Их Луна - Кобрина Евгения - Страница 6

- Глупости, - отмахнулась Викки. – Никто не посмеет тебе и слова сказать. Кому хочется расстаться с головой? А ведь именно так и случится, если кто-то тебя обидит. Ты Луна, огорчить Луну, это значит огорчить Альф.

Я видела, что Викки говорит искренне и тем самым, сама того не зная, девушка открыла мне неприглядную правду – в своей прошлой жизни я была никем, никем без Альф. Меня самой по себе как бы и не было вовсе. Я существовала только как дополнение к Альфам, как их собственность их имущество. И все в стае так ко мне и относились: улыбались, дружили, слушались – все только из-за Альф. Оборотни боялись их расстроить или разозлить. От осознания этого стало гадко. Я почувствовала себя полным ничтожеством: безразличная мать, плохая жена, эгоистичная женщина. Кем же ты была Джорджия?

Викки почувствовала неладное:

- Что случилось? Чем я огорчила тебя?

Я отмахнулась и изобразила на лице улыбку:

- Все хорошо. Просто очень много информации, на мою бедную голову.

Викки не повелась на мою ложь и взяла меня за руку:

- Прошу, скажи мне. Я ведь чувствую, что что-то не так.

Я пожала её ладонь и улыбнулась уже искренне:

- Конечно не так, мой мир стал с ног на голову. Оборотни, мужья, стая, взрослая дочь. Как я могу тебя не помнить?

- У тебя еще и сын есть, - хитро улыбнулась девушка.

- Сын?

- Да, Тод. Но он сейчас в отъезде.

Я отложила телефон и воззрилась на неожиданно обретенную дочь:

- Еще и сын. Он младше тебя?

- Старше на три года.

Я нервно повела плечами, боясь спросить о важном, поэтому пошла обходным путем:

- А сколько тебе лет, Викки?

- Пятнадцать.

- Понятно. Значит мне...

- Тридцать восемь.

- Тридцать восемь? – слегка удивилась я. В амбулаторной карте больницы мне поставили возраст 22-24 года, который соответствовал всем проведенным анализам.

- Мама, - рассмеялась девушка, замечая мое удивление, - мы же оборотни. После совершеннолетия наше взросление и старение очень сильно замедляется. Ты и в сто лет будешь выглядеть как сейчас.

Я прикрыла глаза, не веря в то, что все это происходит со мной. Конечно люди знали, что оборотни живут дольше их, но не знали насколько дольше. Викки продолжила меня шокировать:

- Ты еще очень юная, по меркам волков. Вот отцы...

Я её перебила, быстро вставая с кровати:

- Не хочу знать сколько им лет.

- Точно не хочешь?

- Точно.

- Ну, как знаешь, - усмехнулась Викки.

Все это не укладывалось в моей голове, как такое возможно? Как я могу напрочь забыть мою странную волчью жизнь? Викки тоже поднялась и взглянула на часы

- Иди прими душ и будем спускаться к обеду. Альфы не любят ждать.

Чего еще не любят эти оборотни, которые являются моими мужьями? Думать об этом не хотелось, потому что было страшно. Будем решать проблемы по мере их поступления.

Я приняла горячий душ, смывая с себя часть напряжения, завернулась в банный халат и промокнула волосы полотенцем. А потом нахмурилась – вся моя одежда чудным образом исчезла. Вместо неё на стуле лежало кружевное черное белье, короткое открытое платье с африканским принтом, а рядом стояли модные туфли на танкетке. Я даже не притронулась к чужим вещам и решительно вышла в спальню:

- Викки, где моя одежда?

Девушка вскинула на меня приторно-невинный взгляд:

- Я избавилась от неё.

- Что значит избавилась?

- Сожгла, - ответила она как ни в чем не бывало, а потом быстро сменила тему разговора: - Тебе не понравилось выбранное мной платье? Можешь выбрать сама.

Я начала злиться:

- Викки нельзя так легкомысленно относиться к вещам.

- Можно, - улыбнулась девушка. – Когда у тебя ОЧЕНЬ много денег и ОЧЕНЬ много времени, чтобы их потратить. Но давай подискутируем на эту тему позже. Одевайся, мама, не будем опаздывать к обеду.

Я подавила раздражение и промолчала. На этот раз. Викки проводила меня в гардеробную комнату, которая напоминала бутик модной одежды и по размеру помещения, и по количеству вещей. Похоже я была шопоголиком, учитывая сколько тут одежды, обуви и женских аксессуаров. Я прошлась вдоль ряда коротких платьев, вешалок с джинсами и брюками маломерками, притронулась к открытым блузам и рубашкам и залюбовалась игрой света на драгоценных камнях вечерних нарядов. И что из этого я должна надеть? Я посмотрела на Викки:

- А нет здесь чего-нибудь попроще, и побольше размером?

Девушка задумалась, а потом прошла вперед и открыла шкаф, где на полках лежали модные спортивные костюмы. То, что надо! Я выбрала один, самый объемный и быстро переоделась, не забывая про белье, которое было не совсем по размеру, но за неимением другого сгодится. Викки придирчиво оглядела меня и вынесла приговор:

- Мне не нравится, как-то мешковато сидит. А значит им наверняка не понравится. Может все же наденешь выбранное мною платье?

Я не стала спрашивать кому «им», и так было ясно. Я застегнула молнию мастерки до самого горла, и оглядела себя – брюки свободно сидели и ничего не обтягивали, а мастерка скрывала живот и грудь:

- А мне очень даже нравится.

Викки недовольно поджала губы, но спорить больше не стала. Я надела модные кроссовки и начала закручивать еще влажные волосы в низкий пучок. Тут девушка не сдержалась:

- Мама, оставь волосы распущенными.

- Мне так неудобно.

Викки подошла ко мне и быстро распустила мою прическу, нежно расчесывая пряди пальцами:

- Зато красиво. Никогда раньше не видела тебя с длинными волосами. Теперь мы очень похожи.

На меня вмиг нахлынули чувства, и я порывисто обняла Викки:

- Прости, что была плохой матерью.

- Не извиняйся за то, чего не помнишь.

- Наверное мне дали второй шанс... чтобы все исправить.

- Наверное, - протянула Викки отстраняясь. Я заметила в глазах девушки слезы, но она улыбалась: - Ну, все. Хватит женских обнимашек. Пора идти в столовую, а то за нами придут сюда.

Я только кивнула.

Глава 4.

Мы спустились вниз и вошли в большую светлую столовую из которой доносились приятные ароматы – я поняла, что очень проголодалась. Но мой аппетит тут же пропал стояло мне увидеть мужчин. Рэдж и Дарен – мои мужья, застучала в голове тревожная мысль! Я взглянула на них по-новому: надо отдать должное, мужчины были привлекательными, даже слишком. Высокие, сильные, спортивного телосложения – просто образцы мужской красоты. Не знаю сколько им в действительности лет, и не хочу знать, но выглядели они в районе 35-40 человеческих лет.

Викки сразу с порога радостно заявила:

- Я показала Луне её фотографии, и она признала в них себя. Так ведь, мама? – обернулась она ко мне.

- Да, - ответила я тихо.

Мужчины пронзили меня пытливым взглядом, под которым я смутилась, а потом медленно оглядели с ног до головы. Я поняла, что дочь очень хорошо знает своих отцов – то что Альфы видели им не нравилось, мужчины нахмурились. Викки тут же за меня вступилась, беря под руку:

- Луна изменилась, за те полгода, которые её не было дома. Завтра поедим с ней по магазинам, нужно обновить её гардероб.

Альфы согласно кивнули и отодвинули для нас стулья. Мы сели за небольшой круглый стол, который стоял у окна, и я нервно поправила волосы, ощущая на себе два пристальных взгляда. Незнакомая молодая женщина разлила нам красное вино, и я сразу схватилась за свой бокал, чтобы занять руки. Я не любила спиртное, но все же пригубила немного, из вежливости. Вино оказалось терпким и немного горчило, я медленно отставила бокал и тут же услышала:

- Тебе не понравилось вино? Это твоя любимая марка.

Я быстро взглянула на Дарена:

- Я не очень люблю спиртное. По крайне мере сейчас.

- Грета, налей Луне воды.

Передо мной тут же поставили пустой бокал и стали наливать в него воду. Я улыбнулась Грете:

- Спасибо. Давайте я сама.

Я потянулась к графину, рука женщины дрогнула, стекло звякнуло, и вода пролилась на скатерть, а потом мне на колени. Я быстро встала с места, отряхивая воду. Грета буквально отскочила от меня, в её взгляде появился настоящий ужас: