Город на берегу неба (СИ) - Монакова Юлия - Страница 31

Оля замирала и дрожала от страха на каждой ступеньке, подолгу выжидая и прислушиваясь. Из спален не доносилось ни звука, но она всё равно не сразу собиралась с духом для того, чтобы сделать следующий шаг.

После пережитого на лестнице стресса ей показалось парой пустяков бесшумно приоткрыть дверь, ведущую на задний дворик, и выскользнуть из дома. Мгновение — и она оказалась снаружи.

Брэндон уже ждал её, сидя на одном из раскладных стульев — их так и не убрали после прошлого барбекю, когда Сандерсы и Оля дружно жарили сосиски на углях. Это было за пару дней до приезда Брэндона — кажется, ещё в прошлой жизни…

У Оли на секунду перехватило дыхание, и она замедлила шаг. Что ни говори, а ведь Брэндон пригласил её на самое настоящее свидание. Или это было не свидание? Нет-нет, оно самое! Встреча наедине… под открытым небом с романтично мерцающими на нём холодными звёздами… И то, какой радостью осветилось лицо Брэндона при Олином появлении, только подтверждало — это именно свидание!

Он поднялся ей навстречу, кивком приглашая сесть на соседний стул. Оля устроилась рядом, храня смущённое молчание. На самом деле она просто не знала, что сейчас нужно говорить и что делать, и предоставила Брэндону возможность самому её развлекать. В конце концов, это же он сюда её позвал!

— Ну, как тебе сегодняшний день? — негромко поинтересовался Брэндон, тоже с некоторой принуждённостью начиная разговор.

— О, всё было просто чудесно! — отозвалась она. — Я в полном восторге, правда. Так весело и душевно, по-семейному…

— Ещё более весело и душевно будет на Рождество, — пообещал он, и глаза его лукаво блеснули в полутьме. — В субботу мы с отцом поедем на ёлочный базар… А на сам праздник ожидается традиционный приезд бабушки и дедушки с Аляски. Они обязательно тебе понравятся, мировые старики!

— Жду с нетерпением встречи и самого Рождества, конечно, — улыбнулась Оля. — Я всегда мечтала увидеть, как празднуется American Christmas…*

— А разве в России по-другому? — с интересом спросил Брэндон.

Оля покачала головой.

— У нас главный праздник для большинства — это Новый год. Ёлка, мандарины, шампанское, майонезные салаты, красная икра и… холодец с хреном.

— А что это?

— Ну… что-то вроде мясного желе с очень пряной приправой.

— Если честно, звучит так себе.

— Это только русский оценит, — Оля не удержалась от смешка.

— Приготовишь на Рождество? — оживился он.

— Ой, нет, — она замахала руками, — избавь меня от такого удовольствия. Но что-нибудь из русских блюд, так и быть, приготовлю!

— Американские у тебя неплохо получаются, — похвалил он. Оля смутилась.

— Да я мало что сделала… просто помогла немного на кухне миссис Сандерс и твоим сёстрам.

— А вот и неправда! — горячо возразил Брэндон. — Вкус маминой еды я с детства знаю. Ты привнесла свои нотки. О, кстати… а я ведь кое-что забыл.

— Что забыл? — не поняла Оля.

— Помнишь ту песенку про День благодарения, которую вы пели во время готовки?

— Конечно помню.

— Какая там самая последняя строчка? — он хитро взглянул на неё.

До Оли наконец дошло.

– “And look — be sure you don’t forget to kiss the cook!” — пробормотала она, моментально краснея. “Убедись, что ты не забыл поцеловать повара…”

Брэндон удовлетворённо кивнул.

— Именно так! Так что я должен восполнить этот пробел.

У Оли моментально пересохло во рту. Брэндон наклонился к ней и тихо спросил:

— Можно?..

— М-можно, — торопливо облизав губы и сглотнув, выговорила она.

Господи, сейчас должен был случиться её первый поцелуй! Никогда ещё ей не было так страшно, и в то же время ничего ещё она не ждала так же сильно, как этого. Собственно, именно поцелуй и был загаданным Олей желанием, когда они с Брэндоном ломали счастливую косточку.

Брэндон придвинулся совсем близко, их губы были уже в нескольких сантиметрах друг от друга, но он по-прежнему не спешил. Сердечко у Оли в груди трепыхалось, как у трусливого зайца.

Он нежно провёл ладонью по её щеке, словно погладил, и шепнул:

— Закрой глаза…

Оля послушно зажмурилась и судорожно вцепилась в деревянные подлокотники стула, точно боялась, что сейчас упадёт.

— Расслабься, — услышала она и… в тот же миг почувствовала едва уловимое прикосновение к левому уголку губ. Она ещё не успела на это никак отреагировать, когда такое же лёгкое, почти невесомое и чуть щекочущее прикосновение досталось правому уголку её рта. Брэндон словно дразнил её, целуя не по-настоящему, а невинно и легко.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Оля невольно подалась вперёд, ему навстречу, и чуть-чуть приоткрыла рот. Ей хотелось большего, хотелось реальных поцелуев! Брэндон тут же поймал в плен её нижнюю губу, затем — верхнюю… а затем стал вытворять своими губами и языком такое, что Оля чуть не потеряла сознание.

Что там болтали девчонки в школе про свои первые поцелуи? “Мокро”, “неприятно”, “противно”… дурочки. Ничего-то они в этом не понимали! Первый поцелуй невыразимо прекрасен, если целуешься не со случайным типом, а с тем, кто для тебя — самый лучший, самый любимый… единственный.

___________________________

* American Christmas — буквально “американское Рождество” (англ.); имеются в виду традиции и специфика празднования Рождества Христова в США.

24

“It`s the Most Wonderful Time of the Year”, спел в далёком шестьдесят третьем году Энди Уильямс.* И был совершенно прав! Оля навсегда запомнила тот период, наполненный ожиданием рождественской сказки и надеждой на чудо…

Сразу после Дня благодарения Америку захлестнуло безумие предрождественской гонки. Выбор ёлки и подарков близким, грандиозные распродажи, Санта-Клаусы в торговых центрах и на площадях, корпоративы в офисах и вечеринки в школах и колледжах, запах имбирного печенья и шоколада, огромный каток на Юнион-сквер, праздничная иллюминация и традиционные венки из омелы и ёлочных веток, украшенные бантиками и перевитые ленточками…

На самое-то главное — это был счастливый и незамутнённый период Олиной первой влюблённости. Она летала как на крыльях!

Они с Брэндоном могли бы защитить диссертацию по поцелуям, потому что практиковались каждую свободную секунду. Только поцелуи, ничего, кроме поцелуев — Брэндон не распускал рук и не позволял себе лишнего, но, господи боже, какие это были поцелуи!..

Нежные. Страстные. Глубокие. Откровенные. Оглушающие. Лишающие сил, воли и рассудка. Дразнящие. Исследовательские. Робкие и вкрадчивые. Напористые и жёсткие…

Это были запретные и тайные поцелуи буквально под носом у остальных членов семьи, но никто так ничего и не заметил. Ни чете Сандерс, ни сёстрам Брэндона даже в голову не пришло, что у него может быть роман с русской гостьей. Вероятно, меньше всего подозрений вызывало как раз то, что было практически на виду — поэтому взаимные шуточки, которыми перекидывались Брэндон с Олей, бесконечные улыбки и многозначительные взгляды, которыми они постоянно обменивались, заставляли домашних лишь добродушно покачивать головами.

После четырёх выходных в честь Дня благодарения Брэндон снова уехал к себе в съёмную квартиру, и Оля с ума сходила от тоски. Она невыносимо по нему скучала, и лишь жаркие сообщения, которые он продолжал исправно присылать ей на телефон, хоть немного скрашивали её одинокое существование. Оля постоянно ждала, что он напишет, и бесконечно проверяла мобильный.

Затем — снова выходные, снова украденное короткое счастье и очередная выматывающая душу разлука длиной в неделю… Оля ждала рождественских каникул как манны небесной, ведь тогда Брэндон приедет надолго — и они смогут быть вместе, сколько захотят!..

Конечно, как и всякой влюблённой девушке, Оле хотелось кричать о своём счастье если не на весь мир, то хотя бы на весь Сан-Франциско. С каким удовольствием она поделилась бы этими первыми романтическими переживаниями с Джуди! Тем более, та знала своего старшего брата как никто другой и могла бы, пожалуй, дать дельный совет или подсказать что-нибудь. Но в то же время Оля интуитивно догадывалась, что не стоит пока афишировать их с Брэндоном… отношения.