Гроза школьной столовки (СИ) - Мелевич Яна - Страница 65

Макс Еремин: «С ночевой?»

Надеюсь да, потому что сегодня я не готов вернуться домой. И завтра тоже не уверен.

Амир Доронин: «Хоть до старости живи))) Выделю тебе пустую клетку по соседству с Пончи. Захвати запасные одежды, парень. У нас тут, знаешь ли, приличная гостиница!

Хмыкаю, поднимаясь с пола и принимаясь собираться, быстро сбрасывая в рюкзак вещи, слыша, как Амир сбросил адрес, а следом прислал еще одно сообщение.

Амир Доронин: «Амирчик уже достал чачу и готов слушать твои излияния про мужскую глупость. Олежека послушали, ждем тебя. В холодильнике есть ванильная мороженка. На случай грусти врубим тебе сопливую комедию, печальные песенки и будем гладить по голове. Так что живее, Ерема. Психологическая служба «Амирка и енот» ждет вас»

Макс Еремин: «Это енотовидная собака, балда. Буду через час и мне нужно что-то покрепче мороженки»

В тот момент уезжая, я ни о чем не думал. Ни о последствиях своих поступков, ни слов. Просто сбежал в очередной раз, позволив себе расслабится лишь в компании ребят, с которыми раньше не особо водил дружбу. Кроме Олега, у нас с остальными не было ничего общего. Но в тот момент что-то произошло. Нашли общий язык, забылись и позволили себе отпустить все.

А на следующее утро я узнал, что Наташа съехала вместе с братом на окраину Москвы к матери, забрав все вещи. Сказала отцу, что он в любой момент может приезжать. Но прежде, чем пытаться строить новые отношения, ему стоит стать отцом для меня и только потом пытаться им быть для Сашки.

Я разбил семью своего отца. Причинил боль двум ни в чем не повинным людям, испортив начисто отношения с ними.

Потерял свою команду, сломал доверие и бросил, оставив одних.

Подвел маму, которой обещал оставаться человек всегда и везде.

Но самое главное, что разрушил нашу с Надей любовь своей собственной глупостью.

Эй, хотите знать, кто главный преступник в этой истории? Он перед вами.

Макс Еремин – убийца всего хорошего в жизни самых близких ему людей. Кто-нибудь, вызовите некроманта. Мне надо срочно вернуть добро, которое я украл. Проблема лишь одна – я не знаю, что теперь для этого придется сделать.

Глава 43

Влюбляться – настоящий отстой. Экзамены, к слову, тоже, но любовь – это нечто такое, отчего долгое время не просто избавится, особенно, если она трагичная. Знаете, иногда лучше сдать пять ЕГЭ подряд, чем еще раз испытать такое чувство. Во всяком случае, я себя в этом убеждала те несколько недель после нашего с Максом невнятного расставания. Официально никто ничего не говорил, но подразумевалось одно: мы больше не пара.

Ой, какой резонанс. Каждый второй косился. Кто с сожалением, кто с сочувствием. Некоторые даже откровенно злорадствовали. Да-да кудах-банда, я про вас сейчас. Не коситесь на меня, глупые пернатые, у меня в руке тяжелый пинал.

- У тебя такой кровожадный взгляд, что боюсь сейчас от Петровой с Собакиной ничего не останется, - смеется рядом Рябин, опираясь о подоконник в коридоре перед кабинетом геометрии. Станислава Варгесовна еще не появилась, а я уже хочу быстрее, чтобы кончился урок. Вокруг нас крутятся девятиклассники, за окном медленно оседает на крыше и асфальте первый снег, несмотря на достаточно теплую температуру. Всего минус пять градусов, даже в октябре на каникулах холоднее было. Декабрь наступает на пятки, скоро пробные экзамены, Новый год, зимний был, а мы тут грызи гранит теорем с аксиомами.

- Где, кстати, третья курица? – интересуюсь, оглядывая вновь одноклассников. Мимо прошагало несколько ребят из 11Б. Киваю, замечая Ладужкину, пожавшего руку Еремину. Последний вообще какой-то подозрительно довольный. С той самой ссоры на Хэллоуин был тише воды, ниже травы, но в последние несколько дней прямо не Максим Морковкина Ботва – активист «я – мистер все могу». Кажется, его вернули в команду, он там правда штаны протирает на скамейке запасных – хоть какая-то радость.

- Ирка же болеет, - отвечает мне немного удивленно Артур, пока я вяло киваю. Не надо на меня так смотреть, не обязана помнить, какой птичий грипп подхватила какая из наседок в нашем классе. Рядом на светлый подоконник приземляется черная сумка с дурацким хвостатым брелком из искусственного меха. На фоне черной кожи, этот облезлый белый тушкан выглядит совершенно убого. Думаете Арина меня слушала, когда выбирала этот кошмар в магазине? Нет, сказала только в сотый раз, что я злая и вредная.

- Сними ты этого дохлого хомячка, Сорокина, - закатываю глаза, стараясь не обращать внимания на ржущих парней. Ладужкин, Рожков, Доронов, Педальнов, Гринев, Саймолов, Сазонов, Бубликов, Филатов – весь цвет собрался возле Капитана Капусты, пока он им там что-то веселое втирает.

- Урод, - рычу, яростно сжимая кулаки, глядя в сторону Максу. Козел радуется жизни, даже оценки привел в порядок. Рядом уже Платонова глазами хлопает, прислушиваясь к каждому слову. Может за школой его снежками закидать?

Похоже я произнесла это вслух, потому что Рябин тихо смеется, тыча пальцем в серое небо за окном и таящий мгновенно снег, едва снежки успевают касаться асфальта.

- Боюсь, придется использовать камни, - добавляет ехидно, а Аринка рядом вздыхает, сочувственно кладя мне на плечо руку.

- Подруга, успокойся. Ну его, другого парня найдешь, - подмигивает, кивая на Дениса из 11Б, который мне приветливо рукой машет. В ответ только махаю, будто мы старые знакомые, хотя раньше никогда особо не перекались, не считая вчерашнего разговора в очереди за пирожками в столовой.

А ты любишь с мясом или капустой? Ой, смотри, зажаристые сегодня. Ага, не сожгли. Круто, бывай.

Кто вообще воспринимает такое? А у Сорокиной это флиртом называется. Или я дура, или последнее мне не доступно по интеллектуальному состоянию.

- Домой хочу, - стону, замечая Машку Свиристелову. Открываю рот, дабы поздороваться, но вновь только спешно кидает нам «привет», спеша в куриный отряд, где Летягина рассказывает, какой крутой мейк замутила вчера в своем блоге. Тоже мне, бьюти-блоггерша. Ее вообще кто-то смотрит?

- Поверить не могу. Еще месяца два назад они ее шпыняли, а тут гляди какие подружки, - кривится Аринка и я мысленно с ней соглашаюсь, но не до конца. Машка изменилась. Начала худеть, уже заметен результат. Парни стали обращать на нее внимание, особенно, когда сменила прическу, начала укладывать свои волосы иначе, использовать незаметный, но подчеркивающий достоинства макияж. В повседневной одежде изменила мешковатым штанам и кофтам, теперь платья. Каблуки, никаких сладостей на уроках. Естественно наши гламурные особы тут же заметили изменения, тем более после пейнтбола их отношения стали в разы теплее. Подозреваю, они все также шушукались за ее спиной и держали в качестве страшной подружки, но Машке этого было достаточно.

Что ж, сомнительная популярность тоже кого-то может делать счастливым.

- А Рожок-то влюблен, - хмыкает Артур, с которым мы в последнее время вроде как друзья. Поворачиваю голову. Заметив явный интерес блондина к Машке. Говорили, что они расстались. Причем бросила его Машка как раз потому, что ее новые изменения ему по нраву не пришлись. Не могу Олега винить, мне старая Машка была по душе больше.

- Жизнь – отстой, - вздыхаю, слыша звонок, наблюдая, как к нам спешит Станислава Варгесовна. Ее рыжие кудряшки подпрыгивают во время быстрой ходьбы. Костюм сидит странно на полноватой фигуре, да и сама она со своими веснушками будто бы девочка, хотя давно уже за пятьдесят. Может проблема в самой подаче себя, не знаю. Просто одергиваю юбку, стягивая школьный черный пиджак подоконника вместе с рюкзаком, шагая вместе с толпой ребят к кабинету. Аринка снова в телефоне – новый парень, тот самый, из-за которого она в октябре вся была в прострации. Какой-то студент первокурсник. Подруга по уши влюблена, ничего вокруг не замечает, потому натыкается на Бубликова у самого входа, нарываясь на очередное язвительное замечание:

- Сорока, с твоей внимательностью ни один ответ на ЕГЭ правильно не напишешь.