Приворот на инквизитора (СИ) - Смирнова Диана - Страница 4

- Теперь легче, на стол положи, - инквизитор кивнул на столешницу.

Я послушно сделала то, что он просил.

- Теперь ты чувствуешь, Егор, - повернулся мужчина к длинноволосому, - если бы девчонка была опытней, вы бы с Ромкой её так просто не взяли.

- Павел Валентинович, но этого же. - в голосе Егора звучало удивление.

- Разберёмся, - инквизитор отпустил мою руку, устало потёр виски, - воздействие - месть за сильную обиду. На первый раз обойдемся штрафом.

- Скажи фамилию, имя, отчество и возраст, - посмотрел на меня рокер.

- Светлова Дина Андреевна, двадцать два года.

- Учишься или работаешь?

- Работаю. Кафе, администратор.

- Адрес, телефон.

Я назвала.

- Распишись.

Егор повернул ко мне заполненный бланк, подал ручку.

Мне не хотелось ничего подписывать, но интуиция подсказывала, что с этими людьми спорить опасно.

- Теперь печать, - парень взял принесённый Марией Семёновной прибор, снял крышку, -дай левое запястье.

- Ей другая нужна, - остановил Егора Павел Валентинович.

Парень бросил на меня какой-то странный взгляд.

- Паша, может не надо, ребёнок ведь совсем, - прошептала Мария Семёновна.

- Маша, правила... Она должна заплатить за такую силу.

- Примочку сделаю, - женщина вышла в коридор.

Егор с напряжённым лицом, вытащил какую-то коробку из ближайшего шкафа, достал из неё газовую горелку, бинт, металлический стержень с деревянной ручкой.

В душе поднималась паника: что бы они ни задумали, это плохо.

- Сиди. - голос Павла Валентиновича припечатал меня до того, как я подумала встать с этого проклятого стула.

Егор чиркнул зажигалкой, поджигая горелку, посмотрел на начальника:

- Какую ставить?

Мужчина поднялся, подошёл к коробке, извлекая продолговатую пластину, прикрепил ее к наконечнику штыря, сунул в пламя горелки, посмотрел на меня:

- Будет немного больно. Но так нужно. Печать - твоя плата за силу. Егор, помоги ей. Парень достал бинт из упаковки, протянул мне:

- Сожми зубами и опусти голову на колени.

Да пошли вы нахрен!

Я вскочила со стула.

Они собираются меня заклеймить, как свинью на ферме!!!

Егор попытался схватить мой локоть, но я извернулась и метнулась к двери, готовая драпать отсюда без куртки. Но мне даже не дали дотянуться до ручки, схватили за шиворот и рванули назад. Через секунду я уткнулась лицом в свитер Егора, рука парня грубо стиснула мой затылок.

- Пусти, сука!

Я упёрлась в него ладонями, попыталась вырваться, но парень другой рукой перехватил мою талию, пресекая любые попытки освободиться, а через секунду сопротивление потеряло смысл.

Спину обожгло адской болью, она просверлила, буквально, всё тело, от макушки до кончиков пальцев. Мой крик утонул в чёрном свитере, превращаясь в хриплое мычание и сменяясь надрывными всхлипами.

- Всё, - сквозь пелену отступающей боли до меня донёсся голос Павла Валентиновича, -отпусти её, Егор.

Уроды!

Парень дотащил меня до стула, заставил сесть. Скуля, как раненый щенок, я потянула руку к месту ожога.

- Не трогай, - парень перехватил моё запястье.

- Да пошёл ты... - Я вырвала руку из его пальцев, мне уже попросту нечего было бояться, посмотрела в глаза, - чтоб ты...

- Не надо, - голос Павла Валентиновича остановил моё проклятие, - ты его не пробьешь. Пойми нас правильно, клеймо на спине - меньшее зло, нежели бесплодие и вечное одиночество.

Появление Марии Семёновны остановило меня от желания сказать этому хмырю, в каком гробу я видела его наставления.

- Паша, ну зачем же вы так... - женщина поставила на край стола контейнер, в котором плавал кусок марли, замоченный во что-то коричневое.

- Маша. - Павел Валентинович, произнес её имя с нажимом.

- Ой, божечки, - вздохнула Мария Семёновна, - потерпи, милая, сейчас всё сделаю. Женщина оттеснила Егора в сторону, опустила ладонь на мой затылок.

Я дёрнулась, уходя от этого прикосновения.

- Тихо, милая, тихо, - женщина осторожно обняла мои плечи, прижала голову к своей груди, зашептала, ласково поглаживая по волосам, - послушай меня, пожалуйста. Существуют правила, которые ни я, ни ты обойти не можем. Ведьма должна заплатить за силу красотой, счастьем, здоровьем, возможностью иметь детей. Печать позволяет нам уклониться от этой платы. Боль пройдет и останется только след, который скроется под одеждой. Ты поймёшь это потом, а сейчас просто поверь мне, хорошо ?

Я закивала. Мария Семёновна, была единственной, кому в этой комнате хотелось верить и доверять.

Женщина отпустила меня, мягко заставила наклониться, оттянула ворот свитера, подула на кожу, где до сих пор пульсировал комок боли, зашептала что-то. Егор бросил мне на колени упаковку бумажных салфеток. Хотелось запустить их ему в лицо, но неожиданно отступившая боль отвлекла меня от этого жалкого порыва мести.

- Всё, моя хорошая, всё... - Мария Семёновна приложила к месту ожога что-то влажное, послышался звук отрываемого лейкопластыря.

Потом женщина повернула к себе моё лицо, вытащила салфетку из упаковки, смахнула слезы, как ребенку, утёрла нос.

- Ей наставник нужен, - проговорил Павел Валентинович, - Мария Семеновна, возьмётесь? У девчонки будет ваш уровень.

- Да что ты, Пашенька, - женщина ласково пригладила мои растрепавшиеся волосы, - чему я её научу? Старушечьим наговорам? Пусть лучше Егорушка, он мальчик сильный...

Администратор подняла взгляд на парня. Тот выглядел немного растерянным:

- Павел Валентинович, давайте лучше Елизавета этим займётся или Светлана.

- Ты же знаешь Егор, если ученик сильнее наставника, обучение теряет смысл.

- У меня нет опыта.

Похоже, парень от этой идеи был не в восторге, и я тоже, но моё мнение здесь интересовало, пожалуй, только Марию Семёновну.

- Я подскажу, Егорушка, если что, - мягко улыбнулась, женщина, потом посмотрела на меня. - Ты повязку до сна не снимай, а как снимешь, ванну прими тёплую с травкой, крапивой или ромашкой, поняла?

Я кивнула.

- И чаёк пей, ты сил сегодня много потеряла, а я пойду.

- Ты давай, Егор оформляй ей штраф за воздействие "на болезнь" и отпускай девочку домой, а с завтрашнего дня начинай обучение.

Начальник и администратор вышли из кабинета. Егор принялся складывать в коробку инструменты моей недавней пытки.

- Нафига мне ваше обучение? - бросила я длинноволосому.

- Чтобы глупостей больше не делала! - рявкнул парень. - Чай пей!

Мне хотелось выплеснуть этот чай ему в рожу, но здравый смысл посоветовал не усугублять ситуацию, ведь печать могла быть только "цветочками" в арсенале их воздействий на ведьм.

Я послушно взяла чашку, руки тряслись, как у запойного алкаша. В душе, на смену бессильной злости, приходило покорное безразличие ко всей это ситуации, что-то из разряда "куда уж хуже".

Егор вернулся за стол, пододвинул к себе какой-то бланк, принялся заполнять. Я заметила, что его пальцы тоже подрагивают. В кабинете несколько минут висело напряжённое молчание.

- Вот, распишись, - Егор подал мне листок и ручку.

Я поставила подпись, сунула листок ему обратно.

- Это квитанция на штраф, можешь через терминал оплатить или онлайн, в окошко не суйся, не все сотрудники банка в курсе, - парень подвинул ко мне ещё один прямоугольный листок.

- Квитанция, бл*дь... Квитанция? - я рассмеялась в голос, подскочила, в ярости отбросила чёртов листок.

Горите вы все в аду со своими штрафами!

Бумажка на пару мгновений поднялась над столом, чиркнула Егору по щеке. Парень метнулся вперёд, стул с шумом отлетел к стене, он грубо обхватил мой затылок, притянул к себе.

- Сама виновата, не вы*бывайся теперь.

Ненавижу урода!

Он оттолкнул меня, сунул в руки улетевшую квитанцию, выскочил из-за стола, быстрым шагом покрыл расстояние до двери, сорвал мою куртку с вешалки, швырнул её мне, рявкнул: