Барышня-певица, или наследство польской бабушки (СИ) - Князева Мари - Страница 21

"Почему?"

"Это всё из-за меня..."

"Не только. И из-за меня тоже. Я давно хотел начать самостоятельную жизнь - это она и есть, моя принцесса! Я понимаю, что тебе такая будет не по вкусу, и я сделаю всё, чтобы изменить её к лучшему. Я добуду тебе всё, что нужно!"

О Господи, кажется, сердце сейчас разорвётся! Не понимаю, как я могла так влюбиться в незнакомого, по сути, молодого человека, но сейчас чувствую, что люблю его всё больше. Ещё больше с каждой минутой. И всё настоятельнее необходимость признаться ему, и всё страшнее это сделать...

"Это всё неважно, мой Гаяр. Мелочи жизни... Я только об одном беспокоюсь..."

"О чём, моя Лазиза?"

"Что ты во мне разочаруешься..."

Он долго не отвечал, а потом прислал длинное аудиосообщение, где в самых горячих и убедительных фразах доказывал, что это абсолютно невозможно. Что он лучше умрёт, чем откажется от меня. Что я - смысл его жизни. Я разрыдалась в полную силу - даже моя сестра Раиля, спавшая за стеной, услышала и прибежала утешать:

- Что с тобой, Лайла? Ты чего ревёшь?

- Потому что я дура, - ответила я безапелляционно.

Раиля на это хмыкнула, пожав плечами:

- Все женщины - дуры, кроме твоей мамы. Так она сама говорит.

Я тут же начала смеяться сквозь слёзы: о да, это так на неё похоже!

Во вторник занятие с господином Газиром прошло на положительной ноте. Я старалась изо всех сил, с утра зубрила материалы, а после успешных ответов на все вопросы предложила учителю снова послушать моё пение. Он промямлил в ответ что-то невнятное, навроде: "возможно, я не совсем уверен, что это будет уместно, однако..." - в общем, приняла решение сама и затянула "Unbreak my heart" Toni Braxton.

Господин Газир меня не подвёл. Не то чтобы разлился мёдом перед мамой, но похвалил уже более определённо:

- Девочка взялась за ум, госпожа Насгулл. Я вижу явные положительные сдвиги в обучении. Не переживайте, скоро всё совсем наладится!

За эту оценку мама разрешила мне увидеться с Марьям. На моей территории, разумеется. А подруга сразу приступила с допросом:

- Ну что там у вас?

- Всё сложно, - вздохнула я. - Очень сложно и запутанно.

- Милая моя! Ты не знаешь, что такое сложно! Это когда ты влюблена без взаимности долгие годы, и без всякой надежды!

В её словах звучала такая боль, что я пришла в замешательство:

- Ты это сейчас о чём?

- Да так, не бери в голову, - отмахнулась она. - Ну, что там у вас сложно?

- Гаяр в меня влюблён.

- А ты?

- И я... возможно, тоже.

- Возможно или точно?

- Наверное... точно.

Марьям хохотнула, а потом покачала головой:

- Ну ты даёшь, подруга.

- Да. В общем, мы влюблены друг в друга.

- И помолвлены.

- Уже нет. Гаяр разорвал помолвку. Точнее, её и не было... И уже не будет.

- Будет! Если ты скажешь ему правду.

- Нет. Во-первых, мама сказала, что назад его не примет. А во-вторых, ну сама подумай, я же ему не понравилась, когда он увидел меня без никаба!

Марьям хлопнула себя ладошкой по лбу:

- Да как ты могла ему понравиться, если больше напоминала актрису из театра кабуки, чем саму себя? И слова ему не сказала... К тому же, держу пари, он и не смотрел на тебя толком, потому что влюблён в "другую", - она показала пальчиками воздушные кавычки. - И ещё... знаешь, мне кажется, внешность в вопросах влюблённости не так уж важна, иначе все симпатичные люди были бы счастливы в любви.

- А разве так не происходит? Посмотри на моего брата Дахи и его жену. На Еву, в конце концов...

- А я? Лайла, скажи честно, я симпатичная?

- О, Господи, Марьям, ну конечно! Ты очень красивая! Намного красивее меня! А ты... несчастна? Скажи, кто посмел тебя отвергнуть?!

- Нет... нет, всё нормально, никто меня не отвергал...

- Ты говоришь загадками.

- Да что мы всё обо мне да обо мне? Ты что планируешь делать?

- Ну... наверное, надо всё рассказать Гаяру...

- Однозначно - надо. Или ты планируешь идти с ним под венец в никабе, так и не показав лицо? И только после первой брачной ночи, когда он уже не сможет отказаться... - Марьям так развеселилась от своей фантазии, что даже не смогла договорить.

А мне было не до смеха.

- Марьям, я боюсь до дрожи! Не представляю его реакцию... Точнее, представляю - и пугаюсь ещё больше.

- Ну как, по твоему, может отреагировать влюблённый молодой человек?

- Рассердиться, обидеться или ещё хуже - разочароваться. Что я не такая, как он навоображал...

- Так и зачем он тогда нужен?

- Легко тебе говорить, а я, может, умру с горя...

Марьям всплеснула руками и закатила глаза. Она не такая трусливая и нерешительная, как я. Марьям - смелая, уверенная. Она делает то, что хочет, никого не спросив. Вот бы мне малую толику её храбрости! Скольких бед мы с Гаяром могли бы избежать...

- Ладно, не дрейфь, подруга, - говорит она. - Выпутаетесь как-нибудь, если действительно любите друг друга. А судя по тому, сколько дров вы уже наломали, это так и есть.

Гаяр пишет мне по вечерам - днём работает, так он сказал.

"Хочу подарить тебе завтра кое-что, моя Лазиза. Пообещай, что примешь"

"Как я могу пообещать, если не видела подарок?"

"Просто доверься мне. Пообещай"

"Хорошо, обещаю. А что это будет?"

"Сюрприз. Увидел его сегодня в городе и не смог не купить"

"Как ты поживаешь в своей крошечной квартире?"

"Хорошо живу. Тут есть всё необходимое. Только надо научиться готовить - покупать готовую еду дорого. Вот, сегодня уже тренировался жарить яичницу..."

"И как?"

"Не очень-то. Низ прилип к сковороде, а верх остался сырым. В итоге получилась яичная каша. Но на питательность это, к счастью, не влияет. А, ещё посолить забыл. Вообще, не умею это делать: то пересаливаю, то недосаливаю. А ты умеешь готовить?"