Папа для Бусинки (СИ) - Сурина Лилия - Страница 19

- А ну слазь с моего коня, шлендра! А то щас по голой заднице ремня схлопочешь! Ишь, обнаглели совсем!

Девица побыстрее ретировалась, от греха подальше. Но не все мужчины, да и женщины были так настроены, они с удовольствием общались с распутницами.

В час ночи мы отправились на берег моря, туда, где горели костры и собрались люди немного с другими интересами. Мы пели песни под гитару, устраивали свои шуточные конкурсы, танцевали танго, сальсу и даже изобразили ламбаду. Дурачились, травили анекдоты, я никогда так не веселилась.

А еще пекли картошку и жарили сосиски над костром, больше, конечно для развлечения, заодно и поели. Руслан не отходил от меня ни на шаг, постоянно обнимал, целовал и шептал на ушко разные нежности. Мы даже сбегали с ним в палатку, уединились ненадолго, за неделю, что спали врозь, соскучились очень. Ромка тоже, глядя на нас, потащил упиравшуюся Тонечку поговорить с глазу на глаз. Я думала они спать ушли, но чуть погодя, Ромашка снова кружил в танце мою сестру. Спать никому не хотелось, не отсыпаться сюда приехали.

У меня было чувство, что за мной наблюдают. Если работаешь сыщиком, такие вещи не пропускаешь мимо, срабатывает шестое чувство. Вскоре я заметила парня, который почти не сводил с меня глаз. Странно, но мне он показался немного знаком, где-то я его уже видела, только вот где?

33.

По работе мне приходится общаться со многими людьми, всех и не упомнишь. Может, встречались когда-нибудь, а сейчас он меня узнал, вот и смотрит. Меня странно волновал его взгляд, заставляя сердце биться чаще. Но это был не страх, а что-то другое. Я тоже стала чаще смотреть на него, роясь в голове, пытаясь вспомнить, откуда я его знаю.

Гадкое чувство, когда не получается припомнить что-нибудь, вроде вот, лежит на поверхности, а не поймаешь. В нашей компании они оказались, скорее всего, потому, что их палатка стояла недалеко от нашей, вот и пришли на огонек. Возле палатки тоже стоял мотоцикл, кажется родственник моего «Джиксера», «Сузуки» вроде, только много мощнее, скорее всего «Хаябуса». Свет фонаря не доставал туда, поэтому не очень видно.

От копания в памяти меня отвлек ангел, оказывается, мы играем в фанты на танцы. Правила заключаются в том, что вытаскиваешь из шляпы, взятой напрокат у одной из женщин, бумажку и читаешь, какой танец выпало исполнить, затем выбираешь себе пару, если танец парный.

Руслану выпало изобразить эротический танец, и он выбрал меня в партнерши. Мы на ура станцевали сальсу, дальше Тарасику выпал смешной танец. Глядя на него, я думаю, у него все получится смешно, даже ничего изображать не надо.

Представьте, что танцует шкаф, ростом два метра, косая сажень в плечах, этакий Илья Муромец, былинный герой, притом очень добрый и смешливый, пока не разозлишь. Он о чем-то пошептался с девушкой, которая была у нас диджеем, и вскоре послышался танец маленьких утят. Вся компания повалилась на землю от смеха, многие утирали слезы. Долго еще не могли успокоиться.

Дальше на очереди шел молодой мужчина, друг или брат того парня, что поглядывал на меня. Его назвали Никитой, и ему нужно было изобразить народный танец. Все начали подсказывать, какие бывают народные танцы. Одни кричали «березку давай», другие советовали «сиртаки», третьи рекомендовали гопак.

Никита смеялся, отвергая все подсказки, подошел к той же девушке, заведующей музыкой, что-то сказал ей, та кивнула. Парень поманил рукой своего друга, он вышел на танцпол, переглянулись. Не знаю, как у них получится, уж больно высокие, почти как Тарас, только поджарые, стройные, а, как известно высокорослые редко, когда умеют хорошо двигаться, им мешают собственные конечности.

Но оказалось, что я очень ошиблась. Зазвучала лезгинка, и ребята зажигательно стали ее танцевать, все только диву давались, как можно так быстро передвигать ноги, да еще крутиться, как волчок. Невероятно!

Когда стихла музыка, Ромка не выдержал, подскочил к парням и, пытаясь им подражать, стал плясать, падать, путаясь в ногах, чем снова довел нас до истерики. Никита стал ему помогать, а тот, другой сел на свое место, прямо напротив меня.

В полутьме невозможно было разобрать черты лица, цвет глаз, но мне снова померещилось, что мы знакомы. Я подняла глаза и встретила его взгляд. Он смотрел на меня, я на него. Что-то настороженное было в его глазах и манящее.

Мы несколько минут играли в гляделки, в отблеске костра мне было видно лишь нижнюю часть его лица. Я улыбнулась, он улыбнулся в ответ, потом закусил нижнюю губу, будто решаясь на что-то. Мне стало интересно, что будет дальше.

Но ничего не случилось, ко мне подсел муж прошептал на ушко, как он меня любит. Я повернулась к нему, поцеловала. Когда посмотрела напротив, парня не было на месте, он торопливо шел в сторону палаток. Больше я его не видела, только интрига осталась.

34.

Резвились мы до рассвета, Сандра с Ольгой танцевали современный танец, Ромке с Тоней выпал вальс, кто-то изобразил балет, кто-то чечетку. Уже светало, когда наша компания подалась спать. У догорающего костра остались только Роман и Никита, о чем-то спорили, рассказывали байки, родственные души оказались.

А меня пригласил мой ангел встретить рассвет. Мы поднялись на возвышенность над морем и смотрели, как поднимается солнышко из воды, играя бликами на воде.

- Тась, у меня просьба к тебе, – вдруг серьезно сказал муж, – когда я умру, сожги мое тело и развей прах над морем…

 Я онемела, подумала, что ослышалась, но нет, Руслан ждал моего ответа, смотря прямо в глаза.

- Ты чего меня пугаешь? С чего такие разговоры? Я чего-то не знаю? Ты болен?

- Нет, я пока умирать не собираюсь, но в жизни все может случиться. Хочу, чтобы ты так сделала. Обещаешь?

- Ну ты чего? Я даже думать не хочу, что тебя когда-нибудь не станет… - я обняла моего ангела. Солнце играло в его искристых голубых глазах.

Спали мы до обеда. Потом сходили всей толпой в кафе на открытом воздухе, под навесом. После обеда искупались в море, позагорали, а вечером снова отправились на фестиваль. Когда стемнело, смотрели суперское файр-шоу.

Везде огонь, искры летят, исполнители в горящих костюмах, представление удалось на славу. Все когда-нибудь заканчивается, вот и фестиваль тоже, а заодно и веселые выходные. Напоследок запустили красивый фейерверк. Мы еще немного посидели у костра, обменивались впечатлениями, кто-то потанцевал.

Мне не захотелось кружиться на танцполе, хотелось спать. Завтра с утра собрались домой. Я на мотоцикле, Ромка остальных на машине повезет. Тоня еще днем порывалась уехать, переживала за детей, но мы уговорили ее остаться, отдохнуть. С детьми остались бабушки и дедушка, неужели втроем не справятся с тремя малышами. К тому же мы постоянно им названивали. Я все ждала, что появятся Никита и тот парень. Зачем ждала, не понимаю. Но они так и не появились, уехали, наверное. Настроение немного упало, и я пошла спать. Во сне видела улыбку, как в сказке, про Алису. Только улыбку не чеширского кота, а реального человека.

На рассвете мне захотелось в туалет. Зябко поеживаясь, я вылезла из-под одеяла и побежала по нужде. На обратном пути заметила мотоцикл у палатки тех ребят, что так здорово станцевали лезгинку. Днем его не было, видать ездили куда-то, ночью, наверное, появились.

Это был черный «Хаябуса», как я и предполагала. На пластике красовался шикарный волк, воющий на луну. Вот это да! Я еще минут десять разглядывала его, восхищаясь. Со стороны моря шел Никита с мокрыми волосами и полотенцем на плечах. Купался, наверное.

- Доброе утро, Тасенька! – он улыбнулся мне. – Что, нравится?

- Еще бы, я в восторге! Откуда вы знаете мое имя?

- Ну, ну! «Вы»! Давай на «ты»? А после позавчерашнего тебя здесь все знают!

- Это твой? – я показала глазами на байк.

- Нет, я автолюбитель! Это моего брата, он у нас фанат «Сузуки».

- А где волка сделал? Я тоже хочу… ну что-нибудь… на «Джиксер».