Родина зовёт (СИ) - Корчменная Анна - Страница 96

— Ну, что? Пора наконец разукрасить эту эльфийскую рожу, которой все так восхищаются.

Гном многозначительно столкнул свои кулаки.

У Давида в голове мелькнула бессмертное, а главное справедливое высказывание «Главное вовремя смыться» и он не замедлил им воспользоваться.

— Давайте ему врежем!

— Сначала догоните!

Молниеносно вскочив на расположенный слева от него каменный забор, темный эльф ловко и быстро перебирая ногами пробежался по самому его верху и спрыгнув за спинами обалдевших гномов, со всех ног, бросился к своим друзьям, сопровождаемый проклятиями нерасторопных противников. Но все же необходимо отметить, что даже убегал Давид, очень героически и отважно, как и подобает одному из лучших воинов страны.

Оторвавшись от погони за считанные секунды, темный эльф прибыл на площади уже в полном одиночестве. К этому времени, праздник был завершен. По всей площади был кое-где разбросан мусор, оставленный не сознательными жителями, а в двух или трех местах расположились эти самые не сознательные жители, которые при всем желании самостоятельно добраться до дома не могли.

Это была довольно обыденная картина, после шумного городского веселья, а вот, то, что наряду с особо ответственными гномами, со столов помогал убирать мускулистый как гора, скрытный Ричард, было для Давида чем-то новым. Особенно в свете, того, что Даниэль, не утруждая себя (что было абсолютно предсказуемо), растянулся на пустующей длинной лавке, а Кристиана вообще нигде не было видно.

Темный эльф подошел к магу. Тот почувствовав колыхание воздуха над собой нехотя открыл глаза и испустив тяжелый вздох грузчика, перетаскавшего больше десяти тонн за день, принял вертикальное положение.

— Вернулся. — это был не вопрос, а констатация не слишком радостного факта, поэтому Давид просто промолчал. — надеюсь, хоть ты обошелся без приключений?

— Практически

— То есть не совсем? — маг испустил еще более горестные вздох, чем накануне, заставив темного эльфа задуматься над тем, насколько велик диапазон обреченных стенаний его командира — Что уже произошло?

— Это не важно. Все живы. — коротко ответил Давид — Ты лучше расскажи, что произошло с Ричардом? Неужели в нем проснулась острая потребность в труде?

— Ага, как же — хмыкнул Даниэль — просто у наших ребят слишком много энергии и мне пришлось направить ее в мирное русло. Видел бы, ты как они кидались друг на друга, как бойцовские псы, я с трудом оторвал их друг от друга, с помощью магии.

— Хорошо, поле деятельности Ричарда мне понятно, а где же второй гладиатор?

— Кристиан с его шилом в одном месте управился бы здесь, за пару минут, а потом снова начал бы маяться от безделья, со всеми вытекающими последствиями — объяснил маг — поэтому ему я доверил более трудоемкую работу.

— Ну, не томи — нетерпеливо попросил темный эльф.

— Отправил мыть посуду.

Хоть Давид и ожидал чего-то подобного, более того, даже на это надеялся, но все равно не сдержал громкий смешок.

— Рамирес — посудомойка?! — потрясенно переспросил он — Браво. Даниэль! — зааплодировал Давид — прими мое восхищение и позволь пожать твою мужественную руку.

Даниэль усмехнувшись, протянул другу свою белоснежную, с тонким запястьем и длинными пальцами ладонь — ладонь настоящего мужика.

— Что поделать? Талант руководителя проявляется во мне слишком ярко, — преувеличенно скромно потупил он взгляд.

— После того, что ты сделал, я даже с тобой соглашусь — произнес Давид и Даниэль округлив глаза, приложил ладонь к уху:

— Ты со мной согласишься? Ничего себе, я думал не доживу.

— Не привыкай, — усмехнулся Давид. — Вряд ли это, когда-нибудь повториться.

Даниэль нисколько в этом не сомневался.

Глава 38 — Кристиан распсиховался

Избранные пробыли в Трогме совсем недолго, всего один день, но впечатлений полученных там, хватило бы на неделю, а то и больше.

Давид покидая город гномов, ехал впереди всех. Ему больше всех не терпелось поскорее покинуть это место. Ещё бы, в Трогме, на каждом шагу на него были направлены ненавидящие взгляды гномов, которые проклинали его, уже за то, что он родился. Видимо достав даже вечно отстраненного эльфа. При этом никто из них не задумывался, о том, что ему предстоит рисковать своей жизнью, ради мира и спокойствия всей страны.

Сразу за ним, ехал Кристиан. Не сказавший за все утро и пары слов, зато зевающий на каждом ходу. В отличии от остальных он совсем не спал, а помогал гномам убирать после праздника, чем заслужил ещё большее восхищение жителей и особенно жительниц Трогма.

Впрочем, Даниэль подозревал, что настоящей причиной молчаливости друга были не усталость и сонливость, а вина за вчерашнее поведения перед Анной.

Кристиан то и дело смотрел на нее огромными грустными глазами, но тут же отводил взгляд, едва Анна замечала его внимание.

Явно удивленная таким поведением Анна не подходила к нему и между ними возрастала неловкость и даже напряженность.

Зато Ричард разве, что не пел, хотя возможно ему очень хотелось. Вместо этого он без устали рассказывал Анне всякие веселые (по его мнению) истории. Ричард был явно в ударе, не замолкая не на секунду.

Даниэль и Давид то и дело переглядывались, удивляясь неожиданной разговорчивости, обычно молчаливого новичка, но еще больше его потрясала тема его повествований: то он еле сдерживая смех говорил про женщину, которая спасаясь от преследовавших ее драунгов, попала под вращающиеся жернова мельницы и когда они перемололи ей обе ноги и принялись за поясницу, она уже умоляла монстров её прикончить. То рассказывал как из-за голода, который наслал Ашандар на Запад Ландории, мать отрезала от себя куски мяса, чтобы прокормить своего единственного сына, а он упал с табуретки и сломал себе шею. С каждой новой такой историей, Даниэля всё больше тянуло заткнуть себе уши и даже боялся, что еще пару таких кровавых подробностей и его вырвет прямо на землю.

Анна, к счастью для неё, совершенно не слушала о чем ей говорит Ричард, полностью поглощенная игрой в догонялки со взглядами Криса.

Реагировала она на рассказы Ричарда только в тех случаях, когда он как заправский актер что-то драматично восклицал или разражался по детски искренним смехом, от какой-то особо жуткой детали и исключительно фразой: «Не может быть! Ах, как интересно!». Что абсолютно устраивало Ричарда, который расценивал это как восхищение его ораторским искусством.

Сам же Даниэль, который замыкал шествие х, в перерыве между подавлением рвотных позывов вызванных веселыми историями Ричарда, анализировал какую выгоду ему и всему отряду принесло пребывание в Трогме. Взвесив все «за» и «против», мозги Даниэля одновременно подытожили — никакую. Навязчивое гостеприимство гномов, только задержало исполнение миссии Избранных на один день.

Проехав почти через весь город гномов, который состоял всего из одной, но зато непомерно длинной улицы, герои столкнулись с одним, неприятным фактом — выбраться из Трогма, можно было только по крутой, каменистой дороги, которая отважно штурмовала гору Сына или Дочки.

Наряду с эльфами, гномы так же, терпеть не могли и лошадей, поэтому единственный путь из своего города, они словно специально сделали совершенно не пригодным для верховой езды, сделав подъем почти полностью отвесным. Впрочем, идти пешком было ненамного легче, особенно ведя за собой своих животных. Из-под ног, то и дело предательски выскальзывали камни и весело тарахтя, устремлялись вниз, словно предлагая составить им компанию.

Кристиан, который несмотря на все пережитые злоключения все равно оставался самым выносливым, теперь шел впереди всех. Но вскоре он, о чем-то подумав остановился и заботливо подождав Анну, предложил ей, чтобы она отдала поводья Чудо ему, освободившись от лишней тяжести.

Любая другая попытка примирения, без сомнения получила бы благодарный отклик, но вот предложение ей какой-либо помощи всегда были для Анны — табу. Вот и сейчас Кристиан получил жесткий отказ.