Память Древних (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 10

— Пока я был в Кадфаэле и пока добирался обратно, я встретил, по меньшей мере, полдюжины тех, кто настроен примкнуть к оборотной стороне. Мы сильно досадовали на Гартамаса в Талнахе, Данан, но сейчас, я думаю, у него были причины поступить так, как он поступил.

— А как он поступил? — спросила Эдорта одномоментно с тем, как Даангвул негромко стукнул запястьем по столу:

— Кто такой Гартамас?

Данан переглянулась поочередно со всеми, кроме Жала, согласовывая то, что собиралась рассказывать.

— Первый Смотритель, или иначе — глава всего ордена Смотрителей Пустоты. Когда мы прибыли к нему, он отказался помочь и направить на борьбу с архонтом смотрителей Ас-Хаггарда потому, что, по его словам, они нужны ему, чтобы удержать власть в Талнахе.

— Вам мешают сподвижники отца, государь… — заговорил Фирин, когда Данан замолчала и начала растирать шею.

— И не ему одному, — пробормотал Хольфстенн под нос.

— … Гартамасу мешают маги, и это не просто абы какие колдуны, как мы с Данан. Это потомки теократов и магистров, которые отстроили Ас-Хаггард на костях десятков тысяч рабов, и которые совершенно точно за минувшие годы вызнали не один чародейский секрет предшественников.

Даангвул помрачнел:

— О чем это ты?

Фирин повел плечом:

— Ни о чем конкретном. Я неплохо ощущаю магию вокруг себя, но то, что чувствовал там, в Талнахе, не похоже ни на одну известную мне школу колдовства.

Данан вскинулась:

— Мы не говорили об этом ни там, ни сейчас, — затараторила чародейка, невзирая на окружающих. — Это могло быть магией Преобразования? Ты знаешь что-нибудь о ней?

Даангвул снова ждал, не влезая. Он узнает у них все, что сможет, и заставит их сделать то, что ему нужно — или просто отправит на смерть. Он по-прежнему мог рисковать своими гномами, в том числе руамардскими смотрителями Пустоты. Но мог ли кому-нибудь из них по-прежнему доверять? Остались ли они чисты в политике или само обращение к ним может стать крахом его семьи, жизни, наследия?

Он не знал. То, как живо пришлая чародейка спорила со своим командиром (кажется), и то, как рьяно кинулась сейчас обсуждать магию в Талнахе внушало Даангвулу надежду, что, по крайней мере, для нее Темный Архонт все еще имеет первостепенное значение. А, значит, и для остальных тоже. Кроме, может, того, который Дей. Но ведь не зря она с самого начала планировала оставить его здесь? Надо будет сказать Дагору, чтобы следил за пришельцами в два, или даже в двадцать два глаза, если потребуется. В спуске к разрушенным амниритовым разломам их будет сопровождать именно он.

Даангвул сощурился, сосредотачиваясь на разговоре. Похоже, он что-то упустил, потому что тема магии преображения — или чего там? — сменилась следующей. Дей опять надоедал разговорами про Тысячу Битв. Тысяча Битв… Даангвул нахмурился, вспоминая, что слышал о бывалом смотрителе от Йорсона, руамардского лорда-командора. Вроде как, «матерый», «бывалый», «надежный».

Разговоры пресеклись с появлением стражника. Еще до того, как он сказал, что принесли еду, в залу дохнуло запахом свежей горячей пищи. Самый здоровый из пришлых жадно потянулся носом в сторону двери. Что ж, возможно это на время отвлечет их и утихомирит споры. Даангвул сделал безмолвный жест, чтобы накрыли. Когда тарелки и чашки со снедью, кувшины с элем и медом заполонили стол, король велел позвать Дагора.

— Нечасто с этого стола ели эльфы. Но, думаю, сейчас меня никто бы не осудил. Ешьте: как только Дагор явится, мы решим, сколько можем выделить вам в помощь сил и обговорим маршрут. Сегодня отдохните, завтра утром отправитесь.

— Мы уже все решили? — Диармайд натуральным образом обалдел.

— Вы решили это, когда зашли сюда, — сказал Даангвул. — Я ведь сказал, что больше не думаю, что в этом замешан лорд Эдрик. А, значит, это работа вполне для Смотрителей Пустоты.

— Сказали, ваше величество, но умолчали — почему ваши подозрения пали со старого врага? — ответил Хольфстенн.

— Скорее уж старого друга, — не скрываясь, Даангвул поджал в досаде губы. — Один из его сыновей был в числе патрулей, которые, пытаясь разобрать завал, пропали следом.

Жал от этих слов медленно перевел на короля взгляд, не оборачивая головы. Взглянул коротко и снова уставился себе под нос. Все звучало очевидно, во всяком случае для него: неважно, что на самом деле произошло в шахтах, и что там потерял Эдрик — сына, совесть, состояние или девственность — Даангвул хочет, чтобы все произошедшее обязательно свесили на этого лорда. В конце концов, его имя уже замешано в ситуации. Интересно, сам ли Даангвул отослал сына лорда Эдрика в числе патрульных разведывать случившейся обвал? Подсылал ли убийц, чтобы взаправду устранить этого мальчишку и, тем самым, хотя бы на время выиграть безопасность от Эдрика? Пока тот занят поисками виновников или убит горем, Даангвул может действовать намного свободнее…

Ох уж эти смутные времена! Жал застал много таких, и всегда, всегда в подобные моменты рвачи до власти видели шанс получить желаемое, который не представится больше никогда.

Эльф-убийца исподлобья оглядел остальных: Борво, уже не такой мрачный, как вначале, ел. Эдорта что-то шептала ему на ухо, Хольфстенн и Фирин говорили с Даангвулом. Потом синие глаза остановились на чародейке.

Данан выглядела сосредоточенной и очень уставшей. Женщина бездумно ковыряла в тарелке, ничего не отправляя в рот и никак не участвуя в беседе. Возможно, она занята сейчас тем, что приходит к тем же выводам, что и он? А, возможно, ей не очевиден за словами гномьего короля умысел устранить соперника, прикрываясь благородными делами с одной стороны и спихивая грязную работу в руки просителей-пришельцев — с другой. И как на удачу! — гости в его дворце оказались смотрителями Пустоты, хотя бы отчасти. Миф о благородных намерениях короля от обращения за помощью именно к Смотрителям только крепнет. Если они погибнут — то и не жалко, если они смогут чего-то достичь — он использует успех ордена, чтобы поднять армию на борьбу с Пагубой, а борьбу с Пагубой — как укрепление авторитета и власти. Борец со злом, не пренебрегавший даже эльфами, когда над Аэридой нависла действительная угроза, верный слову, чести и давним союзам король Даангвул из древнего рода Транадор! — барды и менестрели обожают такие истории.

Главное, чтобы их самих не перебили, когда дело будет сделано. Если Тирсагар Настигающая позволит им выжить, Даангвул будет не совсем недоумком. Потому что недооценивать заведомо неизвестного союзника, как и неизвестного врага — законченная глупость. Данан и он сам, Жал, вместе могут причинить слишком много вреда. А уж если с ними телемант, благодаря которому Данан смогла уберечься от смертоносной атаки амниритовых рук…

Все как будто идеально сходилось, примерился Жал к собственным домыслам. Недаром Даангвул сразу сказал, что с ними пойдет Дагор. Тот самый Дагор, который привел их сюда, то есть гном, имеющий доступ к залам и покоям короля. Больше того, Даангвул позволил жене — беременной, между прочим! — переговорить с ним о чем-то личном, и при этом даже не счел нужным узнавать, о чем именно. Этот Дагор не просто доверенное лицо или надежный солдат, нет, это одна из главных рук на стороне короля, иначе отсутствие страха за жизнь беременной супруги не объяснить. В больших играх наличие у мужчины-короля наследника — критично. И в этом старина Транадор сильно проигрывал Эдрику, у которого, судя по всему, сыновья были. Не поэтому ли он решил избавиться от одного?

Жал в немом изумлении над прямотой собственной догадки на мгновение вскинул брови. Опомнился, искоса огляделся, не заметил кто?

Эльф снова посмотрел на Данан: видит ли она происходящее так же, как он? Независимо от действительности Жал отринул идею что-либо разъяснять чародейке. Во всяком случае, пока она сама не расскажет ему, что думает.

— Судя по тому, что мне успели донести предыдущие разведчики до того, как пропали сами, провал не пуст. Пустынен, потому что враг прячется, но не пуст. Зачистите его, он не просто еще не исчерпан, он еще богат амниритом! И он нам нужен, — Даангвул глянул в сторону Хольфстенна, — гном поймет. Тут, в подземье, много богатств, но некоторых больше, чем нужно для жизни, а других ресурсов нет совсем. Без торговли амниритом мы не выживем. Я дам вам солдат, но сделайте так, чтобы к ним не подобралась эта смрадная голодная погань!