Тридцать ударов плетью (СИ) - Старлайт Риша - Страница 16

Лепила вскрывает упаковку одноразовых перчаток. У нас же санитария, мать ее! А я - этот, хирург, бл*. В универе осенью перед Новым годом появлялся в последний раз. Халявный Хеннеси всем преподам привозил по сто баксов за бутылку. Закрыли сессию, никуда не делись. Еще и скалились: ах, Джамаль, давай учись, у тебя руки золотые, чувствуешь ты сосуды, лучшим сосудистым хирургом станешь… ага. Столько подарков возить, у каждого так золотые окажутся. И не только руки. Жопы тоже. Из чистого золота, бриллиантами инкрустированные!

Ладно, иглу поставить, дело не хитрое. Вопросительно смотрю на Вадима.

- Прилягте, - говорит он девке.

Та обводит всю батину охранку и его самого презрительным взглядом. Я же даже этого не удостаиваюсь. А батя и впрямь решил посмотреть как я буду вену ей раскурочивать. Но мне лажать нельзя, иначе хитрый лис сам мне кой-чего раскурочит, а потом узлом завяжет.

Беру ее за руку. Девка кривится и отворачивается. Стискивает ладонь в кулачок. Ногти без лака, посинели. Замерзла. И сами пальцы ледяные.

- Накрой ее, лепила.

Врач быстро исполняет мой приказ, суетливо подтыкая стройное тело одеялом. Девка никак не реагирует. Мол без разницы ей. Неблагодарная. Продолжаю изучать тонкую кисть. Да, и правда следы моих лап в самой красе. Перестарался. Может действительно меня перепугалась, аж за оружие взялась?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Нащупываю вены. Глажу ее по сгибу локтя. Гладкая кожа покрывается пупырышками, и светлые волоски, пушок считай, вздыбливаются. Черт, это так… возбуждает меня! А еще я чую ее запах. Ее кожа пахнет обалденно!

И перед взглядом возникает картинка. Как сука Варшавский е*ет ее в своем джипе. Вбивается, вжимается, вколачивает меж ее ножек, только задница его скачет, как молоток отбойный. А девка и рада его принимать в себя! Потому что лицо у нее при этом совершенно блаженное. Аж сам вспотел от картинки этой, покрылся испариной. И член в джинсах подпрыгнул, наливаясь, раздуваясь в размерах.

Не было бы сейчас кодлы всей этой с папашей во главе, сам бы бедра ее раздвинул, да как бы насадил на себя, до упора, и на личико бы ее любовался. Ведь наверняка бы губу свою нижнюю, пухлую до крови бы закусила! А я вбивался бы и вбивался, не давая опомниться! Воздуха вдохнуть не давая! И шею бы ее лебединую прижал бы. Воздух чтобы контролировать. Некоторым это очень нравится. Мне, например.

А лепила тем временем иглу мне сует в руку. Я прицеливаюсь. У меня одна попытка. Перед отцом и его псами лажать нельзя. Втыкаю. Попал! Красавчик! С первого раза попал! Острый взгляд на докторишку. Тот бледный, едва ли не бледнее крали, что в мыслях я уже отмел во всех позах всевозможных.

Лепилу потряхивает, но он быстро устанавливает все, как надо. Я же глаз оторвать не могу от лица девки. Она морщится. Неужели ей больно? Вроде я с первого раза попал. Надо поинтересоваться. Я ж доктор, бл*!

- Как ты? – слегка шлепаю ее по щеке.

- Пошел ты! – привычный ответ. Вообще меня не боится. Ни грамма. Я восхищен. И весь в предвкушении. Тем будет слаще моя победа и сильнее ее падение.

- Пошли! – кивком головы наверх, отец отзывает всех из подвала.

Внизу остается лишь докторишка и Бычара. Надо же ее состояние контролировать. Вот это уже без меня. У меня одно очень важное дело появилось. Между ног. И его срочно унять нужно.

Глава 19

АЛИНА

Всю ночь я почти не сплю. В ожидании рассвета. В ожидании Его. Отца моего ребенка. Смогла вчера. Выбила еще целые сутки свободы! Только бы Лев не подвел! Только бы пришел, забрал меня отсюда хоть на один день! Вытащил из этой клетки!

А вдруг не придет? Забудет? Будет занят? Не захочет больше меня видеть? В обычных отношениях всегда есть сомнения, а тут такие… через клетку. Через решетку. Через ужас…

Нет, не надо о плохом. Мой ребенок все чувствует. Поэтому, надо верить и думать только о хорошем!

- Вставай, одевайся! – Бычара бьет носком ботинка по клетке – Хахаль твой приехал!

Поднимаюсь с кровати. В сердце будто роза расцвела. Или нет, вот она стояла завядшая, засохшая, изнывающая, без любви и света, а тут вдруг на нее пролился дождь надежды. Вот что я испытываю в данную минуту.

Голова неистово кружится. Вчера у меня забрали около четверти литра крови. Правда позже, в мою обитель вновь пожаловал шакаленок. Он был подозрительно дружелюбен и заботлив. Даже предложил подняться наверх, и развеяться в клубе, под его ответственность, конечно же. Но был послан. Далеко и надолго. Знаю я, чего он от меня хотел. Не мытьем, так катаньем подбирается. Все по заветам старого лиса двигается. Девушку не силой хочет, а уговорами получить. Хрен ему. Огромный, перетянутый венами-жилами, хрен.

Злой, как черт Джамаль удалился восвояси, потом правда молчаливая испуганная официантка принесла мне полное блюдо свежего шашлыка на мангале, с зеленью и лавашем, как полагается. И чай с дорогим бельгийским шоколадом на десерт.

- Ешьте, Алина, - произнес наблюдавший за всем этим Вадим, - вам нужно много мяса и шоколада, чтобы побыстрее восстановить баланс в организме.

Я была очень слаба, чтобы сопротивляться. Поела немного, и легла в кровать, изображать из себя спящую, чтобы никто не трогал больше.

И так толком не спала. Ждала все. И дождалась! Умываюсь с сильным головокружением. Меня тошнит. Привет, токсикоз? Нет, он у меня был на первых порах, но потом Азамат вышвырнул меня сюда, в рабство. А потом операция. Там бы и без беременности тошнило по любому поводу!

Быстро плещу на лицо холодной водой, чищу зубы. Расчесываю длинные волосы. Собираю их в пучок. Тут у меня нет косметики или парфюмерии. Зубная щётка, паста, мыло, расческа и простенькая заколка для волос. Вот и вся моя косметика… Я уже и забыла, как это, красить ресницы тушью или брызгаться парфюмом перед свиданием. Но я выберусь отсюда! Выберусь, и все у меня будет. У нас с ребенком!

Надеваю вчерашние джинсы и свитер. Слышу Его шаги. Бычара не издевается в этот раз. Открывает мою клетку, и я выпархиваю на встречу к своему спасителю.

- Соскучился! – Лев сгребает меня в охапку, подхватывает, кружит вокруг себя.

- И я… - срывающимся голосом отвечаю.

Снова плачу. При нем невозможно сдержаться. Невозможно не плакать.

- Валите отсюда! – рычит Бычара, - Мне только не хватало на ваши слюни смотреть!

- Умолкни. – негромко затыкает его Лев. – Пойдем, Алина!

Я иду, опираясь на его сильную руку.

- Завтра привезешь ее в это же время! – выкрикивает нам вслед Бычара.

Лев игнорирует его. Наверняка Ашотджан обозначил свои условия на счет меня, а потому подтявкивание Бычары нам совершенно ни к чему.

- Слабость, малыш? – оборачивается он ко мне.

- Да, есть немного. Они кровь у меня вчера взяли. Для Лал…

- Много? – обрывает меня Лев на полуслове.

- Достаточно…

- Сволочи! – стискивает мою ладонь Лев. А потом на руки подхватывает. Легко и непринужденно.

- Джамаль взял. Он студент-медик, ты знал? – обнимаю его за широченную шею.

- Я ему лично кровь пущу, медику хренову! – грозно рычит мой защитник.

- Зато мне сутки дали, Лёв!

Это «Лёв», не Лев, а именно «Лёва», выходит таким нежным, таким правильным, будто само собой разумеющееся. Видимо, ему тоже понравилось. Его взгляд острый. Зрачки огромные, горячие, черные. Смотрит, точно в душу заглядывает.

- Я вытащу тебя отсюда, Алин. Тебе не придется расплачиваться кровью за свободу!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 20

- Позавтракаем сначала! – Льву достаточно беглого взгляда на меня, чтобы понять все без слов, и как собиралась впопыхах, и как ночь не спала до этого…

Я киваю, улыбаюсь, предвкушая еще один чудесный день в компании с чудесным мужчиной, отцом своего ребенка.