Как повергнуть герцога (СИ) - Данмор Эви - Страница 62

Падение было неизбежным.

На мгновение мир замер, став ясным и чётким, как осколок стекла. Себастьян увидел над собой чистое небо и развивающуюся гриву.

Конь его раздавит.

Он выдернул ноги из стремян, но земля приближалась слишком быстро. Перед тем, как Себастьян погрузился в кромешную темноту, перед глазами возникло самое дорогое и любимое лицо на свете.

Под маленьким столом ноги Аннабель совсем заледенели на сквозняке. Пора спать. Время близилось к полуночи, а масляная лампа горела совсем тускло. Но Аннабель знала, что не сомкнёт глаз. При желании она могла притвориться, что всё ещё является студенткой с блестящим будущим, ведь обстановка в её коморке очень напоминала комнату в Леди-Маргарет-Холле. Здесь находился такой же письменный стол, шаткий стул и узкая койка. Но на этом сходство заканчивалось. Ни книг, ни папок на столе. Только лист бумаги с тремя одинокими строчками:

Вернуться в Чорливуд.

Устроиться гувернанткой на севере.

Выйти замуж за Дженкинса.

Теперь это были её единственные варианты сохранить крышу над головой и не запятнать репутацию.

Правда, она приехала в Оксфорд, чтобы избежать подобной участи: Чорливуда, низкооплачиваемой работы и уязвимого положения или брака с нелюбимым человеком.

Две недели. Миссис Форсайт дала ей две недели, чтобы найти новое занятие.

"Я компаньонка, — многозначительно заявила она. — Моя задача беречь женщин от неприятностей, а не связываться с теми, которые уже с ними столкнулись".

Будущее представлялось Аннабель чёрной пропастью, готовой поглотить её целиком.

Она прижала ладони к лицу, пытаясь отгородиться от своих уродливых страхов, зловеще смотревших на неё.

— В душе я солдат, — прошептала Аннабель. — Я справлюсь…

Внезапный шум заставил её выпрямиться. Из коридора внизу доносились взволнованные голоса, сопровождаемые истерическим лаем мальтийской болонки миссис Форсайт.

Аннабель встревоженно вскочила на ноги. Ей показалось, будто миссис Форсайт спорила с мужчиной.

А затем на лестнице раздались тяжёлые мужские шаги, от которых задрожали половицы.

Она стиснула на груди края халата, инстинктивно оглядывая комнату в поисках оружия.

Бум-бум-бум.

Дверь сотрясли мощные удары кулаком.

Но Аннабель поразило не это, а мужской голос.

— Аннабель!

— Сэр! — взвизгнула миссис Форсайт.

Себастьян. Здесь был Себастьян.

Бум-бум-бум.

Аннабель подошла к двери на дрожащих ногах.

— Сэр, прекратите, — вскричала миссис Форсайт. Дверь с грохотом распахнулась, ударившись об стену, и в комнату ворвался Себастьян.

Всё вокруг замерло: шум, время, сердце. Себастьян выглядел так, будто пришёл решить вопрос жизни и смерти. Из комнаты словно выкачали весь воздух. Себастьян молча уставился на неё. Его лицо было чертовски бледным.

Сделав два больших шага, он заключил Аннабель в объятия.

Его пальто всё ещё хранило зимний холод, а грубая шерсть слегка царапала её лицо.

Она неподвижно стояла в кольце его рук, всё ещё не осознав до конца, что он пришёл к ней. Аннабель не рассчитывала увидеть его вновь, и уж тем более оказаться в его объятиях.

— Любовь моя, — проговорил он. Прижимаясь ухом к груди Себастьяна, Аннабель услышала рокот его голоса.

Как жестоко. Её четвёртый вариант, самый желанный, самый важный, стоял прямо перед ней, а она пыталась поступить правильно, что само по себе исключало этот четвёртый вариант.

— Мисс Арчер, кто это? — взвизгнула миссис Форсайт в дверях, заметив обнимающуюся пару. — Я возражаю, я категорически возражаю! — воскликнула она. — Джентльменам вход запрещён, я очень чётко изложила это правило, это недопустимо…

Себастьян повернулся вполоборота и захлопнул дверь прямо перед разъярённым лицом миссис Форсайт, крепко обнимая Аннабель одной рукой.

Она высвободилась из его объятий.

— Что случилось? — спросила Аннабель и сразу добавила: — О Боже, что-то с твоим братом? Он…

— Нет, — ответил Себастьян. Его жёсткий взгляд выводил из равновесия.

Она сделала маленький шаг назад.

— Монтгомери, ты начинаешь меня беспокоить.

Между его бровями залегла суровая складка.

— Не называй меня так.

— Хорошо, — согласилась Аннабель и скрестила руки на груди. — Себастьян. Наверняка найдётся более подходящее время…

— Я пришёл просить твоей руки.

Она непонимающе посмотрела на него.

— Выходи за меня замуж, — повторил он, делая шаг в её сторону.

Аннабель неуверенно рассмеялась.

— Почему ты вдруг решил сделать мне предложение?

— Ты смеёшься, — прорычал он. Себастьян схватил её руку и прижал к груди, там где билось его сердце. — Положи конец этим страданиям, Аннабель. Выходи за меня.

Она попыталась высвободить ладонь, но тщетно. По спине пробежала тревожная дрожь.

— Что на тебя нашло?

— Я упал с лошади сегодня вечером.

Её свободная рука взлетела ко рту.

— Нет.

— Фазан, — объяснил он, — в борозде прятался маленький фазан. Аполлон испугался и поскользнулся. С ним всё в порядке.

Аннабель оглядела его с ног до головы в поисках травм.

— А с тобой?

Повисла пауза.

— Я думал, что умру, — тихо проговорил Себастьян.

Кровь отхлынула от её лица, а сердце болезненно сжалось.

— Как видишь, моё время ещё не пришло, — сказал он. — Земля размягчилась из-за дождя, вместо моей головы удар приняла на себя шляпа.

Аннабель вышла из оцепенения и обвила руками его шею.

— Ш-ш, — сказал он, заботливо её обнимая, — теперь я здесь.

Она только крепче вцепилась в Себастьяна и попыталась зарыться в его объятия, желая сорвать с него тяжёлое пальто, все слои шерсти и хлопка, которые мешали ей почувствовать жар и силу его тела.

Он прижался губами к её волосам.

— Выходи за меня замуж, Аннабель.

Она резко вскинула голову.

— Пожалуйста. Пожалуйста, не говори так.

Он нахмурился.

— Почему? Ты отказываешься стать моей любовницей. Хочешь сказать, что и женой не желаешь быть?

Аннабель попыталась оттолкнуть его, но он не сдвинулся с места.

Когда она посмотрела в его неестественно яркие глаза, её охватил страх.

— Дело не в том, чего хочу я, — пробормотала она. — Я не хочу быть твоей любовницей, но уж точно не могу стать твоей женой.

Себастьян наклонил голову.

— Почему нет?

— Ты точно повредился головой! Ты прекрасно знаешь почему, это невозможно.

— Очень даже возможно. Я делаю тебе предложение, ты соглашаешься. И только.

И только.

Аннабель почувствовала странное головокружение. Её самые сокровенные мечты могли исполниться, скажи она всего лишь слово.

— Нет, — с трудом выдавила она. — Нет, я бы никогда не попросила тебя поступиться своим именем, разрушить жизнь ради меня…

— Ты не разрушишь мою жизнь.

Аннабель напряглась, Себастьян крепче сжал её в объятиях, едва не раздавив.

— Нет, — сказала она, — пожалуйста, отпусти меня.

Он повиновался, раздражённо фыркнув. Аннабель отпрянула от него, будто обожглась.

— Выслушай меня, — сжимая руки по бокам, сказал он. — Многие годы я боялся, что упаду с лошади, не успев произвести на свет наследника. И, вот теперь, когда это случилось, я был уверен, что сломаю себе шею, но, глядя в глаза смерти, думал ли я о замке Монтгомери, или о титуле, отце, или наследнике?

Себастьян снова потянулся к ней, но Аннабель снова уклонилась. Его лицо помрачнело.

— Я думал о тебе, чёрт возьми, — сказал он. — Я видел твоё лицо так же ясно, как вижу его сейчас, когда ты стоишь передо мной. Я чувствовал лишь глубокое сожаление о том, что нам довелось провести так мало времени вместе. Аннабель, наши отношения — это и есть моё незаконченное дело.

Да помогут ей небеса. Себастьян был настроен абсолютно серьёзно.

Или, по крайней мере, он так думал.

— Я польщена, — ответила она, стараясь говорить спокойно, — безусловно. Но ты наверняка и сам понимаешь, что сейчас сам не свой и не можешь трезво мыслить.