Демоны души (СИ) - Елин Алекс - Страница 56

— Они ушли в Обитель, они же… — начал блеять Тиберий, но был немедленно прерван своим оппонентом.

— Они не хотят войны?! Чепуха! Они решили переждать, дождаться нашего ответа, и уж в зависимости от него будут действовать! Если мы прекратим нашу борьбу, они вернутся и уничтожат нас. Если мы продолжим — они присоединятся к нам, чтобы их самих не сочли за трусов и отщепенцев, которых заклеймят позором!

Тиберий задумался. На одной чаше весов была потеря власти и смерть, на другой… Кто знает, может быть Дарел и прав? Он никогда раньше не ошибался.

— Ты в этом уверен? — уже спокойно спросил верховный жрец. Дарел понял, что и на этот раз ему удалось выиграть.

— Конечно, — кивнул Дарел, возвращаясь в кресло. Раз уж врать, то врать до конца.

— Но нас осталось мало… Кое-кто из наших союзников отвернулся от нас…

— Это нестойкие и слабые духом, не следует на них обращать внимание, — заверил Тиберия маленький жрец. — Поверь, с нами не только жрецы Пантеры, Краха и Всех Богов Света, но и многие другие, а благодаря Нилу мы смогли перетащить на свою сторону не только военных, но и бизнесменов; невеста Нила принесла нам много полезных связей в среде старой аристократии и ноэлов. Все трудности — временные. Мы раскрутили колесо богов, его уже не остановить.

— Ты можешь быть убедительным, когда захочешь, — с некоторым сомнением все же отметил верховный жрец. — У тебя есть план?

— Само собой, и мы с тобой ему следуем, — пожал плечами коварный Дарел. — Поверь мне, он приведет нас к успеху.

— Я бы с удовольствием тебе и дальше безоговорочно верил, — признался Тиберий. — Ты никогда меня не подводил, но ты скрыл от меня нападение жриц Лоули и наши потери! — вновь начал заводиться верховный жрец. Дарелу непреодолимо захотелось огреть его по голове чем-нибудь тяжелым, но он все же сдержался.

— Тиберий, я сводил к минимуму урон, что нанесли нам и нашему престижу жрицы Лоули, поэтому я послал к тебе с вестью одного из послушников. Неужели он до тебя не дошел?

— Нет! Я узнал о произошедшем только сегодня! И узнал случайно!

— Надо будет и с этим разобраться. Наверное, этот парень связан с теми, кто сдал нас мероэ, — вновь соврал Дарел.

— Ты должен был лично меня известить! — истерично пискнул Тиберий.

«О, Кром, и что ж вокруг меня сплошные истерички-то?» — мысленно взмолился серенький жрец, но вслух невозмутимо поинтересовался:

— Тиберий, неужели ты полагаешь, что при подготовке восхождения на трон господина Роуза и общественного мнения к этому событию, а также при отражении опасностей, направленных на наш орден, у меня есть время каждые пять минут бегать к тебе с докладом? Лично?! Я отправляю к тебе посыльных. Если я буду заниматься ежечасными докладами, то тебе придется лично заниматься возвращением власти и престижа нашему ордену.

Верховный жрец недовольно покосился на Дарела, но был вынужден признать его правоту.

— Хорошо, но в следующий раз тебе было бы неплохо убедиться в надежности посыльных.

— Само собой, — кивнул Дарел. — С другой стороны, это хорошо, что он не передал тебе мое послание. Я теперь знаю, с кого надо начать поиск предателей в нашем ордене. Они поплатятся за гибель наших товарищей!

— Хорошо, — величественно согласился сухонький жрец. — Найди их! Но будь осторожен, — милостиво позволил Тиберий.

— Буду, — пообещал Дарел. — Теперь я должен идти. Нам предстоит большая работа, а все надо лично контролировать. У тебя же, я полагаю, и без этого множество дел.

— Ты прав, Дарел, — царственно кивнул Тиберий. — Мне надо готовиться к вечерней большой проповеди в храме. Туда должны придти мэр Фритауна и несколько министров, для которых после проповеди я даю прием. Они всегда щедро одаривают наш орден…

— Это очень важное мероприятие, — с серьезным лицом кивнул маленький жрец. — Позволь мне удалиться?

— Конечно, иди, работай, — разрешил Тиберий.

Дарел неслышно выскользнул из кабинета верховного жреца и быстро зашагал прочь.

О, боги, дайте сил не прибить этого выскочку и идиота! Сместить его сейчас никак нельзя: в случае провала Тиберию была уготована роль козла отпущения, поэтому его приходилось терпеть. Хотя Тиберий переставал быть Дарелу удобной ширмой, им становилось трудно управлять из-за трусости и глупости самого верховного жреца. Чем сильнее накалялась ситуация, тем истеричнее становился Тиберий, тем больше он хотел отступить, спрятаться в нору. Смещать же его пока было рано.

Дарел тихо вздохнул и отправился по делам, молясь, чтобы ему хватило сил и терпения надолго.

Глава 8

17, месяц Гроз, 5555 года — 18, месяц Гроз, 5555 года

День сменял день, лето сменило весну, жара во Фритауне стала еще более сильной. В Академии занятия шли своим чередом, доводя будущих генералов до изнеможения, как физического, так и морального, но ноющая боль в сердце от невозможности летать и обида на судьбу, что заставила Рика и Стюарта бросить небо, не проходила. Умом оба друга понимали, что они и попали-то в Академию так быстро лишь потому, что стали лучшими в своем деле, а стать лучшим — значит потерять небо.

После долгих и трудных занятий, а также виртуозного побега из лап Анны Грейсстоун, затащившей друзей на торжественный ужин с обязательным присутствием на нем Конни Лаввальер, Стюарт и Рик решили незаметно ретироваться в их любимый бар «У аэродрома». В доме у Рика Анна могла их легко вычислить, а в бар приличной женщине в Розми вход был заказан. Анна была приличной женщиной и никогда в жизни не переступила бы порога подобного заведения. Хотя… жизнь — штука непредсказуемая и ничего не стоит загадывать наперед.

Бар «У аэродрома» был очень большим зданием, прямо таки огромным. В нем имелись три этажа, на которых и располагались три просторных зала. Первый отряд Фритауна обычно собирался на третьем этаже, где за дубовой стойкой любил похозяйничать владелец заведения. За его спиной возвышались ряды бочонков с ромом, виски и коньяком, стояли жбаны пива, высились целые шеренги бутылок вина, водки, текилы, виски, вермута и прочих спиртных напитков, отражавшихся в зеркалах, расположенных за барной стойкой. Справа на стене в пределах стойки была доска почета: на ней располагались фотографии знаменитых или прославившихся командиров Первого отряда с тех пор, как отряд был основан еще в прежней столице — в Ариэль. Под каждой карточкой крепилась табличка с именем командира, датами жизни и командования, а так же звание, в каком он стал командиром и в каком закончил военную службу. Не редко командиром становились в звании капитана или майора, а заканчивал службу лейтенантом или маршалом. С другой стороны стойки, имевшей форму буквы «Г», тоже имелась стена, отгораживавшая длинную стойку от зала, в ней была проделана арка. На особо почетном месте, над центральной бочкой с лучшим коньяком, висели фотографии всего первоначального состава Первого отряда, еще Ариэль, и фото главнокомандующих армии Розми, которые, по авторитетному мнению военных, собиравшихся здесь, были достойны занимать сие почетное место.

Надо сказать, что чести быть увековеченным на фото в пределах стойки знаменитого бара добиться было очень непросто. Лишь лучшие из лучших попадали на эту импровизированную доску почета. Таковыми их считать должны были все завсегдатаи бара, их коллеги и лично хозяин сего почтенного заведения… где, правда, регулярно случались побоища.

Все залы заведения были погружены в полумрак, ярко освещались только барные стойки в каждом зале. Стены были обиты деревом, пол устилал деревянный паркет, хоть оттирать кровь с него было куда сложнее, но все владельцы бара поддерживали именно такой благородный стиль своего заведения, напоминающий старинные таверны. Столики были квадратными, вдоль двух стен стояло несколько длинных столов для больших компаний и ряды кабинок с диванчиками. Вся мебель была не тяжелой, что стулья, что столы — чтобы никого случайно не убили во время драки!