Тысяча причин сказать "Да" (СИ) - Линк Дарья - Страница 21

– Это я что тут делаю? Это ты что здесь забыл?!

 Но всё так же продолжая не слушать меня, он уже по-хозяйски скинул обувь и поплёлся на кухню, по пути гремя тарелками и, кажется, опрокинув чайник.

– Да бл*ть! Кто поставил сюда этот дурацкий чайник?!

– Эй, не трогай мой чайник! Шилов, имей совесть и оставь мою кухню в покое!

 Ну всё, злая Лебедева – опасность для всех. Сейчас я буду рвать, а именно Шилова, и метать!

 Когда я вся взбешенная и выведенная из себя зашла на кухню, то это пьяное существо, сидя с умиротворённым выражением лица, прильнуло щекой к бутылке, которую с собой же и притащило. Прям картина «Девочка и персики». Только сейчас скорее «Мальчик и бутылочка». Какая прелесть, что б его! Весь красный как рак, с чудовищным перегаром, сидит и рассматривает непонимающим взглядом мою кухню.

– Ксенька, тш-ш-ш-ш… Не кричи, и без тебя голова раскалывается…

 Нет, я ещё и виновата осталась! Ну всё, сейчас я буду очень медленно и мучительно убивать свою любовь шестилетней давности. Хватит с меня! И так неделю терпела. Больше я этого делать не стану.

 Только я хотела произнести заветные ругательства в сторону парня, как он приставил к своим губам указательный палец и зашипел в знак того, чтобы я остановилась.

– Мадмуазель, я понимаю, что Вы сейчас полны возмущения, но у меня есть повод заниматься тем, чем я… ик!.. ой… занимаюсь…

 Допустим. Придётся выслушать эту удивительную историю и отложить казнь на пять минут позже. Так уж и быть.

– Не тяни и выкладывай уже, а то в двенадцать все нормальные люди уже спят.

 Присев напротив него, я стала ждать и… ничего не дождалась! Парень угрюмо уставился на меня и молчит, блаженно закрыв глаза и снова прильнув лбом к цветной бутылке. Даже неизвестно что он там употребляет, а я сдуру выпустила его в дом!

– У меня горе, – еде выговорил он, оставляя бутыль в сторону и теперь внимательно глядя на меня, положив свой подбородок на скрещенные руки.

 Горе у него видите ли! Что-то по не слишком печальному лицу не видно, чтобы кто-то, не дай Бог, умер, поэтому можно и позлорадствовать.

– Впечатляет, – ответила я, так же складываться руки поверх стола и упираясь в них подбородком, самозабвенно хлопая ресницами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ты меня не замечаешь.

– Сражает просто наповал.

– И ко всему этому ты не хочешь быть со мной.

– Какая трагедия…

– Да блин! Я же вроде не урод, умный, более или менее, добрый, и к тому же могу привести тысячу причин чтобы ты была со мной. Но почему ты продолжаешь игнорировать все мои попытки? Неужели я тебе ни капельки не… ик!.. нравлюсь?

 М-да… Остановить поток его бурной речи было не возможно, а теперь я не знаю, что сказать. Скажу правду – зазнается, не скажу – обидится. И ведь лицо такое обиженно сделал, что аж совесть начинает грызть изнутри. Эх, мужчины….

– Кирилл…

– Не перебивай меня женщина… Просто скажи мне, что я делаю не так?

– Шилов…

– Говори кому сказал! Не нужно меня утешать. Скажи мне правду, глядя прямо в глаза! – стукнул он ладонью по столу и встал, пошатываясь и падая назад.

– Да замолчи ты хоть на секунду! Во-первых: не ори на меня, – ответила я таким же злыми громким голосом, заставляя парня широко раскрыть глаза. – Во-вторых: я не понимаю тех, кто прямо-таки восхищается тобой, и тем более влюбляется, – нагло соврала я, всё так же глядя на него. – Ты грубиян, к тому же бабник. – Кирилл уже было раскрыл рот, чтобы возразить, но я его перебила: – Да, не отрицай очевидного. У тебя есть девушка и при этом ты уже вторую неделю проводишь со мной. Ты сам себя хоть понимаешь?

– Честно? Не-а, – и растянул в улыбке свой красивый рот. Он издевается или в правду не понимает? – А за Полину прости. Она не моя девушка, да и кто же знал, что мне придётся с тобой…

 От его ответа я замерла. Ему приходится со мной что? Я так и знала, что он делает это не по своей воле. Кто его заставил общаться со мной? Зачем? И самое главное: почему?

– Что тебе приходится? – тихо спросила я, не отводя свой взгляд от затуманенных пеленой алкоголя глаз напротив сидящего парня.

 Мне кажется, что мозг у меня начал плавится, а давление подскочило выше некуда. Мысли лихорадочно путались, пытаясь придумать хоть один вариант, чтобы выйти из сложившейся ситуации и перестать мучиться, но ничего путного из этого не вышло. Как же я устала!

– А что приходится? – ответил он немного подумав.

 А-а-а-а-а! Как же он меня бесит! Ненавижу пьющих парней! Так бы и вмазала ему разочек, что б неповадно было.

– Ага. И курильщиков тоже. Кстати, вряд ли ты сможешь сделать мне хоть чуточку больно своими маленькими и тоненькими ручками.

 Я это вслух сказала? Ай, ну и ладно, пусть знает моё мнение о нём. Жаль он не знает, что я могу уложить его на лопатки в два счета и даже немножечко покалечить. А что я теряю, если сделаю это сейчас?

 Вот только его теплая ладонь, накрывшая мою руку, пробивает дрожь во всем теле и вынуждает плавиться от жара, забывая вообще обо всем на свете.

 Прощайте здравые мысли, привет безудержная любовь и страдания!

– Откуда ты… – хотела было уточнить я по поводу сигарет, но он прервал меня, заставляя дрожать при одном его касании.

– А это не важно, – серьезным тоном заявил он и попытался подняться со стула. – Лучше скажи мне, есть хоть один малейший шанс понравится тебе?

 Шилов-Шилов… Как же ты близок к истине. Но лучше тебе об этом не знать. Даже в таком состоянии я не хочу раскрывать ему правды, понимая, что завтра он не вспомнит ничего из нашего сегодняшнего разговора и больно будет только мне. А себе такой участи я не желаю.

– Кто знает… Расскажешь почему ты так резко воспылал ко мне чувствами?

 Ну не дают мне покоя его слова. Я же пока не узнаю, не успокоюсь! Вот всегда так было, Ярик скажет что-нибудь, а дальше не расскажет, дожидаясь, пока я начну его дергать с расспросами и чуть ли не на стенку лезть от любопытства.

– А-а… Там долгая история…

 И всё. На этом его мозг категорически отказался продолжать работать и его вырубило прямо на кухонном столе. И что мне теперь с ним делать? Оставить его здесь не вариант. Либо он с просонья перевернет мне пол кухни, пытаясь выползти из-за стола, либо это стол убьет Шилова и мне придётся долго отчитываться его родителям о том, как покалечился их сын.

 Уложив эту здоровенную и полуживую тушку на кухонный диван, я с чистой совестью отправилась спать к себе в комнату. До утра он точно не проснётся, а месть не заставит себя долго ждать. Уж я-то об этом позабочусь.

 Наконец-то наступило то самое утро, когда я без запинки смогу заглянуть в эти бесстыжие глаза и сделать все, что захочу. Нет, сдавать его родителям я не собиралась, но поиздеваться за разрушение миллиона моих нервных клеток всё же стоило.

 Лежит весь такой миленький, хорошенький, со спутанными после сна волосами и такими длинными чёрными ресницами. Да, немного опухший и с большим чёрно-фиолетовым фингалом под глазом, но всё такой же любимый. И как меня только угораздило влюбиться в этого парня?

 Возможно, я никогда не устану задавать этот вопрос, но почему не Ярик?! Он ведь и друг, и парень хороший, примерный, его родителям я нравлюсь и ещё у него куча плюсов... Но сердце ёкает только от одного взгляда на это недоразумение. Ну почему наше сердце всегда решает всё за мозг? Гормоны решают все за нас, а мы слепо следует за ними, превращаясь в марионеток. Что за дискриминация?!

 Недолго думая, чтобы хоть немного отомстить этому негодяю за весь моральный ущерб, причинённый мне, а точнее прогулки, странные взгляды, Полину и поцелуй, я взяла стакан ледяной воды и, ни минуты не сомневаясь, вылила на своего обидчика. Ох, как его перекосило… Зато освежился и теперь выглядит бодреньким, как огурчик, хватая ртом воздух словно рыба, выброшенная на берег. Красота!