Навсегда их (ЛП) - Роберт Кэти - Страница 51

— Я не должен был вас отсылать.

— Что, правда? — Гален натянуто улыбнулся ему. — Поздравляю, ваше высочество.

— Не пори чушь. — Он подошел к ближайшему стулу и упал на него. Они стояли рядом, хотя он сомневался в подлинности этого желания. Чистый магнетизм, сближающий их как близостью, так и химией. Он тоже почувствовал притяжение, бабочки в животе, требующие, чтобы он подошел к ним, коснулся их, прижал их к себе и отпраздновал эту победу.

Еще нет.

Тео раздумывал над тем, как поднять этот вопрос, но решил, что, кроме честности, между ними больше ничего не должно быть. Никаких добрых намерений. Никакой самоуверенной чуши. Только правда.

— Я хочу, чтобы вы остались. Оба.

Гален скрестил руки на груди.

— Мы говорили об этом. Несколько раз.

— Да, знаю. Времена меняются. — Он наклонился вперед. — Принцесса, у тебя еще один год учебы, и я никогда не попрошу тебя им пожертвовать, но ты вернешься в Нью-Йорк как минимум через одиннадцать месяцев. Оставайся с нами. Попробуем работать сообща. Знаю, что получится, но понадобится время, чтобы разобраться со всеми проблемами.

Ее разрывали на части страх и надежда, карие глаза стали слишком большими на ее маленьком лице.

— Что будет, когда эти одиннадцать месяцев пройдут?

— Тебе решать. Вернешься в Нью-Йорк и получишь степень. Будешь приезжать к нам на каникулах или мы приедем к тебе. Или закончишь год удаленно. Как ты захочешь.

Гален решил вмешаться.

— Ты должен жениться, Тео. Это часть представления.

Что ж, и на это у него был ответ.

— Если ты согласишься остаться, быть со мной, тебе дадут звание консорта. Вам обоим.

Мэг моргнула.

— Что?

Тео невольно улыбнулся, увидев замешательство на их лицах.

— В наших законах есть старая статья — такая старая, что я совершенно забыл о ней, пока Исаак не напомнил. Талания всегда считалась маленькой страной, и по мере того, как власть вокруг нас росла и падала, один из моих прапрапрадедов решил, что, если ему придется жениться на иностранной принцессе, чтобы спасти страну, он это сделает, но не разделит полную власть с ней. Поэтому он назвал ее королевой-консорт. Это звание ставило ее выше благородных семей, но ниже его положения. Их дети, конечно же, были законнорожденными.

— Потрясающе.

— Это было в другом веке. — Он пожал плечами. — Лишь два монарха за всю таланийскую историю использовали эту статью, поэтому она малоизвестна. Причина, по которой я поднимаю этот вопрос сейчас, заключается в том, что у монарха нет ограничений на количество консортов.

Гален смотрел в сторону, словно отстранившись.

— Но это доставит еще больше проблем. Триады — неприемлемое явление ни здесь, ни на мировой арене.

— Вместе мы сможем справиться с любыми проблемами. — Тео поднялся и подошел к ним. Взяв их за руки, он замер. Черт возьми, они должны сами решить, но твою мать. Он хотел, чтобы они сделали этот шаг, встали на путь их совместного счастья.

Он чертовски хотел их.

— Будет нелегко. Неожиданные преграды, все станет таким запутанным, но люди привыкнут к мысли, что их король влюблен в двух. Вы стоите борьбы. И даже больше. Я люблю вас. Обоих. — Пытаясь усмирить бьющееся сердце, он перевел дыхание. Но с таким же успехом он мог попытаться сдержать толпу. — Но если ты не хочешь узаконить отношения, связав свою жизнь с королевской семьей, я не буду винить тебя за это. Если ты захочешь воспользоваться этими месяцами, чтобы подумать и прийти к правильному решению, так и будет — у нас все получится.

— Это значит держать все в секрете, — сказал Гален.

— Да.

— Нет, — возразила Мэг. — Никаких секретов. Если мы сделаем это… — Она вздрогнула и подняла подбородок. — Я хочу тебя, Тео. И тебя, Гален. Я не могу притворяться, что буду грациозно и непринужденно решать каждую возникающую проблему, но готова сражаться за вас — за нас. — Она неуверенно улыбнулась ему, а затем повернулась к Галену. — Что ты думаешь?

— Это может быть ошибкой.

Мэг закатила глаза.

— Черт возьми, это не может быть ошибкой. Даже если взорвется под самым нашим носом — буквально или нет. Речь ведь не об этом. Готов ли ты бороться за то, что хочешь — за то, что любишь.

Сражайся за нас, Гален.

Гален посмотрел на них обоих.

— Это то, чего вы хотите — чего действительно желаете?

— Да, — ответил Тео.

Мэг потребовалось чуть больше времени.

— Я никогда не предполагала, что будет так, но… я не хочу стереть все только потому, что это было не запланировано. У нас все получится. Знаю, что мы сможем.

Наконец Гален кивнул.

— Тогда я в деле.

Тео привлек Галена, еще раз поцеловав его, а затем и Мэг.

— Нам нужно переодеться и связаться со СМИ. — Он схватил Мэг за руку и потащил за собой к двери, затем дальше по коридору к частным жилым помещениям.

Они согласились.

Он едва ли осмеливался надеяться на такой конец, и теперь он не собирался откладывать все в долгий ящик, нужно довести дело до конца.

На то, чтобы переодеться и подобрать для Мэг одежду, подходящую для пресс-конференции, потребовался час. Проведя столько времени вдали от дома, было странно снова оказаться в этом месте. Он огляделся, повсюду его окружали вещи отца. Влияние матери стало меньше, со временем еще больше истончаясь, но не исчезая вовсе.

Нет больше времени ждать.

Тео направился в пресс-центр. Остановившись у двери, он повернулся посмотреть на Мэг и Галена. Гален был как никогда красив в одном из своих многочисленных черных костюмов, хоть и завязал галстук как ему больше всего нравилось. Мэг выглядела очаровательно в темно-сером платье, скромном, но в то же время манящим сорвать его зубами с ее прекрасного тела.

— Вы потрясающе выглядите.

— Спасибо. — Румянец окрасил щеки Мэг, выглядевшей немного изнуренной навалившимися событиями, она вошла сквозь открытые двери. Тихий гул с другой стороны был единственным признаком надвигающейся бури.

— Передумала?

— Нет. Ничего подобного. Все просто… незнакомое.

— У нас есть ты, принцесса. — Он осторожно поцеловал ее губы, не смазав помаду. — Вперед.

Вспышки фотоаппаратов ослепили его, когда он шагнул за порог и подошел к небольшой трибуне, установленной в передней части комнаты. Даже спустя столько времени Тео знал, как себя вести, улыбаясь и не обращая внимания на пятна, все еще мелькавших перед глазами. Он наклонился и заговорил в микрофон.

— Я скучал по вам.

Вопросы посыпались от собравшихся в комнате журналистов. Позволив им пару мгновений хаоса, он поднял руку.

— Чуть позже на этой неделе выделят время для ваших вопросов. Данная пресс-конференция предназначена исключительно для того, чтобы проинформировать вас об изменениях, касающихся престолонаследия. — Надо было найти Эдварда и Камиллу и рассказать им, прежде чем созывать журналистов. Твою мать, я даже не подумал об этом. Слишком поздно что-то менять. С лица не сходила улыбка. — Появились новые доказательства, позволяющие исправить ошибку, совершенную несколько месяцев назад. На самом деле брак моих родителей был законным, и парламент уже проголосовал за восстановление меня в должности наследного принца Талании. — Поднялся шум. На этот раз он дал им подольше времени, прежде чем снова призвал к тишине. — Моя коронация будет назначена в ближайшее время, вы узнаете об этом первыми, как только детали будут согласованы. А пока есть еще одно важное безотлагательное дело — проще сказать, душевное.

Новость захватила их внимание.

Воцарилась полная тишина, наполненная предвкушением, каждый репортер навострил уши, дабы не пропустить особенно пикантную историю.

Он взглянул на стоявших у двери Мэг и Галена, оба внимательно наблюдали за ним. Когда он встретился с ними взглядами, каждый кивнул. Ничего не изменилось. Спасибо, черт возьми. Он снова развернулся к микрофону.

— Как только я стану королем, назову своих консортов. Мэг Сандерс… и Гален Микос.