Память Древних (СИ) - Машевская Анастасия - Страница 41

Хеледд отошла, а мужчины на кухни обычно не суются, прикинули августы. Отличный момент, чтобы влить в вино для стражи сонное зелье. Пора.

Айонас придвинулся к Альфстанне так, будто что-то шепчет на ухо. Задержался на несколько секунд и поднялся из-за стола. Вышел. Ну мало ли, может, как все, облегчиться? Альфстанна осталась на месте, безынтересно пожевывая еду и грустными глазами косясь на место мужа. Надо же, так зависеть от одного кобеля! — злословили женщины с разных сторон. Чтобы отвлечься от них, Стабальт разглядывала королевский помост или просто изучала в деталях облики собравшихся. Так она постоянно натыкалась взглядом на Молдвинна и Девирна и молилась в душе, что достаточно примелькается.

Вскоре послышался шорох за спиной, и Альфстанна, не оборачиваясь, проворчала:

— Айонас, где тебя носит?

Айонас уточнять не стал. И садиться тоже. Было в этом что-то неправильное, Альфстанне пришлось оглянуться. Мальчишка, который бегал да путался под ногами совсем недавно, снова стоял тут и строил глупую рожу, наклонив при этом голову на бок и дополнительно устрашая себя руками.

Альфстанна демонстративно фыркнула: ходят тут всякие! — а в душе поблагодарила мальчонку. Если он здесь, значит, снотворное уже в вине, и Айонас на пути к темницам. Она, как могла подробно заранее рассказала Диенару, где искать Аберта Вектимара. Теперь оставалось полагаться на прыткость августа и его силу. А у неё было другое дело.

Альфстанна вышла из залы. На её счастье в праздники все, кому в обычной жизни приличия запрещали следовать инстинктам, сегодня прятались по углам с ужимками и ласками, гуляли по двору и вообще всячески нарушали привычный уклад дворца. Это же праздник!

Прячась за тьмой и общим гвалтом, Стабальт юркнула в закуток за одной из бастионных горж, примеченный днем ранее. Там её уже ждал Берен, груженный всем необходимым.

— Госпожа, — шепнул он, едва показалась Альфстанна. — Толгримм с ребятами даст нам столько времени, сколько получится.

— Они уже начали? — едва слышно прошелестела августа. Берен мотнул головой: вроде, нет. Приложил палец к губам и осторожно высунулся наружу. В темноте было не различить очертаний происходящего чуть поодаль, где веселились стражники. Берен прислушался, потом снова обратился к девушке. — Вот-вот начнут, я думаю.

Им пришлось подождать около десяти минут, прежде чем со двора стали доноситься выкрики, далекие от веселья. Даже при том, что расстояние и воздух скрадывали слова, по интонациям можно было предположить: в ход пошли оскорбления. Берен скосил взгляд на Альфстанну: леди напряженно вглядывалась в темноту и облизывала пересыхающие губы. Волнуется. Что ж, он мог понять. Берену захотелось потрепать девушку по плечу, сказать что-нибудь в духе: «Не дрейфь, парень, справимся». Только она не была парнем и все еще оставалась будущим клана Стабальт. Говорить о том, как он верит в госпожу, или нести что-нибудь подчеркнуто почтительное Берен тоже не стал: без ободряющего жеста это просто вежливые слова, они ничего не значат.

— Идем, — шепнула Альфстанна, не оборачиваясь к Берену, когда из ближайшей караулки у крепостной башни вышло на разборку несколько человек. Видимо, все-таки были сегодня неудачники, которым довелось сидеть трезвыми в охране.

Сцепившиеся с самого начала Толгримм с ребятами и охрана Диенара старались как могли, дубася друг друга при этом не слишком сильно — чтобы не вырубиться слишком быстро и длить мероприятие подольше. Покуда в драку ввязывалось все больше народу (на шум сбегались все окрестные стражи, которым тут же прилетало кулаком то под ребро, то в челюсть), Альфстанна и Берен пробирались вдоль стены, стараясь подобраться к воротам цитадели. Если во время штурма Галлора все пойдет хорошо, то рано или поздно войска Айонаса и Вектимара подойдут ко дворцу. И в этом случае, надо облегчить им вход.

Добравшись до крепостных ворот, они остановились у опустевшей пристройки у правой оборонительной башни. Этакий пункт отдыха и снабжения для несущих караул на входе во дворец. Переглянувшись, Альфстанна и Берен разделились: августа, взяв часть содержимого мешка Берена, юркнула внутрь и быстро огляделась: стол, скамьи, отсыревший очаг — все как обычно в караулке. Мужчина тем временем остался действовать снаружи.

До Стабальт и её подданного доносились голоса дерущихся, и им оставалось надеется, что Толгримм сумеет заварить настоящую кучу-малу и дать им еще немного времени. Но даже он не сможет заставить всех мужиков в округе драться без причины до утра.

С тихим скрипом отворилась дверь, и внутрь прошмыгнул Берен. Отлично! Он закончил, она почти тоже. Теперь главное — выбраться отсюда и найти Айонаса.

— Что здесь происходит?! — перекрывая все, раздался голос Брайса Молдвинна. Стратий был сильно зол, что ему помешали пьянствовать с другом. Альфстанна вздрогнула: Не успели?! Если Брайс здесь, значит, Хеледд вернулась в пиршественный зал… Не дай Вечный найдет их! Альфстанна бросила на Берена перепуганный взгляд: что делать?!

— М’лорд! — с трудом ворочая языком, принялся объяснять кто-то.

— О! — донесся ядовитый голос Брайса. — И кто это? — спросил риторически. — Щенки Стабальт? И… о! И псы Айонаса тоже тут? Ха! — усмехнулся стратий. Альфстанна слышала, с каким наслаждением Молдвинн предвкусил расправу над их людьми! — Интересно послушать, что вы тут устроили. И где ваши хозяева, а?

Брайсу не отвечали, и он продолжал ором требовать Стабальт и Диенара.

Если сейчас не выйдет хотя бы она, Толгримма и всех остальных уволокут в темницы, будут драть плетьми за намеренный дебош. Когда показательная порка закончится, никто не выпустит их на волю. Тогда быстрее нужного станет ясно, что Аберт Вектимар бежал. Подозрения падут только и только на Альфстанну с Айонасом, а, значит, всей их охране достанется в пыточных по первое число. Пока они не сдадут реальные планы августов (насколько знают) или не подтвердят каждое слово в выдуманных, которые будут угодны Молдвиннам. Двух зайцев — одной стрелой. А за Стабальтами и Диенарами настанет черед Ллейда. Он и так вот-вот попадет под опалу отца.

— Я СПРАШИВАЮ ГДЕ АЛЬФСТАННА И ДИЕНАР?! — проревел Брайс. Надо же было купиться на увещевания этого белобрысого извращенца о мирных планах! — клял себя Молдвинн в душе.

Альфстанна металась взглядом по комнате, не зная, что делать. Она должна выйти, должна взять удар на себя, это отвлечет внимание и позволит Айонасу закончить наверняка. Очень важно спасти Вектимара, очень! Она должна выйти… Но ноги не слушались.

Берен видел, как напряглись девичьи плечи, сжались кулаки вытянутых вдоль тела рук, как она с горем пополам на каменных ногах шагнула к двери. С нервным выдохом Берен настиг Альфстанну, дернул за руку на себя. Августа изумленно ойкнула. Вскинула на Берена глаза, будто умоляя: что же ты, не понимаешь? Я должна выйти!

Берен рывком протащил госпожу до стола. Ногой толкнул скамью — посильнее, чтобы отлетела с грохотом. До Альфстанны дошло одновременно с тем, как чужой, не Брайсовский голос снаружи, крикнул:

— Я что-то слышал!

Августа потянула Берена за грудки, но он уже сам подхватил Стабальт под бедра, вздернул на стол и не сильно ухватился за корсаж — чтобы ослабить и потрепать, но не порвать.

— Сюда, скорее!

Альфстанна не сопротивлялась наигранной страсти подчиненного. Даже когда одной рукой — той, что была ближе к двери — Берен задрал платье выше колена. Уступая его поцелую, Стабальт немного дрожала. Мужчина чувствовал, сердце Стабальт бьется где-то в горле, и мог поклясться: если бы не его губы, она бы сейчас от переживаний до крови кусала свои.

Дверь с оглушительным хлопком — и жалобным треском — едва не слетела с петель. Сразу несколько мужчин ввалились через порог и… замерли.

— Что здесь происходит?! — расталкивая сгрудившихся, вошел Брайс.

Берен отпрянул от госпожи, Альфстанна поспешно одернула юбку и утерла рот. К счастью, сегодня праздник и от всех несло алкоголем.