Инфер 4 - Михайлов Дем - Страница 6

В ста семнадцати метрах высилась еще одна подобная гора – также из искореженной и будто стащенной сюда техники. Металлические плиты напольного покрытия местами содраны, согнуты, обнажая бетон и камень.

Чуть сместившись, я глянул в центр колоссального ангара, что по моим оценкам был не менее километра в поперечнике. В центре, где к потолку поднимались целехонькие стальные колонны, от которых отходили арочные пролеты, кто-то тоже постарался, очистив пол от нагромождений запаркованной техники. Там по большей части явно парковались пассажирские длиннющие колбасы, каждая на сотню гоблинских рыл – теперь ясно, на чем радостных гоблинов-переселенцев возили по стальным коридорам обманчиво радушного мира. Сейчас все электрокары были отброшены, собраны в три металлических холма, что встали не абы как, а по краям здоровенного углубления, до краев заполненного водой.

Вот оно… теперь картинка сложилась…

Именно в центре, между колоннами, что поддерживали своды, тому, кто с легкостью отшвыривал многотонные машины, удалось вскрыть напольные плиты в достаточном количестве, а затем выбить из-под них бетон, чтобы начала поступать вода и образовалось озеро шириной в тридцать с чем-то метров. Глубина неизвестна, но вряд ли она важна, главное – наличие воды.

Почему?

Потому что те три холма вокруг озерца и еще один, что гораздо ближе к нам, радостно светятся достаточно большим количеством желтых тусклых огоньков, хотя среди них встречаются очаги света чуть ярче. Холмы обитаемы – как и ангар.

– У здешних холмов есть глаза, – произнес Каппа, успевший занять позицию на капоте мертвого бульдозера с эмблемой Атолла Жизни во весь корпус.

– Там!

Возбуждения в голосе Ссаки было столько, что я не стал презрительно морщить жопу и сразу же глянул в предложенном направлении. Увидел нечто не вписывающееся – или слишком хорошо вписывающееся? – сделал увеличение и… шатнулся вперед, падая с плиты.

– Я увидела! – с надеждой выдохнула наемница. – Я!

– Ссака со мной, – уже в движении приказал я. – Остальным ждать. Наблюдай, Каппа.

– Есть! – мечник не смог скрыть звучащего в голосе разочарования.

Двигаться скрытно в этом месте было легко – укрытий хватало. Прежде чем выбрать подходящее место для будущего озера, неизвестные твари успели пошариться по всей территории утопающего в сумраке ангара, изгибая или вырывая плиты, сдвигая и сгребая технику. Укрытий до жопы. Главное – двигаться в ровном мягком ритме и заранее просчитывать маршрут так, чтобы все время находиться под защитой того или иного укрытия. Мы быстро удалялись от входа в Сумрачную Территорию, но противоположная стена приближалась куда медленнее – сказывались размеры этой рукотворной каверны.

– Лид?

Правильно поняв вопрос, я остановился рядом с поставленным дыбом смятым электротягачом и, оценив расстояние до вершины холма, принял решение:

– Лезем оба. Кресты не трогаем. Не высовываемся.

– Лишь бы все это дерьмо не придавило нам жопы, – пробухтела Ссака, проворно взбираясь по боку во многих местах пробитой цистерны еще одного тягача.

Я двигался по соседней «опоре». Через минуту мы оказались у самого верха, где и замерли, скрывшись в решетчатой тени под изогнутой фермой мертвого крана. На вершину стального холма из хлама будто бейсболка был нахлобучен кузов многотонного грузовика. Получилась относительно ровная монолитная площадка, на которой и находились привлекшие наше внимание объекты.

Семь крестов, три из них заняты распятыми гоблинами. Один сдох, распух и влажно шипит дохлой жопой, испуская из себя трупные воды. На еще одном кресте голая скальпированная девка со срезанными сиськами и утыканным сварочными электродами животом. Эти электроды в каждом из обитателей крестов, но в девке их раз в десять больше. Похоже, кто-то тайно выражал своих похотливые мечтания. Уронив покрытую запекшейся кровью голову, девка подергивается, явно собираясь скоро присоединиться к коллективу жопного хорового пения. И третий крест… на нем обладатель таких же украшений, лишенный скальпа, члена и яиц мускулистый крепыш с обожженным снизу лицом – походу, ему сжигали бороду, чьи жалкие остатки еще видны на щеках. Крепыш, уставившись в никуда, пребывал в говорливом бреду, явно споря с кем-то невидимым, но уже пришедшим по его душу:

– Нет! Нет! Нет! К каждому есть ключик – кроме тех, кто не имеет замка. Ведь ключ надо вставлять в душу, а не в жопу. Вставлять прямо в гребаное подсознание, а затем проворачивать. И каждый раз это происходит по-разному. Каждый раз ключ разный. Но знал бы ты, сколько у меня в незримой связке универсальных ключей, что подходят к миллионам душевных замков… Ты знаешь названия этих ключей…

Пауза… долгий хрип… недолгая тишина… и черные рваные губы расползаются в презрительную кровавую ухмылку:

– Что? Деньги, власть и секс? Это универсальные ключи? Нет!

Пауза… на этот раз подольше. Стон боли, к которому добавляет свою плачущую лепту агонизирующая девка. И опять лихорадочное бормотание:

– Нет! Тогда это взятка, а не ключ! Ценность ключа в том, что ты, по сути, ничего не даешь взамен, а свое все же получаешь… Хотя, может и ты что-то даешь – нечто эфемерное, но очень и очень желаемое. Я умею! Умею договориться! О, лидер! Мой серебряный лидер Флоратор! Доверь эту миссию моему боевому звену! Я не подведу! Я договорюсь! Я…

Мелко задрожав, крепыш ударился затылком о крест и расслабился, медленно выпуская воздух уже мертвыми губами.

– Флоратор… – сдавленно пробулькала Ссака. – Лидер Флоратор… щас сдохну от смеха…

– Гномы, – выдохнул я, переводя взгляд с новоиспеченного мертвеца на соседний крест.

– Поговорить не удалось. Баба тоже не жилец.

– Но еще не сдохла, – возразил я. – Цепляй ей к жопе запасную аптечку. И отдавай приказ впрыснуть все бодрящее разом.

– Ее это прикончит, – предупредила поползшая наемница.

– Да что ты говоришь? – удивился я.

– Ну туда-то зачем электроды запихивать? – поразилась подползшая к полудохлой девке Ссака. – О… они их еще и подпалить пытались. Бенгальских огоньков захотелось, ушлепки?! – она не замечала, что в ее голосе зазвучала та извечная древняя солидарность одной бабы к другой.

– Уймись, боец, – зевнул я. – И подари ей веселье.

– Обезбол тоже вколю.

– Мне похер. Главное – не дай аптечке погрузить эту дохлятину в сон!

– Сделано…

Эффекта долго ждать не пришлось. Получившая ударную дозу целительной химии изуродованная девка вздрогнула, подняла голову и заорала так громко, что наверняка привлекла к себе внимание всех здешних обитателей. Да и посрать – Ссака уже отползла, вернувшись под защиту противоположного от озерца склона. Даже если оттуда в это время смотрели на далекий от центра эшафотный холм, то вряд ли что-то сумели увидеть. В этом проблема подобных казней – воняет, течет, мешает наслаждаться жратвой и питьем, да и потрахаться при такой вони нормально не удастся. Поэтому убрали кресты с распятыми подальше. И дали нам шанс подобраться к казнимым. Хотя есть ли толк?

– Заткнись, боец! – рявкнул я, и воющая девка осеклась, повела в мою сторону ободранной башкой, из ее пробитых скобами и затянутых на болты рук лениво потекла кровь.

– Кто… кто… Лидер Флоратор? Ты послал за нами…

– Нет. Я Оди. Гоблин Оди.

– А… а… дерьмо святое… – опять уронив голову, девка засмеялась. – Ты ангел смерти, Оди? Не зря твоим именем пугают. Я сама с опаской ходила сумрачными кор… – ее речь прервалась внезапно. Обвиснув, она замерла, аптечка с потушенными огнями и вырубленным звуком часто завибрировала на ее ребрах, пытаясь вернуть жизнь в этот истерзанный кусок мяса.

– Боец!

– Да! Да! Я на посту! На посту! Я полезна!

– Ты уже умерла. Понимаешь это?

– Да… да…

– Аптечка тебя не вытянет.

– Да…

– Успей рассказать – на кой черт вы здесь? Не похоже на гномье поселение.

– Энзимы! Энзимы поймали нас! Засада!

– Энзимы?

– Уходи, гоблин Оди… они поимеют тебя… они не хотят говорить… миссия провалилась…