Монетчик (СИ) - Бердников Антон Романович - Страница 27

— Прекратите ломать комедию. Вы виноваты перед людьми и богами в том, что вызвали из вечного заточения демоническую тварь Малума, чтобы отомстить его величеству Альмару за несчастную любовь. Предупреждаю — отпираться глупо и не приведет ни к чему хорошему. Судя по совершенному злодеянию, вы достаточно храбрая девушка, поэтому признайтесь. Найдите еще немного смелости внутри себя, признайтесь, а потом покайтесь в грехе, чтобы Хиемс на суде пощадил вашу бедную душу.

— Великая Аэстас! Что вы несете? Я вызвала демона? — закинув назад голову, Селия засмеялась. — Серьезно? Чтобы убить короля? Все ясно. Этот подонок решился избавиться от меня, обвинив в ереси. Это даже не низко, это… Будь он проклят! А вы слепо поверили ему? Карающая длань, любимчик Патриарха, верит на слово тому, кто готов пойти на все, чтобы отвязаться от той, кому по ночам шептал про любовь? Я требую выпустить меня отсюда, пусть приедет мой отец и пусть будет честный суд. Пусть его медвежье величество представит доказательства того, что я отвернулась от богов.

Дарлан задумался, а если они ошиблись? Да, демон был белетом, но что, если эта девушка ни при чем? Они ухватились за версию о виновности мстительной любовницы чересчур быстро, не рассмотрев никаких других. А необоснованные обвинения в ереси среди знати никогда не заканчивались благополучно. Что если они напрасно теряют здесь время, а демон уже атаковал короля? Селия до сих пор казалась напуганной, не смотря на громкие слова. Ее щеки даже зарумянились от переживания, руки заметно дрожали. Разве может такая лгать и продать душу Малуму? Она выглядела невинной, то, что она говорила, звучало искренне. Но вспомни Фаргенете, Дарлан, сказал он сам себе, ты тоже не ждал там лжи, а что в итоге? Восемь лет ты вращался среди благородных, сидел выше соли, будто баронет, а так и не научился отсеивать правду от обмана. Предал орден, покалечил людей и сбежал, поджав хвост, от нежелания быть наказанным. Может, пора прекратить верить в людей раз и навсегда? Монетчик бросил взгляд на Чарана и увидел, что тот больше не улыбался. У инквизитора не было сомнений, что любовница Альмара виновна. Опустив руки, Чаран холодно сказал:

— Последний шанс, леди. Многое из тех слухов, что ходят обо мне, полнейшая чушь, но кое-что — святая правда. Боги на самом деле вручили мне два дара для борьбы со злом, и первый из них — я слышу запах демонов, как любой человек слышит запах конского навоза. И от вас, проклятое семя, несет так, что я едва сдерживаюсь, чтобы не зажать свой длинный инквизиторский нос.

— А что же за второй дар? — уже тише спросила Селия и зашевелила губами. Дарлан увидел, что под ее платьем в области живота засветился круг. Боги всевышние, она начертила пентаграмму для вызова демона прямо на себе. Сжав рукоять меча, и приготовив серебряную марку, монетчик превратил свое тело в натянутую струну.

— Второй я вам прямо сейчас продемонстрирую! — Стащив перчатку, Чаран выставил правую ладонь перед собой. Из воздуха вдруг выросла длинная рукоять, будто состоящая из желтого пламени, а затем и широкий наконечник. Карающая длань не был магом, боги на самом деле избрали его! Дарлан почувствовал жар, но огненный молот не причинял инквизитору вреда, Чаран держал божественное орудие, словно оно было из обычной стали.

Белет возник между Селией и охотниками с хлопком и яркой вспышкой. Запах гниющего мяса, окатил Дарлана ушатом затхлой воды, он понял, о чем говорил инквизитор. От этой вони скрутило желудок. Появившийся демон был высок, его черные рога целились в потолок, когти сверкали, как начищенные до блеска лезвия, а длинный хвост с еще одни когтем на конце царапал пол. На лице белета удивительно смешались черты человека и кошки. На плечах у него сидели два поразительных существа. Да это же бесы! Каким-то образом демон вытащил с собой из Тьмы младших слуг Малума — маленьких, пузатых, похожих на хомяков, если у тех бы вдруг выросли на голове рожки, тело покрылось чешуей, а рот, наполненный сотней зубов, постоянно скалился. Больше не мешкая, инквизитор бросился на демона, замахиваясь пылающим молотом. Битва началась. Бесы сорвались с плеч белета и атаковали Дарлана. Монетчик, увернувшись от одного, рубанул с разворота второго. Его тельце распалось на части, а потом обратилось в пепел. Оставшийся бес отпружинил, словно мяч, от стены, но не кинулся вновь на Дарлана, а короткими прыжками помчался к чучелу, стоящему за троном.

— Дарлан! — раздался голос Таннета из ложи. — Не дай ему добраться до медведя!

Дарлан метнул монету в беса, но маленькая тварь невероятным образом увернулась и, коснувшись чучела, вошла в него, будто бы материя на неуловимый момент стала бесплотной. Мертвая туша вдруг шевельнула лапами, драгоценный камни, заменявшие ей глаза, засветились багровым. Еще мгновение, и оживший медведь с ревом обрушился на трон, разбив его словно какой-то деревянный стул. Осколки королевского сидения едва не задели монетчика, ему пришлось пригнуться. Не отрывая взора от внезапного противника, Дарлан спиной чувствовал, как позади в смертельном танце кружатся Чаран и демон. Даже через одежду он ощущал жар, исходящий от божественного оружия Карающей длани. Свист демонических когтей, которыми демон пытался зацепить инквизитора, смешивался со звонким смехом Селии.

Зверь, в которого вселился бес, медленно наступал, издавая рычание, сулящее неминуемую гибель. Дарлан швырнул в него несколько монет, но медведь будто бы их не заметил. Его тело было давно мертво. Одержимое чучело кинулось вперед. Оттолкнувшись от пола, монетчик перепрыгнул ожившую тушу, одновременно нанося удар по спине, но это оказалось столь же бесполезным, как и монеты. Проклятье и как с ним бороться? Медведь развернулся и снова атаковал. Ловко уйдя от мощной лапы, Дарлан воткнув меч прямо ему в висок. Опять ничего. Возле монетчика внезапно появился его двойник, Таннет вовремя пришел на помощь. Зверь, управляемый бесом, растерялся, он не понимал, где его настоящий противник. Он прыгнул на иллюзию, поэтому Дарлан, воспользовавшись этим, бросился к Чарану. Он увидел, что Селия вжалась в угол зала, опасаясь, что сражение заденет ее. Инквизитор же с грацией танцора уворачивался от когтей и хвоста белета, иногда заставляя того отступать от замахов молотом. Выждав момент, когда демон окажется к нему спиной, монетчик одну за другой метнул в него три серебряных марки. Убить его они не могли, слишком невелик был урон, но серебро должно было ослабить отродье Малума. Все монеты попали в цель, и демон дернулся от боли, что позволило Чарану нанести точный и мощный удар пылающим оружием. Белета отшвырнуло на несколько шагов.

— Отлично, мастер! — поблагодарил инквизитор. — Осторожно! — Обернувшись, Дарлан увидел несущегося к нему медведя; бес, наконец, сообразил, что гоняется за иллюзией. Монетчик скользнул в сторону, словно пол тронного зала внезапно покрыл лед, а одержимый зверь продолжил бег прямо на Чарана. Изящно шагнув в бок, инквизитор обрушил на медведя сильный удар сверху. Туша распласталась на полу, а шерсть так быстро занялась огнем, словно была соломенной.

Заметив, что раненый демон поднимается на ноги, Дарлан направил в него еще монету, а затем двумя длинными прыжками достиг его, чтобы добить, но меч опустился на камень — белет откатился к стене. Его хвост словно копье ударил монетчика в лицо, пришлось откинуть голову назад, чтобы сохранить глаз. Когда демон опять попытался достать Дарлана, он схватил тварь за хвост и сразу же отсек его. От боли тварь заревела так, что заложило уши, но через миг над ней возник Чаран, молот которого незамедлительно опустился на рогатую голову. Рев прервался. Тело белета упало навзничь. В зале стало тише, лишь потрескивал огонь, пожирающий повторно умершего медведя, и хихикала Селия.

— Все кончено, юная леди. — Магическое орудие исчезло из руки инквизитора. Теперь Дарлан видел, что Чаран устал, он тяжело дышал, а лоб блестел от пота. — Демон уничтожен, а вас ждет суд и костер. Король просил не убивать вас сразу, хотя я бы не отказал себе в удовольствии казнить вас прямо сейчас. У вас был шанс закончить не с таким позором.