Аллергия на №1 (СИ) - Мейд Алекс - Страница 40

Теперь Перпетуя испуганно на нас посмотрела, наконец, понимая, что настроены мы решительно. А связываться с полицией — то ещё удовольствие. Я же был тупо зол. Мне не нравилось, что я снова был втянут в дела с наркотой, при том чуть не погиб.

— Ладно, — вздохнула она. — К нам в бар часто заходил один молодой мужчина. По типу Кристиана Грея. Я с ним всё время разговаривала. Но около двух недель назад он пришёл очень злой… я бы даже сказала, что разъяренный. Говорил, что ты мразь и утырок. Я ему говорю, мол, всё образуется. Но тот лишь усмехался и что-то ляпнул про твою наркозависимость, а потом странно на меня так посмотрел и спросил: "Если я заплачу тебе триста тысяч, ты сможешь выполнить одно поручение?". Я в шутку сказала, что за триста тысяч готова хоть сейчас с ним переспать. Он ответил, что это не понадобится.

— Зовут его как? — спросил я.

— Он не говорил, но этот парень тебя очень сильно ненавидит, — сказала Перпетуя. — Он потом пришёл на следующий день и дал две пачки таблеток. Одну сказал подкинуть тебе в карман брюк, а другую же в воду. Я думала, что он шутит и всё это не всерьёз, ну и согласилась. Я честно думала, что это рофл какой-то над тобой. Этот же парень дал мне адрес ресторана, куда тебя везти и в каком клубе будешь.

— Переспала со мной ты тоже по его поручению? — решил уточнить я.

— Нет. Ты мне понравился. Я не думала, что ты окажешься таким забавным и красавчиком. Да и секс был не плох, — ответила девушка, пожав плечами.

Я повернул голову в сторону Саши и продекламировал истину:

— Вот видишь, какой я оказывается замечательный, а ты всё нос воротишь.

Блондинка закатила глаза и с глумливой улыбочкой на розовых губках сказала:

— Это всё магия алкоголя. Кстати, он ни кого другого не упоминал при разговоре с тобой? Или может что-то оставил? — обратилась Громова к девушке.

— Да нет, — проговорила девушка, задумываясь. — Один раз он приходил к нам в заведение с молодой женщиной. Красивая очень, конечно, но старше его. Светловолосая и в модном костюмчике брючном. Они что-то говорили про Испанию… нет, Италию.

Я кинул быстрый взгляд на Сашу. На лице девушки не дрогнул ни единый мускул, но вот глаза стали печальными. Как у кошки, которую оставляют в приюте хозяева.

— Может, она хоть что-то упоминала про дочь? — скорее был риторический вопрос, чем простой.

Неожиданно лицо Перпетуи посветлело и она быстро протараторила:

— Она говорила о ребёнке! Но она вроде как говорила не о взрослом, а в том, что она в положении. Парень хотел заказать ей вино, но женщина резко очень отреагировала.

Я и Саша переглянулись. У обоих застыл на лицах полный шок. Значит, мачеха беременна и не от отца, а это значило… Твою же мать!

После этого мы отпустили барменшу и пару минут сидели, переваривая все сказанное девушкой.

— Это получается моя мама забеременела от какого-то молодого мужика. А судя по тому, что тебя и дядю Андрея пытались убрать, то тоже самое может постигнуть и Илью, если не уже… Но для чего?

— Всё перейдёт единственному наследнику, Саш, — сказал я, массируя двумя пальцами зудящую от перенапряжения переносицу. — Все немалое наследство отца, и просто непревзойдённое наследство моей бабушки, которое она сколотила во время СССР ещё, когда начала строительство аэропортов в Японии, России и Чехии. И, как тётя Вика рассчитывает, тому, кто сидит у неё в животе, которого она хочет выдасть за Ельского. Устранить пытались меня, так как до меня ближе всего и легче добраться. Отца же припугнуть нехило так, чтобы у него начались неполадки со здоровьем.

— Подожди, Лев, — вдруг сказала Саша, складывая руки на груди. — Перпетуя сказала, что этот некто тебя безумно ненавидит и если он знал о твоей бывшей наркозависимости, то это кто-то из близких.

Если честно, то я был рад, что Сашка была со мной в этом расследовании. Девушка не только могла пошутить надо мной и взбодрить, но и умная, правда, не когда это касается чувств. В любом случае, всё казалось мне понятным и легко объяснимым.

— Может, кто-то из друзей семьи. Тем не менее, им придётся перешагнуть через Илью, который за своё наследство будет биться до потери пульса. А я вообще много кому, как кость в горле, — улыбнулся я.

— И тебя радует, что ты такой универсальный? — усмехнулась Громова.

— Нет. Меня радует, что теперь мы что-то узнали и есть хоть какая-то картина происходящего в голове, — сказал я. — Поехали к отцу. Думаю, он уже очнулся за это время. Только пока не стоит говорить ему о том, что мы узнали.

— Договорились, — кивнула светловолосой головой Саша. Внезапно телефон девушки затрезвонил. — Да? — Послушав всё, что ей сказали, она отключила телефон и откинулась в кресло.

— Что опять случилось? — спросил я.

— Жанна Романовна позвонила. Сказала, что полиция приехала, — медленно проговорила девушка. А затем и вовсе повернулась ко мне, заглядывая прямо в глаза. — Ельский, у меня почему-то такое ощущение, что приехали по твою душу, так как домработница была напугана.

Я сжал с силой руль. У меня тоже было такое ощущение, а теперь и вовсе уверенность. Хотелось бы знать ещё за что. И тем не менее, стоит решать проблемы по мере их поступления.

— Мне кажется, что они приехали, чтобы просто расспросить о нападении на отца, — говорю я, стараясь сказать это всё наиболее искренним и убедительным тоном. Не хватало ещё, чтобы Громова впадала в панику и теряла боевой дух. — Да не дрейфь, щекастая. Тем более, ты сама как-то кричала мне, что меня нужно упечь в тюрягу за излишне длинный язык, так что мечта сбудется.

Лицо девушки перестало походить на памятник скорби. Сашка зло прищурила темно-голубые глаза, готовясь уже вмазать мне. Вот. Теперь это уже моя девочка, которая никогда долго не будет грустить.

— Так же за отвратительное чувство юмора и твой негласный гимн: "в каждой бочке затычка", — прошипела она.

Я окинул её пристальным взглядом, понимая, что стоило бы закрепить эффект. Блин, а это оказывается приятно, когда кто-то о тебе волнуется.

— На свидания хоть будешь приходить? — весело поинтересовался я. — Тюремная романтика, Саш. Между нами стекло и, как в фильме, руки стоит положить на него.

— И после этого ты меня называешь чересчур романтичной? — рассмеялась девушка. — Ты что за фильмы смотришь?

— Те, что всегда со счастливым концом, — хихикнул я.

— Порно, что ли? — заразительным смехом расхохоталась Саша.

Я не мог сам удержаться от смеха. В груди было тепло от мысли, что я мог развеселить, как обычно, девушку и даже немного позлить. Неожиданно осознал, что все эти годы Сашка была тем человеком, о котором я всегда заботился. Я никому ничего не давал, зная, что моя поддержка и забота — даром не сдались никому, ну и просто не хотелось.

Взгляд девушки остановился на мне, когда я уже просто наблюдал за ней. В животе образовался какой-то узел. Саша придвинулась ближе ко мне. Я кожей ощутил её смятение и страх. Сам придвинулся ближе, отчего ресницы девушки затрепетали. Моя рука обвила её талию и усадила к себе на колени. Теперь я ощущал себя в коконе из её аромата, а пахла она восхитительно: зелёными яблоками и чем-то свежим.

— Ты — самая большая проблема в мире, Ельский, — прошептала она, хотя её руки робко двинулись вверх по моему торсу к груди.

Её дыхание сбилось, когда я убрал с её шеи волосы и прижался губами к небольшой впадине, а затем поднимаясь выше к подбородку.

— В курсе, — ответил я, обнимая её лицо ладонями. — Но я проблема в твоём мире, а ты в моём. А двум проблемам стоит держаться вместе.

Мои губы мягко накрыли её. Я чувствовала как с тем, что начинаю вбирать в себя её дыхание, так сильнее во мне разгорался пожар, как и в ней. Пальцы девушки путались в моих волосах, а соблазнительное теплое тело прижималось к моему. Язык разомкнул её губы, прошёлся по ряду зубов и деснам, прежде чем коснуться её.

Не прерывая долгого поцелуя, она немного застенчиво стянула с меня толстовку, а же с неё футболку. Маленькие пальчики прошлись по плечам, груди и скользнули вверх по шее.