Испытай меня (ЛП) - Ши Ребекка - Страница 55

Сейдж по-прежнему хранит молчание.

— Я буду рядом с тобой, Сейдж. Буду рядом и буду держать тебя за руку. — Всегда буду.

Она должна это знать.

— Обещаешь? — бормочет она из-под подушки.

— Обещаю.

Сейдж убирает подушку с головы и переворачивается. Прижимает ладонь к моей груди и заглядывает в глаза.

— У тебя самое доброе сердце, Холт Гамильтон.

Я усмехаюсь.

— Мы команда, будущая миссис Гамильтон.

— Поскорее бы, — шепчет она с улыбкой на губах.

— Идем, — шлепаю ее по попе, — сделаем это.

Она ворчит, но поднимается с постели и заставляет себя пойти в ванную приготовиться.

Сейдж расхаживает туда-сюда по клочку газона и грызет ноготь большого пальца, когда огромные тракторы подъезжают. Я вижу, как вздымается и опадает ее грудь при каждом тяжелом вздохе.

— Сейдж, иди сюда, — зову ее, сидя в одном из кресел на заднем дворе, и похлопываю по свободному месту рядом с собой. Она громко вздыхает и плюхается в кресло. — Все нормально?

Ее брови нахмурены, а взгляд сфокусирован на Бренте, который стоит у конюшни и разговаривает с главным подрядчиком, который будет перестраивать здание.

— Не знаю, — наконец, отвечает она.

— Думаю, все будет хорошо. Новое начало. Иногда нам нужно оставить прошлое… в прошлом, чтобы мы могли продолжать жить дальше. — Тянусь к ее руке и сжимаю ее.

Как только группа строителей расходится, направляясь к своим тракторам, Сейдж вскакивает с кресла и несется к Бренту. Она выкрикивает ему что-то, и тот оборачивается. Я выпрямляюсь в кресле, замерев, и ожидаю, что произойдет дальше. Брент кладет свои ладони на ее плечи и, кивнув, отступает.

Сейдж встряхивает руками и начинает идти к огромной двери в конюшню. Она открывает одну дверцу и замирает на месте. Брент подбегает к ней, открывает вторую створку двери и поворачивается лицом ко мне, как раз когда я встаю и направляюсь к ним.

Сейдж поворачивается, ищет своими глазами мои, а затем разворачивается на пятках и входит в конюшню. Целое море эмоций накрывает меня, когда я смотрю, как она исчезает в темноте. Сердце отбивает тревожный ритм.

Я подхожу к Бренту, который не спускает с нее глаз, но выставляет ладонь, преграждая мне путь к Сейдж.

— Дай ей минутку, — тихо говорит он.

Я смотрю через его плечо. Сейдж стоит рядом с опустевшим стойлом. Она смотрит прямо себе под ноги, ее плечи слегка дрожат. Я пытаюсь обойти Брента, но он держит ладонь поднятой, не пуская меня внутрь.

— Просто подожди, — говорит он. — Ей нужно это сделать.

— Я знаю, но… — Замолкаю, когда она поворачивается и идет к нам. Мне больно видеть, как она страдает.

Сейдж выходит, а на ее розовых щеках следы от пролитых слез. Затем она проходит мимо нас, засунув руки в карманы пальто. Отойдя в сторону, она бормочет через плечо:

— Сносите ее.

Брент смотрит на меня, а затем дает парням знак продолжать. Я с беспокойством смотрю на Сейдж и задаюсь вопросом: будет ли она когда-нибудь в порядке?

— Оставь ее, — говорит мне Брент. — Дай ей немного времени.

Через час я спускаюсь к реке, где наверняка скрывается Сейдж. Но на камне, на котором я надеялся ее застать, никого нет. Вместо этого она сидит на другом берегу, у надгробия своего отца. Я подумываю оставить ее, но она уже достаточно провела времени наедине с собой. Мне нужно знать, что с ней все в порядке.

Речка неглубокая, а огромный подводный камень выглядывает с воды, поэтому я с легкостью переступаю и спрыгиваю на траву на другой стороне.

— Привет, — тихо произношу я у нее из-за спины.

— Привет, — отвечает она едва слышно.

— Не против, если я присяду? — Сейдж качает головой, и я сажусь рядом. — Ты как? — спрашиваю ее, положив ладонь на ее бедро.

— Нормально, — отвечает она неубедительно, повернув голову ко мне. Ее лицо слегка покраснело и есть следы от слез, но глаза уже высохли. — Мне нужно было прийти сюда и поговорить с ним.

— Я рад, что ты это сделала, — признаюсь ей.

— Ты видел, как ее ломали?

— Да. — Я киваю, с осторожностью наблюдая за ней. — Дело сделано.

Она шмыгает носом и кивает, вытирая глаза.

— Удивительно, насколько быстро то, что десятками лет хранило в себе воспоминания, злость и все-таки историю, может быть стерто в пыль. Всего за пару мгновений.

Я с трудом сглатываю, все еще обеспокоенный ее состоянием.

— Хорошо, что ты всегда можешь вспоминать об этом вот тут. — Пальцем постукиваю Сейдж по лбу. — А со злостью еще проще — ты можешь оставить ее вместе с пылью, где ей и место.

Сейдж усмехается и прижимается ко мне.

— Спасибо, что привез меня сюда. — Она кладет голову мне на плечо. — Я только что говорила папе, как бы сильно он полюбил тебя.

Я улыбаюсь, наконец-то, чувствуя себя чуть более оптимистично настроенным.

— Ты так думаешь? — спрашиваю я, взглянув на надгробие, на котором выгравировано «Майкл Филлипс».

— Я точно знаю, — отвечает она, целуя меня в щеку.

И именно в этом месте остается вся ее злость, все страхи и боль. Они похоронены под той конюшней в куче пыли.