Их Луна - Кобрина Евгения - Страница 19

Я распахнула глаза и посмотрела на Тода, который говорил с врачом. Меня тут же накрыла волна паники, разочарования и боли. Мужчина почувствовал это и быстро глянул на меня, а я прикрыла глаза, утаивая от него накатившие эмоции. Тод закончил разговор и подошел к кровати:

- Что с тобой, Луна?

- Я не Луна, - прошептала я горькую правду, так и не решаясь открыть глаза. – И не твоя мать.

- О чем ты?

- Тод...

Я посмотрела на сына, который им не был. На лицо Тода набежала тень, а глаза почернели, совсем как у Рэджа:

- Хватит, - оборвал он, не желая меня слушать. – Тебе нужен покой. Доктор скоро приедет.

- Мне не нужен доктор, - устало отмахнулась я. – Позови, пожалуйста Дарена.

Тод сомневался, он не хотел оставлять меня одну. Мужчина вышел только через пару минут, когда вернулась Викки с компрессом. Девушка села рядом со мной, провожая брата тревожным взглядом. Она явно почувствовала его гнев:

- Что у вас тут случилось, пока меня не было?

- Я все вспомнила, - честно призналась я, отстраняя руку Викки с компрессом от своего лба.

Викки вмиг замерла, точно превратилась в каменную статую. В её взгляде появилась паника:

- Ты все вспомнила?

- Да.

Викки боялась задать следующий вопрос, и я её понимала: вдруг эгоистичная мать вернулась? Но Джорджия уже не вернется. Никогда. Я взяла девушку за руку и нежно сжала:

- Я все вспомнила, милая. Я не твоя мать. Не Луна стаи и вообще не оборотень.

Мгновения, в которые до Викки доходил смысл сказанных мною слов, девушка молчала. А потом резко выдернула свою руку из моей и вскочила с кровати:

- Это невозможно! Зачем ты врешь? Зачем!

Я попыталась её успокоить:

- Викки...

- Нет, замолчи! Это все лож! Ты просто хочешь скрыть свой побег из стаи, потому говоришь так! Да? Ты сбежала от нас полгода назад? Верно? Ну, признавайся! – допрашивала она меня.

- Твоя мать не сбегала из дома. Она уехала на встречу со мной. Джорджия, она...

Викки резко развернулась к двери, в которую через мгновение вошел Дарен, хмурый и встревоженный:

- Тод сказал ты упала, - мужчина сразу подошел ко мне. – Он вызвал врача, тот скоро будет. Что у тебя болит, Луна?

- Со мной все в порядке.

- Она ударилась головой и несет какой-то бред, - вставила свои гневные пять центов Викки. – Говорит, что все вспомнила. Говорит, что не Луна, не оборотень и не моя мать.

Дарен пронзил меня тяжелым взглядом, под которым я только вздохнула:

- Эта правда, я все вспомнила. И если мне дадут спокойно все объяснить...

- Нет! – взвилась Викки. – Тебе нужен врач. Отдых и лечение! А потом ты все объяснишь, - девушка посмотрела на отца: - Я думаю этим враньем Луна пытается скрыть свой побег из дома.

Дарен пристально смотрел на меня, а потом обратился к дочери:

- Викки, оставь нас, пожалуйста.

- Нет! Я не уйду.

- Викки, - повторил мужчина с силой убеждения Альфы. Девушка вся вытянулась в струнку, кивнула и быстро вышла. Дарен сел возле меня на постель и взял за руку: - У тебя болит голова?

Я высвободила свою ладонь и отрицательно мотнула головой, которая отозвалась легким головокружением:

- Нет. Немного кружится и все. Но это никак не влияет на то, что я говорю. Я все вспомнила.

- Хорошо, - примирительно кивнул Дарен и снова взял меня за руку: - Пожалуйста, успокойся. Мы во всем разберемся. Расскажи мне, что ты вспомнила. И ничего не бойся, я не буду сейчас на тебя злиться, что бы ты не сделала в прошлом.

- Тебя не за что на меня злиться. Мы с тобой даже не были знакомы в прошлом.

- Луна, - прервал меня Дарен, предупреждая тем самым, что его терпение не безгранично.

- Хорошо, - кивнула я и начала свой рассказ: - Меня зовут Алексия, мне 38 лет, и я человек. Хотя, наверное, не совсем, - задумалась я. - В общем полгода назад мне позвонила Джорджия и сказала, что она моя сестра, двойняшка, что нас разлучили в самом детстве. Джорджия хотела встретиться. Я тут же спросила у своей матери, правда ли это. И мама призналась, что это так, что она в молодости сглупила, связалась с оборотнем и забеременела. Через девять месяцев на свет появились мы. Джорджии передались все гены отца, она родилась истинным оборотнем, а мне досталось все от матери, я обычный человек. Тогда родители решили разделить нас, отец забрал Джорджию в свою стаю, а я осталась с матерью. Родители поклялись никому и никогда не рассказывать об этом. Даже не знаю, как Джорджия узнала о моем существовании.

Дарен, который все это время внимательно слушал меня, спросил:

- Если все это правда, тогда почему Джорджия не сказала нам о своей сестре?

- В этом-то и суть. Джорджия не хотела, чтобы кто-то узнал о её родстве со мной, - горько усмехнулась я. – Ведь она была Луной большой стаи, и кровная связь с матерью-человеком не то чем можно гордиться сильному оборотню.

- Ты сказала, была? – напряженно спросил Дарен.

Я посмотрела мужчине прямо в глаза:

- Да. Джорджия погибла, - ответила я, вспоминая тот роковой день. - Мы встретились на прогулочном лайнере. Она и вправду была как две капли воды похожа на меня, только глаза светились серебром. Мы не успели о многом поговорить, я сразу почувствовала, что сестра враждебно настроена, но подумала, что это от волнения. Я ошиблась. Но поняла это слишком поздно... Джорджия толкнула меня за борт, - я прикрыла глаза, вспоминая свой ужас в те минуты. – Она прыгнула следом, чтобы... В общем, не хочу вспоминать, как сестра топила меня. Помню только, что кое-как её оттолкнула, Джорджия ударилась головой о борт лайнера, а я выплыла. А потом... Потом я помню плохо... Помню, что по воде стала растекаться кроваво-красная лужа... Я потеряла сознание, - я на несколько минут замолчала, а потом открыла глаза. Дарен неподвижно сидел рядом, а по его взгляду невозможно было понять, о чем он думает. – Уже в больнице, когда очнулась, я услышала историю о неопознанной женщине, которая попала под лопасти винтов прогулочного лайнера. Помню Рон тогда сказал, что мне еще повезло что я жива, хоть ничего и не помню, ведь та женщина умерла страшной смертью, - закончила я свой рассказ.

Дарен молчал пару мгновений, а потом медленно встал и отошел к окну. Я тоже молчала – я понимала, что мужчине нужно пару минут, чтобы примериться с ужасной смертью жены. Наконец, Дарен вздохнул и повернулся ко мне, в его взгляде стоял гнев. Он что винит меня в случившимся? Я же все ему объяснила! Или мужчина мне не поверил? Я уже набрала дыхания, чтобы начать оправдываться там, где была не виновата, но не успела. Дарен заговорил первым:

- Как долго ты сочиняла эту историю, Джорджия? Всю ту неделю, что жила здесь.

- Дарен...

- И главное зачем? Хочешь вернуться к своему человеку?

- Что? – услышали мы с порога гневный рык Рэджа, а потом ужасный грохот, это он захлопнул дверь. Как же он не вовремя! – Куда она хочет вернуться?

- Рэдж, все не так! - воскликнула я, опасаясь, что, не разобравшись, Рэдж устроит мне сейчас ад и пламя. – Я вспомнила о своем прошлом и...

- Сочинила трагическую историю о сестре-близняшке и матери-человеке, - прервал меня Дарен и посмотрел на Рэджа: - А в конце истории описала свою страшную и кровавую смерть. Только не могу понять, на что ты рассчитывала, Джорджия? Что мы поверим в этот бред и сразу отпустим тебя. Даже не дождавшись сегодняшнего полнолуния?

Рэдж гневно сжал кулаки и шагнул ко мне, но я, почему-то совсем не испугалась. Больше я не была ни его женой, ни Луной их стаи. И от осознания того, что мужчины теперь не имеют надо мной никакой власти, страх пропал. Я холодно заметила:

- Ну зачем же так просто верить в «этот бред»? Дождемся полнолуния, тем более не долго осталось, я не обернусь в волка, и тогда все сразу проясниться.

- Зачем ты так с нами, Луна? – тихо спросил Рэдж, пронзая меня пытливым взглядом.

- Потому что я не Луна. Я все объяснила Дарену, но он...

- Если хочешь, ты тоже можешь послушать эту кровавую историю, Рэдж. Но не советую, история не из приятных. Насквозь лживая, как и наша жена, - холодно бросил Дарен и указал на меня.