Ад - удел живых (СИ) - Ливень Юрий - Страница 39

Проследив на экране видеонаблюдения за удаляющимся кортежем машин своих «союзников», Курган неторопливо поднялся из кресла. Отодвинув мастерски исполненную репродукцию картины Рембрандта «Отречение Петра», висевшую на стене рядом со столом, Олег Иванович нащупал пальцем маленькую неровность на изнанке золоченой рамы. После нажатия на нее ногтем, открылось потаенное гнездо с картой памяти, на которую записался весь разговор. Прокурорская глушилка не могла отключить запись, вся электроника была заключена в заземленный металлический корпус, а микрофоном служило само полотно.

Спрятав чип в тайник возле сейфа, Курган нажал кнопку вызова прислуги. Тотчас же в кабинете появился лакей, затянутый в старинного кроя ливрею.

— Сенька, убери вон эту крысиную парашу[44]! — Хозяин брезгливо кивнул в сторону стоящих на столе чашек с едва тронутым гостями кофе «Копи Лювак», зерна которого прошли через желудки каких-то азиатских зверьков. — Чашки и джезву в помойку… Хотя нет, оставь, ещё пригодятся, только на кухне их не держи!

— Будет исполнено, Ваша Светлость! Прошу извинить, но Вас ожидает гонец с аэродрома! — отрапортовал лакей и тут же направился к столу, убирать напиток для особо «уважаемых» посетителей.

— Пусть войдет! — скомандовал Курган, без особого удовольствия ожидая очередного визитера, время обедни давно наступило.

Тем не менее, новостей с летного поля он ждал с большим нетерпением. Несмотря ни на что, сегодня от Дурмана, сектанта и варщика из Петербурга, вертолетом прибывал ценнейший груз — набор компонентов для нового наркотика с подробным описанием, что с чем и как смешивать. Поставщик из Северной столицы делал препарат, подобный дури Коли Шила, только чище и убойнее, при этом подвизавшись регулярно поставлять сырьё.

Даже если бы новый товар был такого же качества, как местный, надо было за него хвататься. Шило доставлял слишком много хлопот своими пьянками, слишком борзый к тому же. Хотя как варщик, он не имел себе равных — его новая дурь стоила сущие копейки в производстве, химию можно купить без проблем и разрешительных документов у любого поставщика фармпрепаратов, а что-то и вовсе делалось на коленке из товаров для кулинарии. Впрочем, так говорил сам Шило, любивший похвастаться своими умениями, а кроме него никто не знал состав его «масла». Хотя, после предложения от сектанта из северной столицы стало понятно, что Шило не изменил своей репутации трепла.

— Разрешите, Ваша Светлость! — вошедший гонец вытянулся в струнку у самого порога.

— Давай уже, не томи! — раздраженно рявкнул Курган, чей желудок настойчиво требовал отобедать.

— Осмелюсь доложить… Произошло… несчастье… — гонец тщательно подбирал слова, угодные Хозяину. — Вертолет-с разбился, прямо на поле…

— Как разбился?!! — Курган вскочил, как ужаленный, закричав не своим голосом и напрочь позабыв про обед. — Чё ты гонишь, падла?! Давно разбился? Почему сразу не доложил?!!

— Ви… Виноват, Ваша Светлость! — испуганно пролепетал гонец. — Вас… Вас не вели… лели… Не велели Вас беспокоить!

— Я тебе сейчас в очко засуну вели-лели, и по губам повожу! — заорал Курган. — Что с товаром??? Где Куцый?!! Почему не он пришел?

— Прошу прощения, Ваша Светлость… Боярин Куцый там, на поле, с братвой… Собирали ящики из упавшего вертолета, меня к вам отправили… — проблеял гонец, с ужасом наблюдая за беснующимся паханом.

— Что?! Какие нах ящи… — Курган вдруг осекся, сознав услышанное. — Ящики? Вертолет просто упал? Товар целый?!

— Не могу всё знать, Ваша Светлость! Но ящики уцелели, очень прочные! Железные! Просто упал, так точно! — побледневший гонец был просто счастлив сообщить, что авиакатастрофа обошлась без взрыва и пожара.

— Пшел вон, Веля-Леля! — без сил падая в кресло, прошипел Олег Иванович. — Да позови сюда Сеньку!

Лакей явился незамедлительно, стоило гонцу покинуть хозяйский кабинет.

— Слушаю, Ваша Светлость!

— Телефон мне подай… Или эту, как её там, рацию…

Навороченный кирпич радиостанции, как по волшебству возникший в руках Сеньки, немедленно перекочевал в ладонь Хозяина.

— Алло, Куцый! — скорее крикнул, чем сказал Курган, зажав кнопку. — Что там у вас?!

— Проблемы, Ваша Светлость! — моментально ответила рация, противно скрипя. — Упала машинка!

— Хер с ней, с машинкой! Товар цел?!

— Ящики конкретные, целые! Вертолет не горел, рухнул на поле, сам в хлам, а ящики как новье!

— Давай вези все, что есть! Сейчас же!

— Слушаюсь! — прохрипела рация и отключилась.

Бросив устройство связи на стол, Курган тяжело поднялся, включил первую попавшуюся композицию на музыкальном центре, и под торжественное звучание пятой симфонии Баха налил треть стакана виски «Чивас Роял Салют» двадцатиоднолетней выдержки. Влив в глотку элитный напиток, одним глотком, словно самогон, Олег Иванович поморщился от боли в измученном гастритом желудке, затем расслабленно растянулся на кожаном шезлонге, стоящем на резных, в форме львов ножках. Товар не пострадал… Жаль вертушку, но куда эти военные, служаки безродные денутся? Жрать захотят, хоть бомбардировщик с эскортом истребителей гонять будут, куда скажут! Куда он, Курган, скажет! Теперь он здесь Хозяин, Закон, Власть!

Прошло не более получаса, как в дверь снова постучались. Курган, едва не задремавший после расслабляющей порции алкоголя на голодный желудок, тяжело поднялся, набросил пиджак, затем снял его и повесил на спинку антикварного стула.

— Войдите! — скомандовал Олег Иванович, придав голосу властный тон.

В распахнувшуюся дверь ввалилась гурьба братков, несущих в руках кучу матово поблескивающих металлических кейсов с хромированными уголками, и странным рисунком ромба с вписанным в него косым крестом на крышках. Сколько же их? Десять… пятнадцать… восемнадцать… Выгнав лишних людей из кабинета, Куцый принялся раскладывать чемоданы по порядку номеров, нарисованных на боковых стенках.

— Портфель где? — спросил Курган, когда все носильщики покинули помещение.

— Какой портфель? — недоуменно обернулся бригадир, заканчивая выкладку кейсов.

— Кожаный, бля!!! — заорал Хозяин, зло сверкая глазами. — Портфель где, я тебя спрашиваю?!!

— Курган… Сукой буду, не было там портфеля! Все выгребли, до последней тряпки! Обшмонали салон, кабину, все железки растащили!

— Кто первый к вертолету подошел? — Олег Иванович начал свирепеть, отчего бригадир опасливо попятился назад. — Дать сюда эту крысу!

Куцый пулей выскочил из кабинета, через несколько секунд вернувшись, толкая перед собой здоровенного братка с татуированными до синевы руками.

— Матрос… То есть, Владимир Павлович, это он первым у вертолета был! — поспешил сообщить Куцый.

— А чё я… — протянул было Матрос, но тут же замолчал, получив болезненный пинок в почку от стоящего позади бригадира. — Ваша Светлость… Я первый возле вертолета… Был…

— Ты у меня на кол сядешь, если не скажешь, кто портфель скрысил! — худощавый пахан смотрелся совсем тощим, на фоне груды мышц подчиненного. — Ну?

— А чё я… — снова затянул свое Матрос и опять получил пинок. — Не было там портфеля! Сумка с инструментом, ну была… Барахло у шоферов, ну было, ну так мелочь одна… Ну… Котлы разбитые, крестики, ну…

— Сенька! — заорал Курган и влепил бугаю крепкую пощечину, наотмашь, пропахав перстнем глубокую царапину на щеке.

— Слушаю, Ваша Светлость! — лакей моментально нарисовался на пороге.

— Зови Кашу и Бермуда, пусть с этими башмаками[45] на поле съездят! Если найдут портфель, этих всех, в холодную, без жратвы и выпаса на неделю! А если не найдется, пусть шмонают всех и каждого, большой вальс[46] устроить!

Проводив взглядом испарившегося лакея, Курган перевел дух и зацепился глазами за лежащие на полу ящики. Что-то в них не давало ему покоя, какая-то незаметная деталь выбивалась из порядка…