Проклятие тролля (ЛП) - Хамм Эмма - Страница 39

ЭПИЛОГ

Поле пшеницы окружало Эльву, сияло золотом на солнце. Наверное, красивее поля она еще не видела. Она отдыхала на голубом покрывале с крохотной версией себя.

— Тут затяни сильнее, — она повернула стебли цветов в руках, смотрела, как ее дочь повторяет ее движение.

— Так?

— Отлично. Еще один узел, и готово.

Ее дочь, светловолосая кроха, очень похожая на Эльву, подняла венок.

— Получилось!

Улыбка Эльвы могла порвать ее щеки.

— Смотри, как красиво.

Красиво не было. Венок получился кривоватым, и ее дочь сорвала часть лепестков с цветов. Аннализа была не очень аккуратна в творчестве, но это не было важно. Это все еще был самый красивый венок из всех, что Эльва видела.

Они обменялись венками, Эльва опустила творение дочери на свою голову.

— Видишь? Красиво ведь?

— Ты всегда милая, мама.

Любовь, которую она ощущала к этой крохе, порой ее пугала.

Другой голос закричал над полем:

— Мама!

Эльва повернулась, ее первый ребенок, сын, бежал к ней по полю. Он был крохой с волосами цвета ночи. Но глаза были ее, голубыми, как небо в ясный полдень.

Он подбежал к ней и бросился в ее объятия. Грязь была на его щеке и белой рубахе.

— Что ты делал? — спросила она, облизнула большой палец и стерла грязь. — Ты весь грязный!

— Папа брал меня в шахты!

— Я думала, мы говорили, что тебе еще опасно там быть.

— Мне десять. Теперь я могу ходить в шахты! Все другие дворфы уже ходят.

Она не смогла сказать, что он пошел в нее больше, чем в отца. Хоть он выглядел как Доннаха, Ян точно будет ее роста. А вот Аннализа будет низкой, как дворф, а то и с бородой, как у всех них.

Отец ее детей подошел к ним с широкой улыбкой. Время состарило Доннаху, как и всех дворфов. Морщины у его глаз были глубже, тонкая нить седины тянулась у виска.

Он был все еще красивым.

Грязь была и на ее муже, покрывала его. Эльва закатила глаза и опустила сына на землю.

— Веди сестру домой.

— Мама, — заскулил Ян.

— Иди.

Он взял сестренку на руки и пошел к хижине, окруженной розовыми розами. Завиток дыма поднимался в воздух, коза щипала траву, привязанная к столбику.

Доннаха опустил ладонь на ее талию и повернул ее к себе. Грязный и улыбающийся, он приподнялся и поцеловал ее в губы.

— Здравствуй, жена.

— Здравствуй, муж.

— Знаешь, как я счастлив с тобой?

Она усмехнулась.

— Ты всего лишь говоришь это мне каждый день.

— И буду говорить каждый день дальше, — он притянул ее ближе, поцеловал еще раз в губы и отодвинулся. — Я люблю тебя Эльва. Больше солнца на небе.

В тот миг и каждый миг после она была безгранично счастлива. После всех страданий и ненависти к миру и себе Эльва нашла свой дом.