Тайна замка Морунген (СИ) - Корсарова Варвара - Страница 52

— Сугубо деловое свидание, — сухо ответила я.

— Что ж, жаль, — лукаво улыбнулась Карина. — Все же надеюсь, на этом свидании вы будете говорить не только о делах. Господин Цингер хорош собой и воспитан.

Я поморщилась. Хорош собой! Странные у нее вкусы, однако. Впрочем, в последнее время Цингер и впрямь стал следить за своей внешностью и каким-то образом избавился от прыщей. И язык у него подвешен что надо, он мог при желании выглядеть несчастным, трогательным и влюбленным.

Однако я думала, что Карина умнее и не купится на фиглярство. Но ей, разумеется, было выгодно отвадить меня от полковника, поэтому она решила играть роль свахи…

— Простите, мне пора, — я поспешила к двери, раздумывая, как поступить.

Я перечитала записку.

«Дорогая Майя! Прости, что пишу тебе, но у меня нет другого выхода. Я знаю, что сегодня в замке праздник, однако очень прошу тебя отлучиться и встретиться со мной в семь часов в старой сторожке в западной части поместья. Ко мне случайным образом попали сведения, которые могут оказаться очень важными для тебя и твоего будущего. Я должен передать их тебе лично. На кону стоит многое и времени мало. Прошу, постарайся прийти. Я хочу помочь.

Твой преданный друг,

Лео Цингер»

Тоже мне, преданный друг нашелся! Если он и правда раскопал какие-то важные сведения (Какие? Что-то связанное с правом на надел? С домом? С замком и полковником?), то он наверняка захочет получить что-то взамен. Бескорыстие и Лео Цингер — две вещи, которые стоят так же далеко друг от друга, как северный и южный полюс.

Может, показать записку полковнику?

Я задумчиво подняла глаза и увидела, как полковник приглашает Карину на танец в третий раз. Гости многозначительно улыбались. Отец Карины чуть ли руки не потирал от удовольствия.

Барон фон Морунген явно показывал, кому из присутствующих дам он отдает предпочтение.

— Сдается, в конце праздника он объявит о помолвке, — мрачно произнесла мне на ухо госпожа Шварц. Я вздрогнула и повернулась к хозяйке дома.

— Значит, он все-таки выбрал ее, эту пронырливую дважды вдову, — заключила госпожа Шварц. — Жаль. Я рассчитывала на другое.

Я сжала записку в кулаке, чувствуя, как стучит кровь у меня в висках.

Госпожа Шварц покосилась на меня и поджала губы.

— Я бы не прочь видеть вас своей невесткой, — вдруг сообщила она с кислой миной. — Я к вам привыкла. Однако вы хорошая девочка, хоть и упрямая, мне было бы жаль видеть, как Август губит вашу жизнь. Эту — она кивнула на Карину, — не жаль. Эта знает, на что идет. И она не влюблена. Любовь делает людей уязвимыми, слабыми и глупыми.

— Вы неправы, — ответила я. — Любовь делает людей сильными. Простите, мне нужно идти.

Я отвернулась и выскользнула из зала. Мне не хотелось быть здесь в тот момент, когда Август прилюдно объявит о своей помолвке, и все кинутся поздравлять счастливую пару.

Вместо этого я решила заняться своими делами. Повидаюсь с Цингером и выясню, что он задумал. Сейчас мое настроение как нельзя лучше подходило для встречи с бывшим женихом. Я была злой, несчастной и возбужденной. Если Лео начнет говорить гадости, ему не поздоровится.

На улице смеркалось, тучи затянули небо, но дождь так и не начался. Я быстрым шагом прошла по аллее, потом свернула на тропинку, которая вела к западной части поместья.

Лео писал о заброшенной охотничьей сторожке; идти было довольно далеко, и когда я приблизилась к ветхому зданию, раскраснелась, запыхалась и стала еще более сердитой.

Место было пустым и заброшенным. Слуги редко забредали в эту часть поместья. Иногда охотники оставляли здесь снаряжение, но сейчас никого подле сторожки не обнаружилось. Кусты окружали домик плотным кольцом, чуть дальше начиналась непролазная чаща.

Я подошла к рассохшейся двери и потянула заржавленную ручку.

— Лео! — позвала я. — Ты тут?

— Майя! — Лео выглянул наружу и расплылся в улыбке. Потом огляделся. — Ты одна? — спросил он настороженно.

— Да. Что ты хотел?

— Обсудить одно очень важное дело. Зайди. Лучше, чтобы нас никто не видел.

— Что за секретность? Быстро говори, и я вернусь в замок.

— О, я хочу многое тебе сказать…

Он поманил меня внутрь. Его тон мне не понравился. Я уловила в нем знакомые глумливые нотки. И еще больше мне не понравилось то, что Лео плотно захлопнул дверь и закрыл ее на засов.

— Так нас никто не потревожит, — пробормотал он, отошел от двери и нервно потер руки. — Садись, — предложил он и указал на деревянную скамью.

Я не стала садиться. В избушке были закрыты ставни, в очаге горел огонь. В углах колыхалась паутина, на полу лежал слой пыли и грязи.

Лео подошел ко мне, сунул руки в карманы и стал в упор рассматривать меня с гадкой улыбкой на тонких губах.

— Ну? — я потеряла терпение. — Если тебе нечего сказать, я ухожу.

— Не спеши, Майя. Я так соскучился по тебе. Позволь мне поцеловать твою руку… — Лео сжал мою запястье холодной ладонью и потянул к себе.

Я вырвалась и отошла на шаг.

— Какое у тебя ко мне дело? Что за важные сведения ты раздобыл?

Лео тихо засмеялся, и смех его был отвратителен. Он провел ладонью по своим рыжим волосам и признался самодовольно:

— Никаких сведений у меня нет. Это был предлог заманить тебя сюда.

— Зачем?! Что ты задумал?

— Майя, ты нужна мне. Я хочу жениться на тебе.

— Слышала уже. Интересно, в какой раз я собираюсь тебе отказать? В десятый? Или в двадцатый?

— Я больше не приму отказа. Ты проведешь эту ночь со мной. Утром нас найдут здесь вдвоем. И потом у тебя не будет другого выхода, кроме как принять мое предложение.

— Размечтался!

Я повернулась к двери, чтобы открыть засов, и охнула, когда мне это не удалось.

— Ты повесил замок! Немедленно отдай ключ!

— Нет, Майя. Не отдам. Разве не слышала меня? Эту ночь ты проведешь здесь. Со мной.

Он подошел и неожиданно обнял меня сзади, а его губы коснулись моей шеи.

— Ты такая красивая… в этом розовом бальном платье. Боже, как от тебя пахнет! Ты сводишь меня с ума…

Он тискал и сжимал меня, я крутилась, пиналась и отбивалась, но руки у него были цепкие, поэтому вырваться удалось не сразу.

Страха я не испытывала, только гнев и досаду. Господи, какой же он мерзкий дурак! Неужели решил, что сможет меня соблазнить липкими поцелуями? И я хороша: пошла сюда одна, на свидание с Лео Цингером, как будто забыла, кто он такой, и сколько неприятностей он мне доставил!

Я бросилась к двери, но Лео перехватил меня за талию и потащил к топчану в углу, покрытому облезлой медвежьей шкурой.

— Отпусти! — я лягалась и визжала, но он бросил меня на жесткую поверхность с такой силой, что воздух вылетел из моих легких, и минуту-другую я не могла вздохнуть.

— Кричи сколько влезет, — спокойно сказал Лео, снял сюртук и принялся отстегивать помочи. — Тут тебя никто не услышит. Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому.

— Ты что, собрался меня взять силой? — произнесла я и засмеялась, хотя смех отозвался болью в ребрах.

— Если потребуется.

Он начал торопливо расстегивать брюки, но в этот момент я поднялась и изо всех сил толкнула его в грудь. Лео не ожидал нападения; качнулся, сделал пару шагов назад и упал на спину, опрокинув по пути стул.

Он выругался сквозь зубы, быстро поднялся и бросился на меня. Я встретила его хлесткой пощечиной, а потом сжала руку в кулак и изо всех сил ударила его в челюсть.

В последнее время я не раз бралась за тряпку и наждак, чтобы отполировать заржавленные поверхности, и таскала тяжелые ведра, когда помогала служанкам. Теперь мои руки были куда сильнее, чем два месяца назад.

Лео отшатнулся, как пьяный, замычал и покачал головой, потом схватился обеими руками за лицо.

— Ну? — крикнула я. — Попробуешь еще? Давай!

Я подняла табуретку и занесла над головой. Лео попытался обойти меня слева, потом справа, потом сдался.