Их Луна - Кобрина Евгения - Страница 4

Меня как булыжником по голове ударили! Это еще что за новости? Что значит «наша жена»? Мысли понеслись в бешеный галоп: «жена», «оборотни», «Джорджия», «наша» - все это было просто нереальным и безумно пугало. И неизвестно что пугало больше «жена» или «наша». «Наша» – это на сколько человек, а точнее оборотней? Я воззрилась на говорившего мужчину, как на полоумного:

- Что? Что значит «ваша жена»? Я же человек.

Мне ответил другой, тот который умел тепло улыбаться, теснее прижимая к себе:

- Ты оборотень, Джорджия, такой же, как и мы. Ты наша пара и Луна нашей стаи.

Все финиш, гасите свет! Они совсем «того», а еще и меня хотят в этом убедить, что я тоже «того». Как я могла за полгода не понять, что я не человек, а кто-то совсем другой, когтистый и мохнатый? Я повернула голову к мужчине, который удерживал меня, и попыталась его вразумить:

- Вы ошибаетесь. Вы думаете я бы не заметила, что каждый месяц... И глаза у меня не светятся. Разве не видите?

Мужчина разглядывал меня пару мгновений, пытаясь найти в моем взгляде ответ на только ему известный вопрос, и я смутилась от такого пристально внимания со стороны незнакомца. Я попыталась отстраниться, высвободиться из его объятий, но он не позволил, теснее прижимая к себе. Мужчина пояснил мне, точно говорил с малым ребенком:

- Ты была вдалеке от своих Альф, от своей стаи, поэтому твоя волчица и затаилась. Поэтому твои глаза не светятся, Джорджия. Поэтому ты не обращалась все это время.

- Нет, причина в том, что вы что-то напутали, - возразила я и снова постаралась отстраниться. Но меня снова не пустили. – Ну, правда, я бы наверняка, что-то почувствовала. Разве нет? – попыталась я найти себе соратников, оглядывая каждого присутствующего. – Я просто похоже на эту вашу Джорджию. Но я не она. Это точно.

- Ты она, - шагнул ко мне другой мужчина, впиваясь пристальным взглядом в мое лицо. – Ты наша пара и наша жена.

- Я не могу ею быть. Нет. Я...

- Да, - перебил мужчина и подступил совсем близко. - Ты Джорджия. Ты ничего не помнишь, ты изменилась, но мы узнали тебя. И твой запах прежний, - прошептал он, и протянул руку, чтобы коснуться моей щеки. Но не коснулся, а злостно прорычал: - Станет прежним, когда от тебя перестанет разить человеком.

Мужчина резко указал на Рона. Он сказал это так, как будто Рон был какой-то шелудивой дворнягой в питомнике породистых собак. Мне стало обидно за своего парня, который сделал для меня так много, и я ощетинилась:

- От меня разит человеком, потому что я человек!

Глаза оборотня недобро сверкнули, совсем недобро. Я вмиг испугалась и неосознанно подалась назад, в поисках защиты у незнакомца, который держал меня в своих объятиях все это время. И он вступился за меня:

- Рэдж, - это прозвучало как предупреждение.

Тот, кто был Рэджем, на мгновение прикрыл глаза, видно стараясь успокоится, и у него это отлично получилось:

- Ты оборотень, Джорджия, и скоро сама убедишься в этом. Полнолуние через десять дней, - сказал он спокойно и все же коснулся моей щеки.

Меня точно током ударило, так остро я почувствовала мужское прикосновение и горящий взгляд. Но нельзя было терять присутствие духа, показывать, как я напугана всем происходящим:

- Хорошо, - ответила я сдержанно, не хотела больше провоцировать «вспыльчивого Рэджа»: - Значит у меня в запасе десять дней. Тогда и проверим ваши слова. А сейчас, пожалуйста, отпустите нас. Мы с Роном...

Горячие пальцы со щеки вмиг переместились на шею и сжались. Не больно, но ощутимо. А захват на моей талии стал железным:

- Еще раз скажешь «мы с Роном», и я оторву ему голову, - сказал мужчина, который удерживал меня.

Оказывается, этот, «с мягкой улыбкой», тоже умеет рычать, и не хуже «вспыльчивого Рэджа». Я сразу поняла, что это не просто угроза, с такой тихой решимостью это было сказано. Я облизнула вмиг пересохшие губы, и взгляд Рэджа тут же остановился на них. Это был очень голодный и не сулящий мне ничего хорошего взгляд! Оборотня надо срочно чем-то отвлечь. Я обхватила его запястье, пытаясь отцепить ладонь от моей шеи:

- Не надо... никому отрывать голову. Пожалуйста. Если бы не Рон даже не знаю, чтобы со мной стало за эти полгода. Он помог мне, заботился обо мне. Рон...

Я затихла, когда меня снова опалили гневным взглядом. А по какому собственно праву? Что я не так сказала? Если бы рядом не было Рона, я могла бы уже давно гнить в какой-нибудь сточной канаве. Ведь полгода назад я была совсем одна, без родных и друзей, без денег и жилья, без работы и связей. Без памяти. Рон помог мне, и за это я была ему безмерно благодарна.

- Логан, расплатись с человеком, - не глядя на мужчину велел Рэдж и все же убрал руку от моей шеи. - И чтобы через минуту его не было на нашей земле,

Что? Нет! Я резко подалась вперед, решительно пытаясь освободиться из нежеланных объятий и увидеть единственного человека, которого знала:

- Нет, пожалуйста! Рон!

- Мне не нужны ваши деньги! – крикнул Рон, которого двое оборотней совсем не вежливо потащили с террасы.

- Нет! Пустите меня! – рвалась я из незнакомых рук. – Я пойду с ним!

- Ты специально нас злишь? – прорычал Рэдж, хватая меня за плечи.

Это в миг меня отрезвило. Я замерла и заглянула в серебристые глаза, пытаясь достучаться до мужского сердца, если оно конечно у него было:

- Пожалуйста, позвольте мне уехать с ним. Я хочу остаться с ним. Пожалуйста. Его я знаю, а вас нет. Прошу.

- Нет, - было мне ответом. – Теперь ты дома, и останешься со своей семьей.

- Но я не помню никого из вас, - взволнованно продолжила я просить, чувствуя, как меня накрывает паника. Слезы страха перед неизвестностью подступили к глазам: – Прошу, позвольте мне уехать. На время. Мне нужно время что все осознать. Чтобы принять это.

Рэдж снова медленно притронулся к моей коже, и мое сердце ухнуло вниз. Мужчина нежно смахнул сбежавшую по щеке слезу, но его слова разнились с действием:

- Твои слезы не трогают меня, Джорджия. Больше не трогают.

- Пожалуйста, на время, - не сдавалась я.

- Нет, - ответил мне Дарен, сильнее прижимая к своей груди. – Эти полгода были сущим кошмаром. Больше ты ни на день не покинешь стаю. Ни на день, ни на час.

Я прикрыла глаза, понимая, что просить дальше бесполезно. Но взять и просто сдаться я сейчас не могла, поэтому решила попробовать последний аргумент, после которого мне либо свернут шею, либо отпустят:

- Я люблю его.

Взгляд Рэджа почернел, а Дарен яростно прошептал:

- Тебе не долго осталось его любить, Джорджия. Через тридцать-сорок лет человек умрет, а ты проживешь столетия. Столетия с нами. Но если хочешь мы можем ускорить смерть человека. Только скажи.

- Нет, - испуганно прошептала я, хотя, наверное, от меня не ждали ответа.

Пару мгновений мужчины молчали, и я тоже затаилась: не решалась больше просить, а тем более требовать или протестовать. Не хотела злить оборотней, которые способны на мгновенную и безжалостную расправу. Я дождусь полнолуния, докажу мужчинам что я не та, за кого они меня принимают и уеду. И тогда мы с Роном снова будем вместе. Думать о том, что оборотни, возможно, говорят правду и я их Луна у меня сейчас просто не было сил.

Рэдж медленно поднял руку и снова притронулся к моей щеке. Я неосознанно дернулась, но мужчина, слава небу, никак на это не отреагировал и тихо спросил:

- Ты вправду, совсем ничего не помнишь?

- Совсем, - выдохнула я почти беззвучно.

- Мы поможем тебе все вспомнить, - прошептал мне на ухо Дарен.

Я не удержала горький ответ:

- Не хочу ничего вспоминать.

Взгляд Рэджа снова почернел, когда до него дошел скрытый смысл моих слов, но отреагировать мужчина не успел. Мы услышали тихое и встревоженное «Мама?» и одновременно повернули головы. На пороге двери, которая вела с террасы в дом стояла красивая девушка лет пятнадцати, оборотень, и пристально рассматривала меня.

Безумство этого дня когда-нибудь закончится? Я во все глаза смотрела на девушку, которая явно не могла быть моим ребенком, ведь мне только... а сколько мне лет, кстати?