Пленница (ЛП) - Стоун Тана - Страница 12

Оглянувшись вокруг, пока они снимали с нее одежду, она увидела, что Куш демонстративно повернул голову в капюшоне в другую сторону. Она догадалась, что парень очень серьезно относится ко всей этой истории с честью.

— Прекрасно, — сказала она, отмахиваясь от назойливых рук. — Дайте мне самой раздеться.

Женщины пожали плечами, но не отвели глаз, когда она сняла одежду и скрестила руки на груди.

— Почему ты их прячешь?

— Многие мужчины хотели бы прикоснуться к чему-то такому мягкому.

Прикасаясь к Кушу, она знала, что их золотистая кожа твердая, хотя на ощупь казалась бархатной. Взглянув на их широкую грудь, она поняла, что грудь у них, скорее всего, такая же твердая, как и у Куша. Совсем не похоже на человеческую грудь и на второй размер, которым она всегда гордилась.

Макс поспешила к углубленному бассейну, не проверяя, по-прежнему ли Куш отводит взгляд. Если он наблюдал за ней, она не хотела знать. Она и так уже покраснела от того, что оказалась обнаженной перед двумя совершенно незнакомыми людьми — инопланетными незнакомками, которые, казалось, были очарованы ее грудью. Если бы она узнала, что дотвек смотрит на нее, могла бы упасть в обморок.

От горячей воды она вздрогнула, ступила на первую ступеньку, но не остановилась, чтобы привыкнуть. Втянув в себя воздух, Макс вошла в бассейн, пока вода полностью не скрыла ее грудь.

Ее пальцы рук и ног покалывало, пока они привыкали к теплу, но вскоре ее тело расслабилось, и она убрала руки с груди. Приятно было смыть с себя песок и грязь после нескольких достаточно тяжелых дней, даже если ей казалось непривычным делать это перед зрителями.

Макс закрыла глаза и согнула колени, погружаясь глубже, вода поднялась до плеч, пока она пыталась представить, что находится где угодно, только не в плену в инопланетном городе, где инопланетяне наблюдают, как она принимает ванну. Макс открыла глаза, когда вода плеснула ей на шею.

Крестикские женщины сбросили свою одежду на пол и вошли в воду вслед за ней. Совершенно голые.

— Какого черта? — Макс попятилась, но на другой стороне бассейна лестницы не было.

— Разве твои соплеменники не купаются вместе? — спросила одна из крестиксов, поднимая с края стеклянную банку и наливая себе на ладонь жидкость.

— Определённо «нет», — пробормотала Макс, прикидывая свои шансы проскочить мимо них обоих и выбраться из воды, прежде чем ее схватят.

Она посмотрела на Куша. Его взгляд по-прежнему устремлен в сторону от них, но у нее появилось какое-то чувство, которое не было ее собственным. Веселье? Глянув на женщин, которые выглядели занятыми различными солями и маслами, которые они добавляли в воду, она усомнилась, что это исходило от них. Макс прищурилась, глядя на Куша, хотя и знала, что он не смотрит на нее. Неужели этому здоровенному ублюдку действительно весело?

Он на секунду откинул капюшон, и она встретилась с ним взглядом,

когда он посмотрел на нее из-под темной ткани. Он снова отвернулся, и она не успела что-то заметить в его глазах, но ее пульс участился в ответ. Когда одна из женщин капнула ароматическим маслом на ее обнаженное плечо, Макс ощутила слабый импульс возбуждения, идущий с другого конца комнаты. 

 Глава 11

Куш неловко пошевелился из-за набухшего члена, который упирался в штаны. Если не считать того мимолетного взгляда, когда она мысленно назвала его ублюдком, он не видел, как служанки крестиксов обливали ее водой и цветочными маслами. Но это не имело значения. Зная, что маленькая женщина стоит полностью обнажённая всего в нескольких шагах от него, вызвало у него дрожь от желания.

К счастью, он держал голову опущенной, и никто не заметил, как покраснело его лицо. Длинный, громоздкий плащ также скрывал его пульсирующую эрекцию, хотя он не мог скрыть, что ему нужно двигаться каждый раз, когда женщины плескались и хихикали. Он зажмурился, чтобы не подглядывать, благодарный за то, что они вышли из воды, но тем не менее отвернулся.

Убедившись, что она оделась, Куш повернулся лицом к ней.

Сыновья Богинь. Он чуть не ахнул вслух, у него открылся рот, когда увидел ее перевоплощение.

Вместо слегка чумазой женщины с растрепанными волосами и черной челкой, свисающей на глаза, Макс стояла между двумя крестиксами в прозрачном платье цвета слоновой кости, которое шлейфом спускалось на спину и мягко обтягивало изгиб ее груди. Они обвязали вокруг ее талии тонкую золотую тесемку, концы которой свисали с одной стороны.

Грязные пятна смылись, сменившись бледно-розовой кожей — без сомнения, результат горячей воды и мытья. Ее блестящие темные волосы зачесали на одну сторону, а черные ресницы делали еще ярче голубоватый оттенок глаз.

Служанки крестиксов одобрительно закудахтали, оглядывая ее с ног до головы, и Куш снова опустил взгляд в пол.

— Так гораздо лучше.

— Теперь она готова.

Одна из женщин щелкнула пальцами.

— Агаси, ты будешь сопровождать нас.

Куш надеялся, что агаси были известны не только своим молчанием и отсутствием яиц. Он кивнул и пошел вперед, шагая за женщинами и стараясь не поднимать головы.

Женщины постучали в дверь, и та открылась. Пухлый крестикс в пурпурном плаще стоял в круглом коридоре, постукивая ногой по твердому полу.

— Почему так долго? Канцлер уже ждет.

— У нас ушло больше времени, чем ожидали, — резко сказала одна из женщин. — Мы не могли привести ее в таком виде. Никто не захотел бы ее такой.

Куш ощутил вспышку гнева Макс и надеялся, что она придержит язык. Она так и сделала, хотя он видел, что еле сдерживается.

Пока крестиксы огрызались друг на друга, он воспользовался возможностью посмотреть из-под капюшона. В прошлый раз Куш был на адреналине и не смог как следует разглядеть местность, но теперь оценит здание, в котором их держали.

Как он и помнил, комната была цилиндрической, свет исходил от расположенных на стенах светящихся бра, спиралью поднимавшихся по лестнице с первого этажа. Над головой возвышался прозрачный купол, который давал много естественного света в течение дня. Однако сейчас была ночь, и сквозь нее виднелась лишь чернильная тьма. Куш не видел окон, но и не заметил никакой охраны, кроме тех, что стояли снаружи их комнаты. Не самое легкое место, откуда можно сбежать, но могло быть и хуже.

Крестикс в пурпурном повел их вниз, и служанки исчезли за дверью этажом ниже, махая и посылая воздушные поцелуи Макс, которая неловко помахала в ответ. Куш почувствовал ее облегчение, когда женщины ушли, хотя также уловил нервозность, которая трепетала в ее животе. Ему хотелось прикоснуться к ней и успокоить, но он не мог рисковать.

— Пошли, — сказал крестикс, махнув им обоим рукой вперед. — Мы и так уже опаздываем.

Спустившись на следующий уровень, крестикс резко постучал в дверь, едва дождавшись, когда та откроется, и придержал ее, когда они вошли.

— Она со мной, — крикнул он, и голос его эхом разнесся по просторной комнате.

Хотя комната, которую отвели Макс, была роскошной, но не шла ни в какое сравнение с той, куда они вошли. Трудно держать глаза опущенными, когда взор так и манит к большим окнам от пола до потолка, которые изгибались вдоль всего пространства дальней стены. Куш знал ночное небо своего мира, как свои пять пальцев, но никогда не видел его с такой выгодной позиции: скалистые скалы, поднимающиеся вверх и сияющие в свете трех лун, далекий силуэт песчаных дюн, вздымающихся на горизонте. Его охватила печаль при мысли о его деревне в песках и племени, которые, как он знал, придут за ними.

Несмотря на потрясающий вид, интерьер комнаты был прост. С потолка свисали полупрозрачные портьеры, в некоторых местах отодвинутые, чтобы создать небольшие пространства внутри комнаты, которые, казалось, изгибались и занимали весь пол. Сверкающий белый стол, длинный и узкий, стоял в стороне с единственным стулом за ним, а в центре комнаты, в углублении квадратной секции, располагался открытый огонь с искусственным голубым пламенем, ступеньки, ведущие к нему, были завалены подушками.