Лучник (СИ) - Берк Александра - Страница 89

На последних словах эльфа они недоумённо переглянулись. Архимаг же, поколебавшись, кивнул.

— Говорят, символом мудрости должно считать посох мага, ибо лишь причастные к тайнам мира способны на истинную зоркость не глаз, но души, — медленно, словно цитируя по памяти какой-то трактат, проговорил он. — Честь же испокон веку непреклонна, как клинок, и столь же обоюдоостра, и место её — в руках тех, кто знает ей цену.

Он помолчал и многозначительно добавил, внимательно глядя в лицо Эрану:

— Неправедное возмездие некогда называли стрелой из темноты, а вовсе не продажной печатью. И мы до сих пор призываем справедливого судью пронзить светом истины мрак преступления, несмотря на то, что в наследство от прежнего оружия ему осталось одно лишь гусиное перо.

Эльф едва уловимо усмехнулся. «Проверить меня решили, господин архимаг?» А вслух ответил:

— Солнечные стрелы никогда не заменить гусиными перьями — сгорят без следа. И пепла не останется.

Архимаг задумчиво прищурился.

— Так, значит, я не ошибся… Мальчика призвала одна из Граней мира, — он покачал головой. Покосился на обратившегося в слух Третьего Стража. — Не такой судьбы я желал твоему сыну, Наилир… Но не могу не признать: мир сделал достойный выбор.

— О чём ты, Сангар? — хрипло переспросил тот. Перевёл взгляд на Эрана. На Гайра, понимавшего явно не больше, чем он сам. Архимаг не ответил, погрузившись в какие-то свои мысли.

— Как уже сказал тир Наилир, на Третью Башню было совершено нападение. С использованиемтехник мастера трупных кукол. Во время этого нападения мой ученик был похищен. Вероятнее всего, его ждала бы судьба сестры. Чтобы предотвратить это, мне и моему брату пришлось… частично раскрыть свою истинную натуру. Разумеется, мы могли бы полностью уничтожить следы нашей магии, но… это могло бы помешать преступникам понести заслуженное наказание. Поэтому, алир Сангар, у меня к вам есть просьба.

На лице старика мелькнуло обречённое выражение. Приправленное, впрочем, каким-то весёлым ехидством.

— Боюсь даже представлять, которому из Столпов служит ваш брат, если истинную натуру раскрыли вы оба!

Потом он вдруг усмехнулся, словно вспомнив о чём-то. И с усталой лихостью махнул рукой.

— Говорите вашу просьбу, алир Эран. Хотя я и сам могу догадаться. Скрыть от Серой Стражи тот факт, что в Третьей Страже напрямую использовалась сила богов?

— Ну, думаю вы согласитесь со мной, алир Садгор, что всем в империи будет спокойнее, зная, что заговор раскрыт архимагом крепости, при участии удачно подвернувшихся пришлых магов, — эльф умолк на миг и лукаво взглянул в глаза собеседника. — Это безопаснее, чем слухи о посетивших крепость Хозяевах Изумрудного Дворца и Серых Палат, не так ли?

Уже начавший было что-то говорить архимаг поперхнулся и, закашлявшись, уставился на эльфа в немом изумлении. В благоговейный ужас оно, к счастью, переходить не спешило — но было где-то недалеко.

Слепо отступив на шаг назад, он нашарил кресло и рухнул в него, не отрывая глаз от Эрана.

Гайр, встретивший упоминание о хозяине Серых Палат ироничным хмыканьем, умолк и бросил непонимающий взгляд на старого мага. Потом лицо его вытянулось, и он недоверчиво перевёл взгляд на Эрана.

— Что ж… — с трудом справившись с голосом, наконец проговорил архимаг. — Я сделаю, как вы хотите… алир.

Видно было, что он собирался использовать какое-то другое обращение, но в последний миг остановился на более нейтральном обращении.

— Благодарю вас, алир Сангар. — эльф церемонно и с достоинством поклонился. — Разумеется, вы получите всю необходимую информацию. А теперь, с вашего позволения, необходимо отдать последние почести жертвам мастера трупных кукол. Или… Возможно, вы хотите во всём убедиться лично, господин архимаг? Всё же наш путь лежит за пределы Третьей Башни, и страж другой может этому воспротивиться.

Сангар нервно усмехнулся.

— Предлагаете мне усомниться в слове Хозяина Зелёного Дворца? Нет, алир, я не безумец и не святотатец. Я верю вам на слово. Однако пойти мне с вами всё-таки придётся — иначе я не смогу гарантировать сохранение тайны.

Он задумался на несколько мгновений, напряжённо барабаня пальцами по столешнице. Потом открыл один из ящиков стола и, вынув из него амулет для снятия магического образа, положил его перед Эраном.

— Вы хорошо помните, что происходило во время тех событий, что вы хотите скрыть?

И, получив согласный кивок эльфа, толчком послал к нему артефакт по столу.

— Создайте на амулете образ того, что должны увидеть все, кто будет потом знакомиться с этим делом. Уверен, вам, алир, это не составит труда. Я совмещу ваш образ с магическим фоном и позабочусь о том, чтобы никто не заметил подлога.

Помолчал. Выглядел он не слишком радостным; но и не таким расстроенным, как человек, которого склоняют к служебному преступлению.

— И… Согласно законам империи, я должен сообщить о случившемся Наместнику и взять с собой его поверенного. Вы согласны подождать ещё три щепки, пока я выполню все необходимое?

Эран взял предложенный амулет, зажал его между ладонями и на несколько мигов закрыл глаза. Затем вернул артефакт архимагу.

— Сколько вам будет необходимо, алир, — и наконец опустился в предложенное ранее кресло.

А архимаг, наоборот, поспешно встал и, с некоторой неуверенностью утвердившись на ногах, отвесил эльфу несколько неуверенный поклон. После чего поспешно вышел из кабинета. Третий Страж, поколебавшись лишь мгновение, вскочил и поспешил за ним. На прощание бросив за зятя подозрительный взгляд, словно боясь, как бы в его отсутствие тот не натворил бед. Дверь за ним захлопнулась. И повисла тишина.

Гайр молча смотрел на Эрана. С растерянностью, даже некоторой опаской, но, как ни странно, без излишнего благоговения.

— Ну и… Как это понимать?.. — неуверенно спросил он на конец, так и не определившись, как теперь вести себя с наставником шурина, которого, было дело, крыл бранью в три петли. — Ты, выходит, не просто эльф, а бог? Или старик накрутил себя без повода?

Прозвучало это не особо почтительно и практически с вызовом. Гайр это и сам понял. И, нахмурившись, умолк.

Эльф с усмешкой закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла

— Боишься, что получишь молнией под мягкое место за прошлые обиды? Разочарую: обижаться я не умею в принципе. И тем, кто я есть, я был задолго до встречи с тобой. Отсюда вывод — то, что было раньше, меня вполне устраивает и что — то менять нет необходимости. А на счёт «бога» — никогда этот термин не любил. Мы те, кто мы есть. У каждого свой Путь. Уважение и почтение заслуживают, а не получают за изящную походку. А излишества вредны не только в еде.

Гайр задумчиво хмыкнул. Подумал — и, привстав с кресла, дотянулся до подноса с бокалами. Пригубил успевший уже подостыть шиат, который в Крепости пили вместо вина все, кто заступал на службу или нуждался в укреплении сил. И проворчал:

— Да нет, молнией не боюсь. Хотел бы — уже отправил бы к Серой Госпоже. Уж возможностей было — хоть отбавляй. Мне только за архимага боязно. Ему ж под сотню скоро, хоть и крепкий старик. Я уж думал, его удар хватит…

И вдруг нервно засмеялся.

— Бедные заговорщики, вот же не повезло им Наэри додуматься украсть! Боюсь даже представлять, что с ними было…

— Ничего с ними не было, — фыркнул маг, — по шее дали и тебе оставили. Хотя своровать ходячую справедливость, хоть и начинающую, это надо быть редкостным идиотом. Впрочем, как и для того, чтобы в кукольники податься.

Гайр, не сдержавшись, коротко хохотнул. Видимо, представил, как выглядела выдача по шее от двух воплощений надмировых сил.

Продолжению разговора помешала скрипнувшая дверь. В кабинет вошёл архимаг, за ним — очень задумчивый и чем-то озадаченный Третий Страж. Последним, аккуратно прикрыв за собой дверь, просочился невысокий человек средних лет, в неприметной одежде, но выправкой настолько недвусмысленно военной, что сомнений в его должности не возникало.