Мыс альбатросов (СИ) - "-Edelweiss-" - Страница 189

Невилл, Луна и ещё двое ребят из О.Д. помогли Гарри наколдовать небольшой памятник прямо из лежащего рядом валуна. Совместная магия сотворила причудливую фигурку эльфа, вооружённого половником, словно мечом. Получилось очень мило, так что домовики школы пришли в восторг.

— Здесь покоится Добби, — торжественно проговорил Гарри. — Свободный эльф! Люмос!

— Люмос! — откликнулись остальные, подняв палочки.

Это была самая короткая церемония из всех, на которых им довелось побывать, но именно она вышла самой трогательной. Гермиона ощутила светлую грусть, когда облака над Хогвартсом потеснились, и солнечный свет упал на каменную эльфийскую макушку.

— Он словно в шапочке, Гарри! — воскликнула она.

Он вытер покрасневшие глаза и улыбнулся.

Затем кентавры ушли в чащу леса, домовики вернулись к своим делам, а оставшимся ребятам Джинни предложила посидеть в «Трёх мётлах» и помянуть погибших. Невилл, Терри, Луна, Дин и Джастин сразу согласились. Рон, всё это время проведший будто в трансе, отказался, сославшись, что обещал Молли вернуться как можно раньше. Гермиона так устала, что просто не могла себя заставить отправиться к Розмерте.

— Я подойду попозже, — сказала она. — А пока прогуляюсь по территории замка. Профессор МакГонагалл просила зайти, чтобы обговорить проект восстановления школы.

Джинни покачала головой.

— Ты заслужила отдых, Гермиона. МакГонагалл могла бы это понять.

«В том то и дело, что она понимает меня лучше, чем вы».

Гарри тоже отказался от посиделок — ему не терпелось увидеться с Тедди.

Расставшись с друзьями, Гермиона побрела в сторону замка. Иногда в траве по дороге попадались осколки статуй защитников Хогвартса. Чтобы никто не поранился о них, Гермиона превращала их в пыль. Жаль, она вложила столько труда, вдыхая в них жизнь волшебством. У озера в земле образовалась впадина. Поговаривали, что во время битвы там рухнул великан, перед этим перебив с десяток троллей. Нет, великан правда был, но почему он восстал против Волдеморта и кто сумел одолеть его в итоге, так и осталось невыясненным.

На месте стадиона трудились какие-то люди. Гермиона даже не удивилась, что им занялись раньше, чем Астрономической башней. Волшебники в большинстве своём обожали квиддич.

МакГонагалл из-за того, что второй этаж, где располагался её кабинет, сильно пострадал, заняла башню директора. Гаргулья даже не спросила пароль, молча пропустив Грейнджер к декану. В кабинете было необычайно тихо. Стены непривычно пусты — все портреты бывших директоров сняли и отправили на магическую реставрацию.

— Профессор, — произнесла Гермиона, встретив Минерву МакГонагалл во второй раз за этот бесконечно долгий день.

— Проходи, — проговорила та, указывая на стул и садясь напротив. — Если хочешь, можешь побыть здесь, пока я разбираю документацию. Попечительский совет словно взбесился. Министерство ему не уступает, завалило весь стол своими письмами. Ты, разумеется, вольна выбрать любое место в замке и проводить время любым образом. После всего, что вы все пережили, я бы на вашем месте больше всего мечтала о спокойном сне.

Гермиона всё же улыбнулась.

— Вы знаете меня лучше всех, мэм, но сначала позвольте помочь вам с бумагами. Я просто хочу погрузиться в мир букв и тишины.

МакГонагалл понимающе кивнула и протянула ей стопку свитков и журналов.

— Тогда стоит начать с этих. Их следует рассортировать. Северус хранил море странной литературы. Как ты считаешь, зачем ему журналы о пчеловодстве? В очередной раз убеждаюсь, что совсем не знала этого человека.

*

К вечеру стало теплее. Воздух нагрелся. Гермиона настолько погрузилась в знакомый ей мир цифр и букв, что не заметила, как пролетело время. Она оторвалась от просмотра записей, когда Винки сунула ей под локоть поднос с полноценным обедом.

— Мы старались для вас, мисс, — пропищала домовиха.

— Сделай перерыв, Гермиона, — дружелюбно сказала МакГонагалл. Перед ней возник точно такой же поднос с тарелками и соусницей. — Подыши воздухом вместо книжной пыли.

Когда Гермиона вышла наружу, первое, что ей попалось на глаза — новёхонькая башенка Равенкло над стадионом. Сразу стало ясно, кто занимался его восстановлением: профессор Флитвик и его любимые ученики.

Гермиона села на скамейку во внутреннем дворе замка, наслаждаясь тишиной, нарушаемой лишь журчанием воды в фонтанчике и шелестом травы.

— Ну наконец-то!

Она чуть не подпрыгнула от неожиданности, услышав возглас, и повернулась в сторону его источника. Гарри приближался к ней с Живоглотом на руках!

— Глотик! — воскликнула Гермиона.

Кот начал вырываться от нетерпения, едва завидев хозяйку, намереваясь как можно скорее воссоединиться с ней.

Гарри расхохотался, опустив рыжего кота в траву. Живоглот на своих коротких кривоватых лапах помчался к Гермионе. Она подхватила его, заключив в объятия и целуя кончик носа снова, снова и снова.

— Как же я скучала по тебе, золотце!

— И никакой благодарности, — заключил Поттер, присев рядом. — Можно подумать, твоё золотце само к тебе пришло.

— Спасибо большое, — Гермиона поцеловала друга в подставленную щёку.

— Другое дело, — довольно сказал Гарри. Они оба любили подобные моменты полного взаимопонимания. — Я ещё кое-что принёс. Вот. Купил по дороге, — и он поставил на скамью между ними пачку сахарных тритонов и две баночки «Vimto». Они обе «запотели», будто их совсем недавно достали из холодильника.

— Да ты волшебник, Гарри! — заявила Гермиона, обменявшись с ним сияющими взглядами.

— На фонтанчик пока не хватит, но уже кое-что.

Живоглот затоптался на коленях хозяйки в поисках удобной позы, чем вновь напомнил о себе. Гермиона погладила ему спину. Кот счастливо замурчал.

— Я думала, что больше его не увижу.

— Угу, — Гарри открыл баночку шипучего напитка и больше половины пролил. — Борода Мерлина!

— Экскуро! — взмахнув палочкой, произнесла Гермиона. — Пойдём в «Три метлы» или посидим тут?

— Тут, — уверенно сказал Гарри.

— Не сердись, если я лезу не в своё дело. У вас с Джинни что-то случилось?

— Нет, — Гарри запихнул в рот целого тритончика. — Мы решили, что нам нужен перерыв.

— Понятно, — выдохнула Гермиона, потянув ключ-кольцо на крышечке банки.

Гарри деловито передал ей трубочку. Похоже, им обоим не повезло с романтическими чувствами. Прощаясь с Регулусом, она не подозревала, что разговор с ним, возможно, станет последним.

Он не помнил её.

Он целовал её в Запретном лесу и утешающе обнимал на побережье. Вернее, в лесу его целовала она, а он в это время искал в снегу палочку. Видимо, не таким уж и выдающимся был тот поцелуй, раз ничего не значил для Блэка. Это ей суждено вновь и вновь прокручивать в голове те немногие минуты, когда она была в его объятиях. Тоскливая перспектива. Участь безответно влюблённых.

Регулус не помнил её.

Регулус виноват в смерти Джорджа. Светлого, весёлого, доброго Джорджа.

Она вздохнула, помешивая сок затейливо скрученной трубочкой в жестяной банке, и Гарри вздохнул вместе с ней.

— А насчёт твоего кота, — заговорил он, отламывая сахарному тритону хвост, — так это Блэк мне его вручил.

Гермиона развернулась к нему, так что Живоглот сердито фыркнул.

— В каком смысле?

— В прямом. Живоглот, по всей видимости, искал тебя и обследовал знакомые места. Он же волшебный кот, необычный. Пришёл на Гриммо, а там его подобрал Регулус.

— Но как он узнал, что Живоглот принадлежит мне? Что он сказал тебе, Гарри?

— Пф… Какую-то чушь. Я даже не сразу понял, когда он повёл меня в комнату, говоря, что нашёл твои усы.

— Усы? Он так и сказал? Усы?!

— Ну да, — произнёс Гарри, сбитый с толку столь бурной реакцией. — А потом отдал мне твоего кота.

Образ Регулуса с внезапной ясностью предстал перед её глазами: вот он ослабил галстук и отвёл взгляд, он сказал ей:

«Честно говоря…»

Гермиона застыла, выронив напиток. Виноградный сок растёкся в траве.