Война закончилась, львёнок (СИ) - "Линадель" - Страница 174

— Ну-ну, — почти пропел он, с мерзкой ухмылкой, — не нужно так нервничать. Я здесь не для того, чтобы навредить тебе…

Гермиона сжала губы, не вступая в разговор. Ее напрягало то, что Лестрейндж уверенно ведя ее в танце продвигался все дальше от Северуса. Они уже были на середине огромной залы.

— Как вы смогли сюда попасть? — не удержалась от вопроса Гермиона, и его губы изогнулись в улыбке.

— Я тоже читал книги из библиотеки Малфоев. Вот на моего братца действуют ограничения, которые нацепил Люциус, а на меня нет.

Он мог прийти сюда в любой момент и Нарцисса и Драко могли оказаться в его власти. Надо сообщить об этом, пока не поздно. Пока он не увел ее. Гермиона пробежалась глазами по толпе, выискивая Нарциссу.

— Я не собираюсь вредить им, — словно прочитав ее мысли, ухмыльнулся Лестрейндж. — Моя жена любила сестру. А я любил жену, — его голос дрогнул, — Люциуса бы я конечно с радостью убил. Он мерзкий трус. Но хитрого лиса почти никогда не бывает дома.

Гермиона понимала, что он почти увел ее. Ото всех. Тело напряглось, готовясь к бою. Еще пара танцевальных па по кругу, и они оказались перед огромными дверьми, куда Лестрейндж подтолкнул ее, держа кончик палочки под ребрами. Затем долгий путь по бесконечным коридорам Малфой мэнора, и они вошли в одну из гостевых комнат.

Он не нападал на нее. И Гермиона, в очередной раз проклиная себя за глупость, которая заставила отправиться на бал без палочки, просто послушно делала то, что ему нужно. Он был вооружен. Она не хотела сдохнуть так бесполезно.

Лестрейндж тут же связал веревками ее руки и посадил на кровать. Сам взял стул и сел рядом с ней. Он открыл их лица, скинув маски. Его глаза лихорадочно блестели. Гермиона подумала, что, наверное, от предвкушения убийства грязнокровки. Может быть это сладкая цель любого Пожирателя. Очистить магический мир от таких, как она. Пусть и вот так, по одному.

— Ты не боишься меня, — задумчиво произнес Лестрейндж, и Гермиона с удивлением отметила, что действительно не боится. Хотела бы иметь палочку, чтобы драться, хотела бы предупредить Малфоев. Но страха не было. — Что ж, похвально, Грейнджер. Так даже лучше. А то я думал, что придется вытерпеть истерику, прежде чем мы поговорим.

Что? Поговорим? Вот этого Гермиона точно не ожидала.

— Давайте ближе к делу, — сказала Гермиона, вскинув бровь, — думаю еще пара минут и Северус поймет, что меня нет в зале. И тогда, еще от силы минуты три, чтобы меня найти. В итоге у вас не больше пяти минут, чтобы объяснить мне что происходит.

В глазах Лестрейнджа она заметила тень восхищения, мелькнувшую и тут же погасшую. Потом его глаза снова блеснули безумным огоньком.

— Я убью Селвина, — сказал Лестрейндж, и Гермиона снова едва поверила своим ушам. Но не стала задавать глупых вопросов, предоставив Рудольфусу время для объяснений и теперь желая, чтобы Северус дал им еще пару минут сверху. — Вижу, ты заинтересована. Признаюсь, Селвин меня разочаровал. Я люблю убивать магглов, — Руди рассмеялся, — но не массово. Теряется ведь вся прелесть убийства. Никакой индивидуальности. Я не хочу войны и чту Статут. Лорд всегда ценил волшебную кровь и проливать ее так глупо… Мы каким-то образом ушли от изначальной цели, в странную одержимость взять Министерство за яйца и укокошить тебя, дорогая. Но даже если вы выполните все наши требования, в чем я, конечно, сомневаюсь, город все равно падет… Кстати, насчет города могу дать подсказку, если договоримся…

— Что ты хочешь взамен? — перебила его Гермиона, поняв мотивацию Лестрейнджа и не желая слушать его бесконечные разглагольствования. Она чувствовала, как леденеет рука, Северус использует ее магию, чтобы понять, где она.

— Я тебе говорил, что любил свою жену? — протянул он продолжая улыбаться, — Я знаю, как она умерла… И от чьей руки. Мне рассказали, знаешь ли… — Лестрейндж, провел пальцами по древку, внимательно его изучая, потом поднял взгляд на Гермиону и выдал: — Я хочу Молли Уизли или, на крайний случай, ее дочь…

Лестрейндж откинулся на стул, наблюдая за эффектом, который произвели его слова.

— О, я наслышан о дружбе Золотого трио. Наверняка ты и в семью их вхожа. Подумай, Гермиона Грейнджер. На весах стоит жизнь одного человека, против десятков тысяч.

Мужчина засмеялся, оглядывая взбешенное лицо девушки.

— О, вижу, тебе не нравится мое предложение… Ну что ж, скажу сразу, против Селвина я не пойду без причины. Мне нужно что-то веское, чтобы рискнуть… Поэтому, предлагаю тебе подумать…

Гермиона открыла было рот, чтобы послать его куда подальше, но тут дверь в комнату взорвалась сотнями разлетевшихся щепок, снесенная магией. Лестрейндж, вскочив, бросился в камин, выставив сзади щит, чтобы отразить заклятия, полетевшие в него. Гермиона увидела, как полыхнуло зеленое пламя, уносящее темную фигуру в неизвестном направлении.

— В порядке? — встревоженно спросил Северус, появившийся в следующую секунду перед ней. Он обшаривал тело Гермионы руками, пока она сидела, глядя в камин, где исчез Рудольфус. Ведьма неуверенно кивнула, встретившись с темными глазами.

— Он ничего мне не сделал, — ответила она, поднимая запястья, которые Северус тут же освободил. Она встала и сразу оказалась в его сильных руках. Выдохнув, Снейп сильно прижал ее к себе. Гермионе стало тяжело дышать, но он все продолжал стоять так, не выпуская девушку из объятий. — Северус… Со мной все в порядке.

Гермиона заметила, что рядом с ними Люциус что-то делает с камином, скорее всего запечатывает его или пытается выяснить куда ушел нерадивый родственник. Ведьма коротко рассказала Северусу, чего хотел от нее Руди, и они оба пришли к выводу, что к Уизли нужно приставить еще мракоборцев.

Северус вскинул палочку, вызывая патронус, чтобы дать распоряжения, пока Гермиона задумчиво крутила в пальцах бумажку, которую успел сунуть ей в руки Лестрейндж. Ведьма смяла ее, скривившись в отвращении. Этакая мини-инструкция, куда привести Уизли. Он что, всерьез думал, что они пойдут на это?

Заметив, что в комнате давно стоит тишина, она удивленно вскинула голову и оторопела. Снейп стоял напротив белого шара, зависшего перед ним и с ужасом, смотрел на белый сгусток. Кажется, это был патронус. Его патронус. Но это была не лань. Это вообще было ничто…

— Что… Лили… — прошептал он и его лицо исказилось.

Гермиона осторожно приблизилась к нему, положив руку на плечо. Она смотрела на патронус, и в голове не укладывалось, что произошло. Лань исчезла, и как бы Гермионе не было неприятно, от осознания того, что его патронусом все еще является заступник его давней подруги, но такого бы она ему ни за что не пожелала. Ведьма негромко, успокаивающе произнесла:

— Северус, не волнуйся, она вернется. Что-то не так, но мы разберемся. Все будет хорошо…

— Нет, она никогда не уходила…

Снова тишина.

— Это было твое счастливое воспоминание, — задумчиво произнесла Гермиона, глядя на его белый шар, потом осторожно заметила: — Возможно, теперь твой патронус решил подпитаться чем-то другим.

Северус взмахнул палочкой, убирая заступника. Опустил голову и сжал кулаки. Гермиона чувствовала, как под ее пальцами напряглось его тело. Ведьма на интуитивном уровне поняла, что руку надо убрать. Он не хочет сейчас ее поддержки. Но следующие слова Снейпа выбили из нее дух.

— Я потерял с тобой себя, — медленно произнес он, и это было как пощечина. Слова хлестко ударили в самую цель, заставив сделать шаг назад.

Он повернул к ней голову, пронзив взглядом холодных черных глаз. Словно ударил еще раз.

— С-северус… Не говори так… — она так давно не видела такого Снейпа, что сейчас совсем растерялась, — что-то изменилось, да… — Гермиона с трудом сдерживала себя, чтобы не заломить руки от нервозности. Ей казалось, что ее жизнь полетела в тартарары. Снова. Но вдернув, подбородок, она нашла в себе силы, уверенно произнести: — Возможно, ты, наоборот, просто находишь себя. Так имей смелость принять это Северус Снейп. — Гермиона не удержалась от язвительной реплики, почти выплюнув: — И не волнуйся, вряд ли твой патронус станет выдрой…