Война номер четыре (СИ) - Лиморенко Юлия - Страница 56

В Лонтане же получилась некрасивая история: кавалеристы двадцать пятого полка, канальи, каких поискать, и любители «пошутить» над беззащитными людьми, ворвались туда ночью, потребовали вина (а кабак-то сожжён и вина не завозят), когда им вежливо отказали, потребовали «в искупление» каждому офицеру по девочке. На это вызверились уже крестьяне, включая девочек, и айсизцы едва не получили кольями под рёбра. От такого обращения они пришли в совершенную ярость, начали хватать девушек прямо с сёдел, наступил полный хаос и безобразие, один из рядовых кавалеристов попытался остановить капитана Линареса, и тот рубанул не глядя саблей. Парень упал мёртвым, тут граждане офицеры сообразили, что дело вот-вот вывернется большой бедой для них, и полным ходом убрались по дороге на Поллену. А фуражиры подъехали чуть позже, эти как раз от артиллеристов, вели себя как люди, а командир, совсем зелёный лейтенант, пообещал поднять в Поллене скандал и добиться, чтобы Линаресу сняли если не голову, то хотя бы звание. Но крестьяне в этакую благодать не очень-то поверили…

Орсо, не теряя времени, собрал совещание торных командиров:

— В деревнях айсизцев на постое нет, можно посылать туда отряды и вербовать новых бойцов, а главное — договариваться, чтобы нас кормили. Поднимать местных надо очень быстро — с целой бригадой мы здесь малыми силами не разберёмся! Те, кто не идёт с нами, пусть прячутся в леса, три-четыре декады продержатся и там, а оставаться в деревнях им опасно — эти малоумные в самом деле могут начать всё жечь и сравнивать с землёй. Зиналов, как придут, пошлю в Кобалью, пусть передадут гарнизону, что нам нужна их поддержка. Место сбора — Лонтана, первая цель — Поллена. Нужны проводники из местных, иначе нам с кавалерией не справиться.

— А оружие, командир? — забеспокоился кто-то.

— На сбор бойцов из деревень я кладу двое суток, за это время уже имеющимися силами мы должны изловить несколько разъездов или фуражирских обозов. Какое-то оружие добудем, но главная наша задача сейчас — перерезать сообщение между замком и Полленой. Если артиллеристы подойдут на помощь, когда мы будем штурмовать город, нам наступит… ну, сами понимаете.

Часть 29, где начинаются поиски нужного языка

В Кобалье разбушевалось лето: гроза, накрывшая горы перед побегом из лагеря, была последней, а за ней установилась сушь. Жара и пыль, ночами налёты москитов, а днём беспощадное солнце — «кобальская житница» показала характер, и партизанская армия взвыла. Орсо приказал свежесобранному санитарному отряду охранять колодцы и следить за признаками болезней — погодка самая подходящая, чтобы подцепить заразу из тухлой воды… Люди болели, хворых собирали в карантин, пленные айсизцы из захваченных невероятно наглыми рейдами отрядов трудились, как пчёлки, доставляя чистую питьевую воду из горных рек.

Родольфо, назначенный начальником штаба, развернулся во всю ширь своих талантов: папина выучка даром не прошла! В штабном домике в Лонтане днём и ночью стояло гудение, словно из улья, туда-сюда носились курьеры и вестовые, десяток грамотных бойцов Родольфо отобрал в писари, и они работали от зари до зари как проклятые. Всё было посчитано, описано и подшито к делу — люди, кони, боезапас, ружья, две мортирки — улов удачный, но случайный, провиант, лекарства, даже полковые барабаны. Интенданты новоявленной армии Миннона и Форина бдительно следили, куда уходит каждая пачка бумаги, каждый тючок сена и каждая пара сапог.

Пополнить запасы партизанам удалось, и даже более того. Снабжали республиканскую армию неплохо — всё пригодилось, особенно в армии, где две трети бойцов без башмаков, а четверть ещё и без курток… Всем офицерам, которые умели ездить верхом, достались лошади; те, кто верхом не умел, учились по ходу дела, потому что времени на пешие прогулки не было. На месте, в Лонтане, сидели только штаб и санотряд, остальные силы кружили во всех направлениях по дорогам и рощам, вылавливая беззаботных противников. Бельмом на глазу торчал на востоке замок Джустино — его бы надо тоже прибрать к рукам, но бравые артиллеристы засели там накрепко, и штурмовать их без осадных пушек можно, пока не надоест…

Орсо думал об организации своих сил. Возникли, как и обещалось, трудности, которые сложно было предвидеть заранее. Мечты командира Нелло о кавалерии пришлось жестоко разбить и подмести осколки: даже те несколько сотен бойцов, кто хорошо сидел в седле, выучки настоящих кавалеристов не имели, а значит, против опытного врага это была не кавалерия, а жертва. Зря погубить людей никому не хотелось. Всё, что могла позволить себе Освободительная армия (так, после долгих громогласных споров назвали собранные Орсо силы), — это конные разведчики, всё дело которых — тихо приезжать и быстро убегать. С артиллерией тоже вышло нехорошо. Каждую мортирку могли таскать на руках два человека, а если повесить на спину, как понягу, так даже и один. Но боезапаса к ним было на десять выстрелов, и те быстро кончились. Правда, мортирки сослужили немалую службу при захвате Куэрчи, где стоял (точнее, беззаботно спал) сорок второй пехотный батальон пресловутой тринадцатой бригады. С настоящими пушками отряду повезло (или не повезло…) встретиться пока лишь однажды: их в походном ордере под небольшой охраной везли на усиление в Поллену. Лихой Нелло напал на охранение, и тут малоопытные бойцы убедились, что артиллерия — вовсе не самый медленный род войск! Буквально пока атакующие подбегали на расстояние верного ружейного залпа, расчёты обрубили постромки, развернули все три пушки прямо на дороге и дали по пехоте Нелло такой залп, что атака едва не захлебнулась сама собой. Подвело пушкарей только малое число охраны, иначе, возможно, экспедиция Нелло окончилась бы бесславно и очень быстро… Пушки были захвачены, боезапас к ним тоже кое-какой достался, однако опытных артиллерийских расчётов у Орсо не было. Положение было как у собаки из истории про коровью ногу: и бросить орудия жалко, и применить никак… Прикинул так и эдак, Орсо приказал пока разместить пушки на закрытой позиции на дороге к Лонтане: если вдруг так случится, что деревню нужно будет оборонять, один залп по дороге смогут сделать даже совсем неопытные канониры.

Без артиллерии было опасно, но выбирать пока что не приходилось. Конная разведка показала себя неплохо, намного лучше, чем можно было ожидать, пленных айсизцев накопилось уже почти шесть сотен, и Орсо ждал естественного в этом случае жеста со стороны бригадира Техеро. Если в окрестностях Поллены пропадают невесть куда отряды, что надо сделать? — правильно, послать отряд побольше, чтобы разыскать проклятых разбойников и… Дальше фантазия сама подскажет бригадиру, как действовать, главное поймать! Орсо ждал от разведчиков в Поллене известий о том, когда Техеро займётся охотой на «провокаторов», как называли их в штабе бригады.

Поллена оказалась неожиданной шкатулкой с секретом, и ключик от неё был теперь в руках Марко Филиппи. Орсо очень не хотелось отпускать на опасное дело такого замечательного командира батальона, но Марко убедил его, что идея того стоит. Первые же данные разведки показали, что в Поллене сохранились и работают бумажная и суконная фабрики: айсизцы, по сути, заперли там рабочих, заставив есть и спать прямо в цехах, и теперь фабрики снабжали своей продукцией противника. Марко предлагал устроить там восстание. Да, опасно, да, кончиться может плохо для горожан, но это увеличит шансы на успешный и, главное, быстрый захват города. А скорость в этом случае — условие сохранения жизней для жителей Поллены. Орсо подумал и согласился. Разве не этого он хотел, когда начинал эту свою четвёртую войну?

Марко ушёл один. От помощников от отказался: если он попадётся, то невелик урон для армии, а если не попадётся, в одиночку прятаться сподручнее. Орсо дал ему двое суток — больше никак нельзя: или Техеро начнёт облаву, и тогда надо как можно скорее идти на Поллену, или решит отсидеться, и тогда… всё равно надо срочно идти на Поллену. Потому что там Марко. «Сам себя перехитрил, как лисица из сказки!» — ругал себя Орсо наедине. Но на людях о возможной неудаче не говорил ни с кем.