё по порядку, как в прошлый раз, то я согласен."

Перечитала дважды. Вот гад! Что он имеет ввиду!? Поцелуй и он готов получить в морду со второй стороны… Совсем дурак! Могу и без поцелуев со второй стороны. Алёна заглянула в телефон Алексы:

— Что пишет?

— Кто? — Алекса спрятала телефон и покраснела.

— Ой, да ладно! Знаешь кто. Богдан, — улыбаясь, Алёна.

— С чего решила, что уродец пишет? — картинно округлила глаза Алекса.

— Илья сказал, что вы с Богданом прямо сейчас пишетесь, а ему сам Богдан сказал.

Алекса открыла рот без слов. Вот гады, как бабы треплются! Хватанула бутылку мартини, Алёна засмеялась и показала такую же.

— Берём обе, — опустила в тележку обе бутылки, пряча глаза.

А подруга нагло улыбается. Довольная своей осведомленность.

— Хватит лыбиться, как дура, такси вызови.

— Вызвала. Минут пять ещё тут погуляем, пока на кассе, как раз приедет.

На кассе Алёна попросила бутылки завернуть в два пакета и положить на дно, а сверху всё остальное. Брови Алексы в недоумении поползли наверх, но комментировать она не стала, мысли заняты другим. Расплатилась карточкой, взяли по пакету и пошли на выход. Такси должно было уже подъехать.

Богдан договорился с Ильей, после работы вместе на тренировку рвануть. Освободившись раньше заехал к нему, а тот не может оторваться, пишется с Алёной. Которая ему сообщила, что они в магазине, Илья предложил отвезти домой, под предлогом, что он соскучился.

— Ты езжай, я чуть позже подъеду. Подруганок домой из магазина отвезу. Из-за этой оторвы, я за Алёнку беспокоюсь, — Илья Богдану.

— Я с тобой.

— Уже соскучился? — вскинулся Илья.

— Скорее заскучал, — улыбнулся Богдан, читая сообщение от Алексы.

Так парни вдвоём приехали к магазину, вместо такси, которое, как думала Алекса их уже ожидает. Илья в предвкушении реакции Алексы, Богдан с волнением, впрочем, как всегда при её появлении.

— Спорим, не поедет она с тобой, — Илья был уверен в провале Богдана.

— Спорить не буду, но утверждать утверждаю, поедет, — уверено Богдан.

Он то знал, как её обезоружить или напугать. Пугать её сейчас не хотелось совсем, а обезоружить очень. Главное почувствовать грань, которая отделяет одно от другого. Страсть её пугает, это он выяснил вчера с утра, лишь намёк в глазах и она испугалась. Почему, ещё предстоит выяснить. Вот двери открываются, показались две девушки, примерно одного роста, одеты почти одинаково, лишь небольшая разница в цвете и обе в бейсболках. У каждой в руках пакет с покупками. Блондинка и шатенка волосы убраны в хвост, за плечами рюкзачки. Илья громко усмехнулся и переглянулся с Богданом: