Замки из песка (СИ) - Князева Анастасия - Страница 86

Уже собиралась выходить из квартиры, когда заметила небольшой ярко-желтый стикер, приклеенный к зеркалу. Амелия уехала очень рано, ей нужно помочь отцу и его избраннице с подготовками к свадьбе… Они, все же, решили узаконить свои отношения, несмотря на недовольство многих армянских родственников. Родня Арамаиса Георгиевича не хотела принимать в семью новую русскую невесту, но он легко заткнул всех. Единственным человеком, кто встал на его сторону, оказалась Амелия. Подруга приняла выбор отца, тем более, Светлана оказалась полной противоположностью всем предыдущим пассиям Товмасяна старшего.

Радость за дорогих и близких мне людей оказалась чудодейственной и помогла, на время, забыть о том, что собиралась сделать. Я старалась не думать о плохом и сосредоточиться на предстоящем разговоре.

Такси мчало меня по утреннему, залитому августовским солнцем, городу. Мимо проносились заполненные улицы, еще украшенные символикой прошедшего Чемпионата. Лето подходило к концу, и москвичи наслаждались его последними теплыми днями, прежде чем дожди затопят ее своими слезами…

Не думай! Ты уже сделала выбор. Единственное верное решение – это покинуть Дмитрий на-всег-да. Ты должна исчезнуть еще до того, как он захочет узнать все. Тем самым ты спасешь вас обоих от последнего, решающего удара.

Слова Дмитрия, которые стали причиной всему этому, всплыли в памяти, ложась на плечи неподъемным грузом.

– Я люблю тебя, воробышек. Очень сильно люблю. Ты – это все, что у меня есть в этом огромном мире. И я не оставлю тебя. Не смогу оставить. Никогда.

Он думал, что я не услышу его признаний. Решил, будто я уснула и не смог молчать. А я… я трусливо слушала, боясь пошевелиться, лишь бы не нарушить иллюзии счастья. В тот миг я поняла, что пора бежать. Мне надо исчезнуть, раствориться, словно меня никогда и не было. Боль разрывала на части, отравляла голову несбыточными мечтами. В порыве безумия я даже позволила себе поверить, что смогу ответить на его любовь. Идиотка! Стоило ему немного надавить, как противный страх сразу же ожил, превратившись огромного змея. Я чувствовала холод его чешуи, ощущала прикосновения тонкого языка, чувствовала приближение клыков. Он уничтожит меня, съест живьем и не поперхнется.

Если бы мы встретились по-другому! В другом месте и при других обстоятельствах я бы смогла полюбить Дмитрия всем сердцем и всецело отдаться своим чувствам. Я бы бросилась в этот омут с голову, не раздумывая ни секунды. Если бы…

Машина заехала на переполненную парковку перед зданием с вывеской «Swan’s Architecture». Расплатившись с водителем, вышла из автомобиля и двинулась к двойным дверям из закаленного стекла. Ноги несли меня вперед, а перед глазами стоял совсем другой день, внутри оживали другие эмоции.

Два с половиной месяца назад я пришла сюда в надежде найти свой путь и начать жизнь с чистого листа… А потом я встретила его – человека из прошлого в новом, незнакомом мне, обличье. Еще тогда, мне пришлось отметить в нем нечто, не соответствующее образу другого Дмитрия. Он был другим, совсем не походил на своего злобного двойника. И он не помнил меня…

– Мери! – Марина помахала мне со своего рабочего места, но ее улыбка растаяла сразу же, как между нами замерла огромная фигура Игоря Лебедева. Брови девушки нахмурились, а меня охватило прежнее беспокойство. Этот человек таил в себе угрозу и не мог этого скрыть. Его глаза цвета янтаря смотрели слишком пристально, оценивающе…

Коротко кивнув Марине, я бросила прочь. Чем скорее решу вопрос со своим увольнением, тем быстрее покину это место. Хватит с меня Лебедевых и их таинственных взглядов!

С гордо поднятой головой и расправленными плечами, зашла в отдел кадров. Алена встретила меня дружескими объятиями и завалила вопросами по поводу прошедших выходных, но я пропустила их мимо ушей. Подруги обязательно поймут меня. Однажды, я им все расскажу и объясню, но только не сегодня. Мне нужно успеть уехать до того, как вернется Дмитрий. До того, как начнет требовать объяснений и ответов, которые я не могу ему дать.

– Что?! – Закричала Алена, вскочив так резко, что ее кресло отъехало назад и врезалось в стенку. Ее красивые кошачьи глаза смотрели на меня как на полоумную. Хотя, может она и права. Я уже давно не считаю себя вполне уравновешенным человеком. – Что значит, хочу уволиться?! Мери?!

Несколько удивленных взглядов смотрели на нас с противоположной стороны большого светлого помещения. Для сотрудников «Swan’s Architecture» устроили бесплатное представление, конечно же, они не могут его пропустить.

Стараясь не обращать на них внимания, склонилась над чистым белым листом и принялась выписывать на нем традиционные фразы.

– Я вам все объясню, – пообещала я, оторвавшись от созерцания своего мелкого почерка. – Только не здесь и не сейчас. Пожалуйста, Ален.

С минуту подруга не отрывала от меня немигающих глаз. Из-за эмоционального всплеска ее бледная кожа раскраснелась, россыпь веснушек на лице проступила ярче. Девушка возвышалась надо мной, скрестив на груди руки, и молчала. Губы вытянулись в тонкую недовольную полоску, брови сошлись на переносице.

– Я все равно не понимаю, – произнесла она, уже тише. Остальные, потеряв к нам интерес, вернулись к своей работе. – Что случилось? Все же хорошо было…

– Потом, – коротко ответила я, нацарапав черной авторучкой свою подпись внизу листа. – Позже я обязательно все расскажу… когда придет время.

– Но, – голос Алены охрип, выдавая ее волнение, – ты же не уедешь, не попрощавшись? Ведь так?

Слезы, которые я так старательно сдерживала, обожгли щеки. Поднявшись, бросилась к подруге, и мы крепко обнялись. Что бы там не произошло, «Swan’s Architecture» подарила мне замечательных друзей, которых я уже никогда не смогу забыть. Я была благодарна этой компании за такой ценный подарок.

– Тебя проводить? – Спросила Алена, отпуская мои руки.

– Нет, спасибо, – постаралась улыбнуться, сквозь слезы. – Я позвоню. Обещаю.

Вот и все. Заявление написано, через пару дней я приду за своими документами, и тогда больше ничего не будет нас связывать. Дмитрий забудет меня. Обязательно забудет. Он сильный, храбрый, добрый… самый лучший. Дмитрий заслуживает быть счастливым. После всего, что ему пришлось пережить в детстве, после стольких лет страданий. Я не позволю, чтобы он узнал меня. Та ночь осталась в прошлом. Она больше никогда не потревожит нас, не заставит раны гноиться. Как только я уйду, все встанет на свои места…

Телефонный звонок застал меня у ступеньках перед входом. Знакомый номер высветился на экране впервые за много-много лет и больно царапнул по сердцу. Неприятное предчувствие захлестнуло меня с головой, вызвав металлический привкус во рту. Голос, который я не слышала уже очень давно, вонзился в кожу острой бритвой. Пальцы стали ледяными и онемели, смартфон выпал и разлетелся на части, а я все стояла, словно парализованная.

Нет! Это неправда! Этого не может быть!

Голова закружилась, колени подкосились, но чьи-то холодные руки вдруг сомкнулись на моей талии, удерживая от падения. Свежий аромат мужского парфюма с хвойными нотками ударил в нос. Я попыталась заглянуть своему спасителю в лицо, но яркий солнечный свет ударил в глаза, лишив меня последних сил. Веки налились свинцом, в висках застучали бешеные молоточки, я провалилась в глухую пустоту.

 Дмитрий

Питерское имение Лебедевых, куда я старался вообще не попадать, находилось в отдалении от суеты и шума культурной столицы. Огромный трехэтажный особняк с колоннами и балконами представлял собой внушительное зрелище. В детстве я называл его домом с привидениями, те немногие разы, когда мы с родителями приезжали сюда, в гости к бабушке с дедушкой. Помнится, во время этих визитов не было такого дня, чтобы никто не ругался. Крики и недовольные ругательства (конечно же, в рамках приличия), доносились отовсюду. Особенно ситуация обострялась с приездом дяди. Уже тогда Юрий никак не мог свыкнуться с положением младшего сына, приносящего семье только дополнительные хлопоты и головную боль. Как мало всего изменилось с тех пор!