Малое солнце (СИ) - Мамедов Руслан - Страница 6

Вдруг двигатели ориентации затрещали оглушительным хором. В одно мгновение все пространство кабины пришло в движение. Джейдер даже не понял, что произошло, когда увесистая металлическая переборка врезалась в его череп, отправив его в бессознательный полет.

Джейдер очнулся прижатым к иллюминатору. Он не мог понять, сколько был в отключке: пару секунд или несколько минут. Прыгун находился в бешеном, неуправляемом вращении, кабина корабля напоминала огромный снежный шар, который только что растрясли. Все предметы, в том числе и закрепленные, взлетели на воздух и размазались ровным слоем по стенам корпуса. Юпитер, словно аварийный сигнал, периодически заливал кабину светом из окна. Что-то теплое растеклось по голове Джейдера. Он ощупал голову ладонью и осмотрел ее. Это была кровь вперемешку с картошкой и гуляшом.

— Дерьмо. Что это было, столкновение!? Маневр уклонения? — Джейдер судорожно анализировал, пока мысль иглой не впилась в его мозг.

Авария прервала маневр снижения. Неуправляемый прыгун со скоростью пули падал на Ганимед, и через считанные минуты должен был превратиться в пар.

— Компьютер, врубай стабилизацию! — выкрикнул Джейдер, в глубине души понимая, что если капсула уже находится в неконтролируемом падении, то компьютер ему едва ли ответит.

И компьютер действительно оправдывал все наихудшие ожидания, сохраняя мертвое молчание на полученную команду. Повторять ее было бессмысленно.

— Времени в обрез! Нужно попасть за кресло и стабилизировать корабль.

Между Джейдером и креслом было три метра. Три метра тошнотворного ада с препятствиями. Словно скалолаз, он пополз в сторону кресел. Изменчивое центробежное ускорение и сила Кориолиса постоянно пытались сбросить его. На три метра ушли бесконечные 20 секунд. Пристегнуться к креслу оказалось намного сложнее. Подобная задача переходила в разряд невозможных, когда пилот и кресло находились в стиральной машине, в режиме отжима. Казалось, еще чуть-чуть и она вытрясет из Джейдера все содержимое его желудка. Он пытался прикинуть в уме, сколько у него времени до того, как он превратиться в облачко пыли, но так и не смог.

После серии неудачных попыток пристегнуться, восьмая по счету оказалась успешной, и Джейдер принялся яростно молотить по кнопкам.

— Твою мать! Вот влип же! Включайся же… Включайся долбанная тварь! — он в ярости лупил по аварийной панели перезагрузки бортового компьютера, щедро залитой остатками несостоявшегося обеда, но компьютер стойко сохранял мертвое молчание.

— Работай же, ты, ржавый кусок дерьма! Мы же разобьемся нахрен, сукин ты сын! — в голове мелькали хаотичные мысли, одна за другой ослепляя разум искрами надежды, но они тут же затухали от осознания текущего положения. — Двигатели?..

Да, было предусмотрено ручное управление двигателями, но что с этого толку, когда корабль находится в бешеном вращении? Ненаправленный пуск двигателей лишь ускорит падение или сделает его еще более непредсказуемым. Он не сможет остановить вращение и скорее откинет корабль в сторону, но уж точно не решит проблему.

— Думай же, думай, черт тебя побери! — в ушах звенел пронзительный писк.

Голова сильно кружилась, наливаясь свинцом. Сознание начало путаться, мозг Джейдера отказывался думать именно тогда, когда это было так необходимо!

— Что со мной происходит?! Последствие удара головой? Сотрясение мозга? Неужели все-таки утечка воздуха? — и тут Джейдера ударило, словно разрядом молнии.

Он бросил рассеянный взгляд в угол кабины, где, подчиняясь центробежным силам вращения, к стене прижалась кислородная маска. Маска, которую он снял, чтобы поесть, и без которой, в условиях низкого давления, его мозг совершенно отказывался работать. В условиях творящегося хаоса он совершенно забыл о ней.

— Проклятье, нужно надеть ее, иначе симптомы гипоксии не заставят себя долго ждать.

Но он был пристегнут к креслу. Отстегиваться, чтобы достать маску, потребовало бы слишком много времени. А время безжалостно текло прочь. Его потоки наполняли воздух невидимым напряжением. Откровенно говоря, Джейдер смутно понимал, что он может сделать, лишь судорожные инстинкты не оставляли попыток цепляться за любые возможности.

— Нет, сукин ты сын, я так просто не сдамся! У меня еще есть парочка идей! — Джейдер активировал радиационную защиту и перенаправил на нее всю доступную энергию.

Магнитные насосы загудели и на полной мощности начали перегонять сверхпроводящую жидкость. При быстрой циркуляции у жидкости проявлялся эффект сверхпроводимости, создававший напряженное магнитное поле вокруг корабля. Мощное магнитное поле являлось прочным противорадиационным щитом, но также могло послужить своеобразным магнитным парусом и стабилизировать корабль, как стрелку компаса. Спутники Юпитера буквально тонули в магнитном поле гиганта, да и у Ганимеда было свое собственное поле. Это можно было использовать! Взаимодействие магнитных полей было способно стабилизировать положение прыгуна через какое-то время. Но этого времени катастрофически не хватало.

— Слишком медленно… Проклятье! Этого мало!

Джейдеру казалось, что частота пронзающего кабину света Юпитера снижалась, что свидетельствовало о замедлении неконтролируемого вращения. Но он также знал, что скорость падения слишком высока, чтобы он мог дожидаться окончательной стабилизации таким ненадежным способом. Прыгун быстрее пронзит поверхность спутника и сгорит в яркой вспышке, выбросив в пространство огромное облако ледяного пара и немного человеческого праха. Времени на торможение двигателем практически не осталось.

— Думай! Думай, чертов кретин! — мысли шумели в голове, а где-то в глубине билось едкое осознание того, что он что-то упустил.

Что-то, что может спасти ему жизнь. Внезапно, состояние, близкое к психозу, сменилось эйфорией. Гипоксия сыграла с ним злую шутку, все это время у него был план. Он в упор не видел очевидного решения, хотя оно было у него перед носом, но сейчас он держал ключ к спасению.

Джейдер быстро инициировал процедуру аварийного отключения компьютера и перехода на ручной режим управления. Он удивился тому, как хорошо помнил последовательность действий, ведь в последний раз он делал это в далекой учебке. Закончив процедуру, Джейдер нажал на тумблер и запустил гиродин. Гиродин — вот оно, очевидное решение! Силовой гироскоп начал плавно набирать обороты, поглощая инерцию корабля. По корпусу пробежала вибрация. Вращение стало заметно угасать, пока не исчезло полностью и сменилось невесомостью. Джейдер выровнял положение корабля с инерционной плоскостью и включил двигатели ориентации против вращения гиродина, тем самым разрядив его. Вспышки газа устремились прочь, унося с собой момент инерции маховика.

Трясущейся рукой Джейдер направил двигатель против вектора скорости. Поверхность была чертовски близко, а времени было чудовищно мало. Через считанные секунды произойдет столкновение.

— Это мой последний шанс, твою мать! — прошептал Джейдер, включая тягу на полную мощность.

Двигатель выплюнул струю огня, сменив монотонный свист на пронзительный рев. Взрыв инерции огромной силой вжал Джейдера в кресло. Грудную клетку сдавило со страшной силой, не позволяя сделать вдох. Кровь залила лицо и попала в глаза. Джейдер напряг все свое тело, чтобы не потерять сознание, но в глазах все равно стремительно темнело. Новый удар вбил все тело в кресло с такой силой, что мир вокруг рассыпался в искрах.

Корабль с треском вонзился в лед, выбросив из поверхность планеты огромный столб пара и ледяных осколков. Миллионы мелкодисперсных частиц, переливающихся бликами света, непроглядным облаком разнеслись во все стороны. Мрачная туча осколков расползлась на огромное расстояние и неохотно опадала под действием слабой гравитации. В земных условиях подобное облако осело бы сравнительно быстро, но здесь, на Ганимеде, при гравитации почти в 7 раз меньше, оно создавало поистине потрясающее, эпичное зрелище.

Пронзительный писк окутывал пространство. Словно трясина, он сковывал все тело, парализовывал разум, заполняя все пустоты. Пульсация в голове, каждый удар откликался болью, разнося ее по всему телу. Ужасный писк в ушах и непонятное шипение, приглушенный сигнал аварийной системы, — все это тонуло в сознании, то приходящем, то вновь ускользающем в никуда. Глаза с трудом открылись. Ничего толком не было видно. Тусклый мерцающий красный свет озарял нечто однородное и всеобъемлющее.